Злодей - Селия Аарон

Камилла направилась к деревьям, ища укрытия в предгорьях Катскилл. Я взлетел в холодном воздухе прямо к своей жертве. Ее волосы развевались золотистой лентой, и она случайно взглянула через плечо.

Я не мог видеть ее лицо, но представил панику, от которой, должно быть, расширились ее глаза. Вместо того, чтобы сдаться, девушка поднажала, ее шаги стали шире, когда она подтолкнула себя вперед к лесу. Но она все равно не смогла бы убежать. Сто ярдов сократилось до пятидесяти. И еще меньше.

Догнав Камиллу, я описал широкую дугу вокруг нее, вставая на ее пути и отрезая пути отхода. Она замедлилась, ее грудь вздымалась, когда она смотрела на меня.

— Тебе некуда идти, Камилла, — крикнул я сквозь рев мотора. — Запрыгивай, и я отвезу тебя обратно в дом.

Я ухмыльнулся. Почему? Я знал, что ей это не нравится. Но я все равно это сделал. Я проанализировал свои мысли и понял, что хочу, чтобы она сбежала. Это сделало бы мой улов намного слаще. И тогда она поймет, что выхода нет.

— Хочешь, скажу, куда ты можешь пойти, чертов робот!

Ее грубые слова вылетели изо рта, пока она попыталась отдышаться.

— Прямо сейчас твои шестеренки перевернулись, потому что ты псих.

Я пожал плечами.

— Ладно. Но о чем ты только думала? — она отвернулась от меня.

Я не сводил с нее глаз, как ястреб, наблюдая за полевой мышью.

— Я наслаждался видом, пока ты бежала.

Она прищурила глаза.

— Ты ничего не видел, — она резко сорвалась вправо, бросившись к деревьям.

Я слез с квадроцикла и побежал за ней. Мои длинные шаги сокращали дистанцию между нами. Она была быстрой, но я был намного быстрее. Она почти достигла края поляны, когда я обхватил ее руками и дернул на себя.

Ее изысканный крик пробудил во мне что-то новое, другое лицо монстра, которого я так хорошо знал. Она била ногами, брыкалась и извивалась. Я споткнулся под ее натиском и упал, прижимая ее к груди, чтобы она была в безопасности. Моя спина приземлилась на газон, выбивая воздух из легких, и в это время она снова попыталась убежать от меня.

Я схватил ее за рубашку и потащил на себя, припечатав к земле. Она ударила меня по лицу и попыталась оставить следы когтей, которыми уже наградила однажды одну сторону моего лица.

— Отпусти меня! — закричала она, когда я схватил ее запястья и прижал их над ее головой.

— Я никогда тебя не отпущу, — я сжал их почти до боли. — Никогда.

— Ублюдок!

Мои брови поползли наверх. Камилла никогда не ругалась. Мысль о том, что я дал проявиться ее плохой стороне, заставила что-то похожее на гордость всплыть в моей груди. Я хотел вытащить из нее все хорошее, плохое, уродливое, красивое — все, что делало ее ею.

Она все еще боролась, прижимая свою грудь к моей. Мой член затвердел еще в тот момент, когда она закричала, и если бы я не оседлал ее, она бы это почувствовала.

— Ты должна успокоиться, — я наклонился ближе, больше наваливаясь на нее. — Я буду ждать столько, сколько потребуется.

— Я ненавижу тебя!

Из ее правого глаза скатилась слезинка, и мне захотелось попробовать ее на вкус.

— Это не так.

Камилла отвернулась, уставившись в сторону дома и успокаиваясь.

— Ты не можешь держать меня здесь вечно.

— Я и не собираюсь.

Она встретилась со мной взглядом, сдвинув брови в замешательстве.

— Что?

— Я намерен удерживать тебя вечно, но не здесь.

— Что?

Я отпустил ее левое запястье и убрал выбившиеся пряди ее светлых волос с лица.

— У меня есть дома в некоторых странах. И я надеялся, что однажды ты поймешь, насколько мы с тобой подходим друг другу. Когда это случится, я отвезу тебя туда, куда ты захочешь.

Я приложил ладонь к ее шее, к пульсирующей жилке, которая показывала, как быстро бьется ее сердце.

— Но я вижу, что на это потребуется время.

Она отрицательно покачала головой.

— Что, если я захочу уйти… одна.

— Не захочешь, — я взглянул на ее губы, отчаянно желая попробовать их еще. — Вот увидишь.

Ее пульс участился, но она нахмурилась.

— Отвали от меня!

— Ты будешь хорошо себя вести?

— Ты собираешься меня отпустить? — она толкнула меня в плечо.

Я прижался к ней, наслаждаясь ощущением ее твердых сосков на моей груди.

— Нет.

— Значит, и я не собираюсь вести себя вежливо.

Я вздохнул.

— Ты хотя бы не будешь пытаться сбежать сегодня?

— Что, ты не собираешься снова угрожать моим книгам, чтобы держать меня в узде?

Ее дерзкий тон зажег во мне всевозможные огни. Я хотел попробовать ее гнев, может быть, надеть его как вторую кожу.

— Эта сделка совершена и скреплена поцелуем. Твои книги в безопасности, — я увеличил давление на ее горло. — Но у меня есть и другие методы, если тебе нравятся угрозы.

Еще один скачок в ее пульсе. Черт, даже ее кровь взывает ко мне.

— Не нравятся. А теперь слезай.

— Мне нужно твое слово, Камилла.

Она смотрела мне в глаза.

— Я обещаю, что не буду сегодня снова сбегать.

— Хорошая девочка.

Я поднялся на ноги и протянул ей руку, но Камилла проигнорировала ее и поднялась самостоятельно, затем стряхнула с одежды траву.

Я подошел к квадроциклу, и она последовала за мной, молча обвиняя в случившемся. Но мне это было безразлично.

— Залезай, — я перекинул ногу и похлопал по сиденью.

— Я пройдусь пешком, — она обошла квадроцикл и направилась к дому.

Люди никогда мне не отказывали. Если они пытались, я заставлял их страдать. Но я никогда не хотел причинить боль Камилле. Казалось, с ней мои механизмы дали сбой, мне хотелось убрать ее обеспокоенность. Слово, вертевшееся на кончике языка, более чуждое мне, чем древний фарси[14].

Но я был вынужден это сказать.

— Пожалуйста?

Она остановилась спиной ко мне и положила руки на бедра.

Я просто остановился перед ней.

Она кусала свой большой палец.

— Садись. Становится все холоднее.

Это было правдой, но я хотел почувствовать ее рядом с собой. И более того, мне нужно было знать, что ей тепло и безопасно.

— Хорошо, но только потому, что ты сказал «пожалуйста».

Она вздохнула и перекинула ногу через сиденье позади меня. Ее руки неуверенно обвились вокруг моего торса.

Я улыбнулся и нажал педаль газа. Она крепко схватилась за меня, как я