Ирландский предатель - М. Джеймс

— Есть кое-что, что можно сказать в защиту свободы, — тихо говорю я. — Это то, чего хотел Лиам, и ясно, что Коннор чувствует то же самое.

— Тогда линия Макгрегоров отравлена, отец и его недоноски сыновья, и будет лучше, если мы выгоним их всех и посолим землю позади них.

— И кто тогда возьмет верх? — Подчеркиваю я. — Аластер Махони? Брайан О'Лири? Финн Монаган? Они захотят создать семью, отличную от нашей, выбросить все старое и заново накрыть стол, и тогда… где мы будем? Все будет хуже, чем когда Лиам все еще во главе, а ты на его стороне, даже если он женился на Анастасии.

— Не произноси больше ее имени. — У моего отца такой вид, будто ему хочется сплюнуть. — Итак, что бы ты хотела, чтобы я сделал? — Он смотрит на меня так, словно это я каким-то образом виновата во всем, что происходит. — Два брата, и ни один из них не желает следовать по пути, уготованному для них. — Он качает головой. — Это чертовски чудовищная ситуация…

— Позволь мне вернуться. — Слова вырываются из меня, и у меня перехватывает дыхание, чувствуя, как учащается мой пульс при этой мысли. — Я поговорю с ним.

— И что? Заставишь его согласиться последовать моему примеру? Я вряд ли думаю…

— Нам придется пойти на некоторые уступки. — Я никогда не разговаривала со своим отцом так смело, но если когда-нибудь и было время для этого, то именно сейчас. — Это единственный способ сохранить какую-то долю твоей власти за столом переговоров. Если мы примем некоторые изменения от Коннора, то потенциально сможем уберечь таблицу от переворота. — Я не говорю остального, что я не думаю, что Лиам заслуживает смертного приговора, каким бы глупым он ни был, потому что я знаю, что мой отец не согласится. — Дай мне полчаса на сборы и водителя, и я поеду к нему.

— И что? Отдать ему тебя в обмен на его согласие? — Мой отец прищуривает глаза. — Я не допущу, чтобы ты выставляла себя шлюхой…

— Моя брачная постель, это обмен на его место за столом, так что я бы сказала, что, несмотря ни на что, немного блудодействия позволяется. — Я спокойно встречаю взгляд отца, игнорируя искру гнева на его лице. — Но нет, я не собираюсь делать ничего подобного. Я планирую тотально убедить его, — добавляю я. — И посмотрим, смогу ли я заставить его согласиться с нашим мнением. Пойти на компромисс.

Он снова хмыкает, и на мгновение мне кажется, что он собирается сказать мне "нет", возможно, даже, что мы возвращаемся в Бостон. С небольшим замиранием в животе я понимаю, что мне больше не нравится идея возвращаться без Коннора. До того, как меня вновь представили Коннору, я бы сказала, что мне было все равно, за кого выходить замуж. Это правда, что другие мои кандидаты менее привлекательны; Аластер Махони достаточно привлекателен, но довольно скучен, Брайан О'Лири настолько же широкоплеч, насколько и низок, а Финн Монаган на три года младше меня, с интеллектом человека гораздо более молодого. Но сейчас идея выйти замуж за кого-то другого кажется мне ударом, как будто я что-то потеряю, если Коннор не станет моим мужем. Как будто мне нужно, чтобы это сработало, а это, как я уже знаю, очень, очень опасно. Однако это не мешает мне ждать ответа моего отца, намереваясь попытаться пойти и урезонить Коннора, если смогу.

— Тогда ладно, — рычит он, и я облегченно выдыхаю.

— Спасибо. — Я стараюсь, чтобы мой голос звучал не слишком нетерпеливо. — Я думаю, что это хороший план. Есть шанс, что это сработает. И если это произойдет…

— Если это так, то Лиам должен поблагодарить тебя за спасение его жизни, — резко говорит мой отец. — Но я не думаю, что он это сделает.

— Нет, я тоже так не думаю.

***

— Я пытаюсь найти баланс между сексуальной соблазнительницей, которая ходила на встречу с Коннором в ту первую ночь, и моим обычным "я". Я хочу, чтобы он желал меня настолько, чтобы у него возникло искушение выслушать меня, но в то же время я хочу, чтобы я тоже привлекла его. Я не хочу устраивать для него шоу.

Я буду чувствовать себя увереннее, если не буду чувствовать себя совершенно другим человеком.

Снова идет дождь, поэтому я выбираю пару темных зауженных джинсов, достаточно узких, чтобы подчеркнуть мою фигуру, но не таких облегающих, как те, что были прошлой ночью, и пару сапог для верховой езды до колен. Я сочетаю образ со светлым льняным топом, который свисает с одной стороны, обнажая ключицу и одно стройное плечо, с длинной тонкой золотой цепочкой и такими же золотыми висячими серьгами, которые я носила ранее. Я оставляю волосы распущенными, ниспадающими на плечи, но не прибегаю к макияжу. Немного теней для век цвета шампанского, легкий мазок туши. Я выгляжу юной, хорошенькой и сияющей, достаточно невинной, чтобы напоминать ему о том, что он получит, если женится на мне.

Бабочки в моем животе трепещут от нервов, когда моя машина подъезжает к складу. У меня даже нет никакого реального способа узнать, здесь ли еще Коннор, но я должна хотя бы попытаться. Ясно, что способ ведения дел моим отцом с ним не работает.

Когда я вхожу, на складе тихо, и я медленно иду в заднюю часть, мои нервы на пределе, когда я приближаюсь к комнате, где они проводили собрание. Если Коннор ушел, я не знаю, каким будет мой следующий шаг, но, к моему облегчению, когда я переступаю порог, он все еще там, перебирает бумаги за столом, все остальные ушли.

Он поднимает взгляд, и по его лицу пробегает непроницаемое выражение. Я останавливаюсь как вкопанная, когда он медленно встает, отодвигая стул, чтобы обойти стол и подойти ко мне с опасным блеском в глазах.

— Сирша, — бормочет он. — Разве никто никогда не предупреждал тебя о том, что не стоит приходить в подобное место одной, чтобы встретиться с таким мужчиной, как я?

К тому времени, как он заканчивает говорить, он оказывается очень близко ко мне, его голос низкий и тихий в сгущающемся тепле комнаты, и я чувствую жар, исходящий от его сильного, мускулистого тела.

— Кто сказал, что я пришла сюда, чтобы встретиться с тобой? — Мне удается каким-то образом сохранить свой голос ровным, и в глазах Коннора появляются веселые морщинки, когда он ухмыляется, глядя на меня сверху вниз.

— С кем еще ты хотела бы здесь встретиться? — Спрашивает он, а затем его руки оказываются на моей талии, притягивая меня к себе на этот последний дюйм, так что я оказываюсь вплотную к нему, и