Загадка для Грома - Екатерина Орлова

Глава 24

Илья

Как только покидаю подвал, киваю охраннику на дверь.

– Ты остаешься здесь. Не выпускать.

– Хорошо, Илья Матвеевич.

Выхожу из кабинета, доставая по дороге телефон из внутреннего кармана пиджака. Сразу набираю отца.

– Доброе утро, сын, – отвечает на пятом гудке.

– Есть разговор, – коротко произношу я.

– Я дома, приезжай, – отзывается отец уже не таким легким тоном. Видимо, по моему понял, что дело серьезное.

– Скоро буду. Руслан, – зову своего безопасника, который наверняка тусуется на кухне. Он каждый раз улучает момент, чтобы выпить кофе.

– Я здесь, – отзывается, появляясь с чашкой, от которой поднимается пар.

– Потом попьешь. Едем к отцу, – бросаю и разворачиваюсь сразу на выход.

Мы садимся в машину и выезжаем со двора.

– Что ты знаешь о Мономахе?– спрашиваю.

– Не так уж и много, – отвечает мой безопасник. – Слышал, что есть такой чувак. Он все время в тени. Промышляет произведениями искусства, поставками наркоты. Говорят, торговлей людьми тоже не брезгует, но это непроверенные данные.

– Ясно, – отзываюсь и набираю Гордея.

– Рано еще, – сонно произносит брат в трубку.

– Знаю. Прости. Мне надо еще человечка пробить.

– Ну так выслал бы просто данные на почту, – вздыхает он.

– Гордей, – слышу сонный женский голос.

– Тебе пора, – тихо отвечает девушке брат, а я усмехаюсь. Ловелас, черт побери. Как все Громовы.

– Ну Гордей, – тянет девка.

– У тебя три секунды, – сухо отрезает брат. – На четвертой будешь стоять в коридоре голая.

– Мудила, – рявкает она.

– Короче, отправляй, – говорит брат. – Проснусь, поищу.

– Спасибо.

– Ага, – коротко отвечает он и кладет трубку.

Я закрываю глаза и тут же вырубаюсь. Ненавижу такой конченный режим. Больше суток не спать для меня нифига не норма. Я как раз люблю спать ночью, а утром рано начинать работать. Марта, как всегда, поломала мне все планы.

Просыпаюсь, когда машина останавливается. В голове шумит из-за того, что нормально не отдохнул. Перед глазами пелена. Приходится тряхнуть головой и потереть веки, чтобы хоть чуть-чуть прийти в себя.

Ворота дома родителей открываются, и мы закатываемся на подъездную дорожку.

Выхожу из машины, но не успеваю даже постучать в дверь, как она распахивается, и на пороге показывается моя мама. В розовых леггинсах, поверх которых наброшен бежевый кардиган до середины бедра.

Мама до сих пор танцует. Не выступает, конечно, но дома развлекается. Они даже с Ангелиной – моей теткой – иногда устраивают вечера танцев у Гели дома. У них есть танцевальная студия, и они так забавляются. Когда был маленький, жутко любил наблюдать за их танцами.

– Сынок, – улыбается мама и обнимает меня.

А я по привычке поднимаю ее за талию и немного кружу. Она хихикает, а потом целует меня в небритую щеку.

– Колючий.

– Да, – отвечаю и, поставив маму на пол, тру скулы.

Я всегда идеально выбрит, но последние сутки мне было не до того.

– Ты выглядишь уставшим, – произносит мама, внимательно рассматривая меня.

– Я и есть уставший. А отец где?

– Сейчас спустится. Он сегодня работает из дома.

– Что-то случилось?

– Было подписание какого-то важного контракта, и он около двух недель работал без выходных. Так что сегодня сделал себе лайтовый день. Есть хочешь?

– Нет, – качаю головой. – Я ненадолго, только поговорить с папой.

– Илья, – слышу голос отца, а потом вижу, как он спускается по лестнице.

Папа до сих пор в пижамных штанах и трикотажной футболке. Давненько я не видел его в такой одежде.

– Доброе утро, сын, – здоровается, пожимая мне руку. Я молча киваю, а отец впивается в меня внимательным взглядом и кивает на кабинет. – Агата, попроси соорудить нам какие-то бутерброды и кофе.

– Я ненадолго.

– Кофе выпить, думаю, ты успеешь, – безапелляционно заявляет папа и легонько хлопает меня по плечу, задавая направление в сторону кабинета.

– На сегодня я отпустила всю прислугу, – говорит мама позади нас. – Сама все приготовлю.

Папа только молча кивает и пропускает меня вперед в кабинет.

– Херово выглядишь, – говорит он, как только за нами закрывается дверь.

– Ты знаешь, кто такой Мономах? – спрашиваю, игнорируя его вопрос.

Нахмурившись, папа сверлит меня взглядом.

– Зачем он тебе?

– Покурим? – киваю на балконную дверь.

Мы выходим на балкон и сразу занимаем ротанговые кресла. Закуриваем, и я рассматриваю сад, который родители разбили под давлением моей бабушки Тани. Она фанатка растительности во дворе, поэтому вынудила всех Громовых облагородить свои лужайки.

– Какое отношение к тебе имеет Мономах? – спрашивает папа, привлекая к себе мое внимание.

– Сначала расскажи, кто он такой.

– Наш партнер по бизнесу.

– Какому? Наркота? Торговля людьми? – спрашиваю стальным тоном.

– Фильтруй базар, сын, – угрожающе спокойно отзывается отец. – Он арендует у нас склады за городом.

– А ты проверял, что он хранит на тех складах?

– Это не моя забота. Что происходит, Илья? – строго спрашивает отец. – Ты пытаешься что-то предъявить мне?

– Почему ты не рассказал мне про Марту?

Ненавижу перескакивать с темы на тему. Но сейчас в голове творится такой кавардак, что я никак не могу упорядочить мысли и последовательно вести беседу.

Папа склоняет голову набок, делает глубокую затяжку и, медленно выпуская дым, сверлит меня хмурым взглядом.

– Какого ответа ты ждешь?

– Ты знал и не сказал! – рявкаю, не выдержав.

– Так и есть, – кивает он.

– Почему?!

– Илья, тебе не пятнадцать, чтобы я лез в твои отношения.

– Но ты влез! Ты знал!

– Я знал, но не влез, не путай, – отвечает отец невозмутимо. – Все, чего я просил, это чтобы Марта рассказала тебе о своем прошлом. Промолчать – ее выбор. Она просто ушла из твоей жизни.

– Ага, предав перед этим, – произношу и сам удивляюсь, сколько в голосе горечи.

До сих пор, сука, отзывается болью ее предательство!

– Илья… – начинает папа, а я качаю головой.

– Закрыли тему. Лучше расскажи о Мономахе.

Глава 25

Илья

Следующая встреча – с братом Саней.

Точнее, с Александром Денисовичем – будущим мэром города. Если все сложится как надо – а у нас всегда все складывается только так, – то через пару месяцев мой брат станет самым молодым мэром города. Хотел сразу в губернаторы, но дед тормознул его и сказал, что в политике надо начинать с малого.

Иногда мне кажется, что это не наши отцы близнецы, а мы с Сашей. Мы тонко чувствуем друг друга.

Вот и сегодня, когда я выхожу из дома родителей, он набирает меня.

– Ты в порядке? – спрашивает он.

– А почему не должен быть? – отзываюсь.

– Не знаю. Голос напряженный.

– Нормальный, – коротко отвечаю. – Ты чего позвонил?

– Думал встретиться