Музы и мелодии - Ребекка Яррос

— Пока, — пробормотал я.

— Ты ведешь себя так, словно ты какой-то вредитель. Но это не так. — Ее палец коснулся моего.

— И это говорит женщина, которой приходится нянчиться со мной, — усмехнулся я. — Не уверен, заметила ли ты, но я не очень-то снисходителен к окружающим меня людям.

Включая тебя.

— Я заметила, что многие люди изо всех сил стараются сблизиться с тобой, и те, кому это удается, не стремятся потом убежать.

Она добавила мед в чаи, а я вынул пакетики и размешал.

— Прости, что разбудил, — сказал я после первого глотка.

— Я не против. Мой босс спит допоздна, — поддразнила она с улыбкой.

— Если вообще спит, — признался я.

— Ты спал сегодня?

Я кивнул.

— Почему проснулся?

Я поставил чашку на стол.

— Мне снятся кошмары. — Не следовало ей это говорить, но назад пути не было.

— Прости. Это воспоминания или страхи? — она обхватила мой мизинец своим. Я замер от вопроса, а не от прикосновения. — Все в порядке. Ты не обязан мне ничего говорить. Я просто хотела помочь.

Я переключил внимание с наших переплетенных пальцев на гладкую, кремовую кожу ее бедра, и задумался, так ли она нежна, как кажется.

— Ты говорила «что мне это неинтересно», — сказал я, круто меняя тему разговора.

Она в замешательстве наморщила лоб.

— Пару дней назад, когда у нас был невероятно неловкий разговор о том поцелуе, — напомнил я.

— О… Я просто пыталась сказать, что понимаю.

— Я не стал тебе перечить. — Я встал перед ней. — И обычно мне насрать, кто что думает, но с тобой все по-другому.

— Я не совсем понимаю, — она слегка наклонилась вперед, опершись ладонями о столешницу.

— Мы же договорились, что этот поцелуй больше не повторится, — я придвинулся ближе. Ее колени коснулись моего живота, и от этого прикосновения у меня напрягся пресс.

— Помню, — она скользнула взглядом вниз, но тут же вернулась к моему лицу.

— Я согласился с тобой, — мой взгляд сосредоточился на ее губах, — потому что ты работаешь на меня. Потому что следующие несколько месяцев мы будем жить вместе. Потому что я не должен заводить никаких отношений, только что выйдя из реабилитационного центра, а ты не производишь впечатления девушки на одну ночь.

— Я не такая, — выпалила она.

— Знаю, — мышцы на лице были так напряжены, что улыбаться было почти больно. — Это мои тараканы. И дело не в том, что я не заинтересован. Поверь мне.

Я позволил увидеть голод, который испытывал к ней, и шагнул вперед.

— Но мы же не допустим, чтобы это повторилось, да? — ее колени задрожали, дыхание стало прерывистым.

— Да. Потому что оба знаем, что это плохо кончится.

— Зачем ты мне это рассказываешь? — ее слова расходились с делом, вернее с телом. Ее бедра распахнулись, оставляя мне достаточно места, чтобы встать между ними.

— Потому что у меня и без этого полно секретов, и мы слишком часто бываем вместе, чтобы не быть абсолютно честными по этому поводу. — Я схватил ее за бедра и притянул к краю островка, пока она не прижалась ко мне всем телом от бедер до грудей.

Я зашел слишком далеко. Но мне было так чертовски приятно чувствовать ее рядом с собой. Теплую, мягкую и аппетитную.

Зои скользнула пальцами по моим плечам и остановилась на шее.

— Но мы не позволим этому случиться снова.

— Не позволим, — я опустил голову так, что мои губы оказались на расстоянии вздоха от ее. — Просто не хочу, чтобы ты думала, что я не хочу тебя. Я хочу.

Губы ныли от желания ее поцеловать.

— Правда? — спросила Зои, повысив голос.

— Да. И если бы ты была кем-то другим, я бы уже раздел тебя догола, — я сжал ее бедра. Я даже не мог вспомнить, когда в последний раз отказывал себе в том, чего так отчаянно хотел. — Но ты не такая, как остальные.

— Верно. — Она зарылась пальцами в мои волосы.

Мне потребовалось все силы, чтобы не стонать и не поддаться ситуации, в которую сам же нас загнал.

— Просто хотел прояснить это.

Зои оттолкнула меня, развернулась и спрыгнула на пол.

— Рада, что мы во всем разобрались. Спокойной ночи! — она практически выбежала из кухни.

Мой член пульсировал. Я опустил голову, пытаясь выровнять дыхание. Это был глупый поступок, как и способ сменить тему, однако не только поэтому я ей рассказал: мне надоело страдать одному.

Возможно, для нас обоих было бы лучше, если бы я нашел какую-нибудь цыпочку и трахнул ее до концерта в Сан-Франциско. Тогда я бы не был так зациклен на своей потребности в Зои.

Проблема была в том, что я не хотел случайную девушку.

Я хотел ту, что не мог получить.

8 глава

ЗОИ

Никсон был на взводе с тех пор, как мы приземлились в Сан-Франциско. Он постукивал ногой, перекатывал медиатор по костяшкам пальцев, покачивал коленом — в общем, был весь как на иголках. Мы поужинали впятером в отдельной комнате, так как дети Куинн и Джонаса пошли в школу несколькими неделями раньше, но Никсон так и не расслабился.

— С ним все в порядке? — тихо спросила Куинн, пока Никсон, Джонас и Итан шли впереди по гостиничному коридору к нашим номерам. — Он, кажется, немного...

— Не в себе? — предположила я.

— Взвинчен. Но не в себе тоже подходит.

— Он был беспокойным с тех пор, как мы уехали из... — я чуть было не сказала «дома», но вовремя спохватилась и, запинаясь, закончила: — Колорадо. Мы редко появлялись на людях. Это действительно первый раз, когда он сталкивается со всем, что могло бы отбросить его назад.

Впереди нас Никсон потер затылок.

— Я бы хотела, чтобы он позволил отменить это выступление, — вздохнула Куинн. — Я понимаю, почему он так категоричен, но это действительно не стоит риска. Это правда? — вдруг спросила она, остановившись посреди коридора.

— Что именно? — я тоже остановилась, и заметила беспокойство в ее глазах.

— Риск? Мы позвонили заранее и убедились, что на ужине не будет алкоголя и что