Королевский роман - Нора Робертс

– Сегодня, когда я занималась работой по организации бала, меня спросили о свадебном платье. Оно будет белого цвета или цвета слоновой кости? Парикмахер местный или я поеду в Париж, как моя мать. Всех волнует мое свадебное платье, – гневно сказала она, – а еще когда будет готово меню для полутора тысяч гостей. Или где пройдет церемония – в дворцовой церкви или в кафедральном соборе? Будут ли на свадьбе мои друзья по колледжу? Выберу я английскую принцессу или французскую графиню в подружки невесты? А я их обеих абсолютно не помню. Чем больше и чем дольше мы пытаемся скрывать правду, тем абсурднее и сложнее становится ситуация.

– Но твой отец заботится о твоем благополучии и благополучии семьи.

– Разве нельзя их разделить? – Габриела швырнула гребень на столик и тут же извинилась: – Простите. Это несправедливо по отношению к вам. – Она взяла себя в руки. – Обман чреват дурными последствиями. Я вовлечена в него на всех уровнях, а Рив… – Она оборвала себя, недовольная, что ее мысли вернулись к нему.

– Очень красив, – закончил за нее доктор.

Она улыбнулась, внимательно изучая доброе лицо доктора.

– А вы прекрасный психолог, доктор Франко.

Он шутливо поклонился:

– Я хорошо знаю своих пациентов, ваше высочество.

– Да, он красив и очень привлекателен, – согласилась она. – Но своеобразен. Мне не нравится его стремление доминировать. Особенно в роли жениха. Но я стараюсь играть свою роль. Когда память ко мне вернется, американец отправится на свою ферму, а я смогу вернуться к прежней жизни. Вот что я чувствую, доктор. Впрочем, легко говорить о том, что я чувствую, но так трудно вспомнить. Я очень хочу вернуть свою жизнь.

– Ты обязательно все вспомнишь, Габриела.

– Вы уверены?

– Как врач, я ни в чем не могу быть уверенным. – Доктор наклонился, поднимая саквояж. – Но как человек, который знает тебя с колыбели, – да, я уверен.

– Я предпочитаю второе.

Она пошла за ним к двери.

– Не стоит меня провожать, – доктор по привычке потрепал ее ласково по спине, – я зайду к твоему отцу, доложу.

– Спасибо, доктор Франко.

– Габриела. – На пороге доктор обернулся. – Мы все немного притворяемся в этой жизни.

Ее кивок уже был величествен холоден.

– О да, я это поняла.

Она подождала, пока дверь закрылась, и вновь стала расхаживать по комнате, закипая от злости. Притворство. Да, приходится играть, притворство ей ненавистно. Она вытащила из мусорной корзинки скомканную газету.

"ПРИНЦЕССА ГАБРИЕЛА ВЫХОДИТ ЗАМУЖ"

Она выразила свое отношение к этому такими словами, которые принцессам произносить не полагается. Там были фотографии ее и Рива. Она встала у окна, разглядывая снимки. Да, он красив и очень привлекателен как мужчина, но на той грани, когда привлекательность соседствует с грубоватым натиском. Он напоминает хищника, который лениво расхаживает вокруг жертвы и выжидает удобного момента. Как он сказал? Он сам делает свой выбор. И это касалось не только ее.

Пресса, безусловно, довольна, что принцесса, наконец, выходит замуж. В истории Кордины она единственная принцесса, которая так долго медлила с замужеством. Подданные всегда испытывают собственнические чувства по отношению к королевским особам. Связь семейства Биссет и Макги была засчитана в пользу Рива, как и репутация его отца. И все-таки он был американец, а значит, по мнению жителей Кордины, не совсем идеальный вариант для их принцессы.

Из газетных материалов Габриела с удовлетворением узнала, что у нее был выбор: несколько блестящих партий. Ей было странно читать о себе, что в потенциальные мужья ей прочили с полдюжины мужчин, среди них принцы, лорды, маркизы, магнаты. Она вгляделась в снимки, снабженные историями ее отношений с каждым из претендентов. Ей вдруг показалось, что один из них значил для нее больше других. Но она не была уверена. В общем, их лица ничего ей не говорили. Она вернулась мысленно к Риву. По крайней мере, здесь все ясно.

Окончательное суждение о женихе отсутствовало. Говорилось, что он бывший полицейский и сын известного в мире дипломата. Далее следовали пересуды о предстоящей свадьбе.

Она бросила газету на кровать, так, что она упала снимками вверх. Надо признать, что отец достиг цели. Все сосредоточились на обручении и свадьбе принцессы, и никто не вспомнил о похищении. Вопроса, почему Рив постоянно находится во дворце, тоже никто не задавал. И никто не осмелится задать вопрос ей лично.

Она повернула руки ладонями вверх и внимательно стала их рассматривать. Было нечто такое, о чем она не могла сказать докторам. Но могла говорить об этом с Ривом.

Убила ли она? Взяла нож и… Боже, когда же она узнает правду?

Пытаясь вспомнить, она напрягала память. Но снова напрасно. Незачем заставлять себя вспоминать, все заканчивается отчаянием и такой усталостью, что трудно потом сосредоточиться на делах. Отрывки воспоминаний приходят неожиданно. Они похожи на сон, и так же, как сны, они с пробуждением исчезают. Каждое утро, проснувшись, она лежит и пытается вспомнить, но все без толку.

Надо работать, занять себя так, чтобы не было времени на отчаяние, но ей мешают эти глупые разговоры и фальшивые приготовления к свадьбе. Они отвлекают, не дают сосредоточиться на главном.

– Войдите, – откликнулась она на стук в дверь и нахмурилась, когда вошел Рив.

– Неужели я не могу иметь покоя в своей собственной спальне?

В комнате стоял стойкий аромат цветов. Цветы были повсюду – в вазе на столике у окна, на подставке около кровати, в открытые окна врывался ветерок, принося ароматы с садовых клумб.

– Доктор Франко говорит, что вы быстро поправляетесь.

Она затягивала время, усаживаясь в кресло у окна, чтобы подавить в себе раздражение.

– Он уже отчитывается и перед вами?

– Просто я был у вашего отца, когда доктор приходил.

Рив заметил газету со снимками, но ничего не сказал. Он ни за что бы не признался, что испытал неприятное чувство, увидев утром газеты. Одно дело – участвовать в игре, и другое – получить наглядную демонстрацию того, во что это вылилось.

Он подошел к туалетному столику, взял одну из красивых стеклянных баночек и принялся сосредоточенно разглядывать, чтобы прийти в себя от вида Габриелы в коротком шелковом кремовом халатике.

– Значит, вы чувствуете себя хорошо?

– Вполне, благодарю.

Холодный ответ заставил его улыбнуться. Не сдает позиций ни на дюйм. Тем лучше.

– Какие планы на завтра? – спросил он, хотя уже все узнал.

– Я занята до обеда. Потом свободное время до ужина с герцогом и герцогиней Мальборо и месье Любэ с супругой.

Было заметно, что этот ужин ее не вдохновлял. Рива тем более. Потому что это первый ужин, на котором они предстанут как жених и невеста.