Не уходи - Виктория Горкушенко

– Что?

– Я беременна, – все также шепотом ответила я.

– Двойное блядь! – воскликнул он и подошел ко мне, присев на корточки рядом со мной. – Только не паникуй, ладно? Все будет хорошо. Ковид, это не приговор для ребенка. Возможно, ты вообще переболеешь в легкой форме. – А потом он увидел с каким трудом я дышу и поморщился. – Ладно, может, и не в легкой форме, но все должно быть хорошо. Я сейчас позвоню в скорую, а ты набери мужу, ладненько.

Я со свистом выдохнула и кивнула.

Судорожно достав телефон, я выбрала из списка телефон Сашки и нажала «Вызов».

– Привет, Ди. Все хорошо? – ответил он после второго гудка.

– Саш, у меня появились симптомы ковида.

На линии воцарилась гробовая тишина.

Становилось все тяжелее дышать.

– Какие симптомы? – спросил муж после, казалось бы, вечности.

– Головокружение, тело ломит и мне трудно дышать, – в подтверждение моих слов, я попыталась сделать вдох, но с трудом смогла это сделать.

Развязав галстук и расстегнув пуговицы рубашки, я попыталась снова, но лучше не стало.

– Звони в скорую, я приеду к тебе в больницу, как только узнаю, куда тебя определят.

– А смысл? Тебя все равно не пустят, – ответила я.

– Я тоже болен, может меня положат рядом с тобой.

– Ценю твое рвение… Саш… но правда не надо… Я позвоню, когда станет… что-то ясно, – было трудно говорить, и я заметила, что у меня появилось туннельное зрение.

– Ди, ты меня пугаешь, – в голосе мужа послышалась паника. – Я едва могу разобрать твою речь. Там есть кто-нибудь рядом с тобой.

– Со мной Тим… Позвоню позже… пока.

Телефон казался неимоверно тяжелым, так же как и мои веки.

– Эй-эй-эй, красотка, не спать, посмотри на меня, – привлек мое внимание Тим. – Скорая уже в пути. Дыши изо всех сил для меня, ладно?

Я кивнула и пыталась делать глубокие вдохи через рот, но это было трудно.

– Не…говори…никому о…беременности в отделе.

– Я нем, как рыба, только поправляйся, пожалуйста, потому что сейчас я боюсь до усрачки твоего состояния.

После этого я не была способна поддерживать беседу и вообще была в полубессознательном состоянии.

Когда Тиму позвонил дежурный и сообщил, что подъехала скорая, он, не теряя времени, взял меня на руки и понес навстречу санитарам.

Где-то на задворках сознания я слышала голоса.

– …уверены, что это ковид…?

—… у мужа тест положительный… она беременна…позаботьтесь о ней…

Но это был лишь отдаленный шум, я целиком и полностью погрузилась в темноту.

***

– Девочка, проснись, – услышала я женский голос, – ну же, открой свои глазки, покажи какого они цвета, дорогая.

Помимо голоса я еще слышала раздражающий шум, поморщившись, я попыталась разлепить глаза, чтобы распознать источник этого шума.

– Вот так, молодец, – подбадривал голос, когда у меня не получилось открыть глаза с первой попытки, но я не сдавалась.

Когда я пересилила себя, и мой взгляд сфокусировался, я увидела большую палату, в которой было несколько человек, лежащих на койках под аппаратами ИВЛ. Странно, но я не ощущала, что у меня во рту находится трубка, значит я не на ИВЛ. Я поднесла руку к лицу и нащупала маску.

– Как ты, девочка?

Только сейчас я обратила внимание, что рядом со мной стоит миниатюрная женщина в возрасте в защитном костюме.

– Тяжело дышать, – прохрипела я.

– Знаю, милая, но, к сожалению, у нас больше нет аппаратов ИВЛ, тебе вообще повезло, что мы нашли хотя бы НИВЛ для тебя, больницы переполнены.

– Вы знаете, что с моим ребенком? Он в порядке?

– Я всего лишь медсестра, но сейчас позову твоего врача, и он наверняка тебе все расскажет.

– Хорошо, спасибо.

– Тебе спасибо, зеленоглазка, – милая женщина мне улыбнулась, – не многие в этой палате откликаются на мою просьбу открыть глаза, сегодня мой день, благодаря тебе, стал чуточку лучше, – с этими словами она развернулась и вышла из палаты.

Пару минут я просто лежала, изучая обстановку, а затем вошел врач. Я была удивлена, когда увидела не великовозрастного дядьку с кучей опыта за плечами, а совсем зеленого светловолосого худощавого парнишу в защитном костюме, наверняка вот-вот выпустившегося из мединститута.

– Здравствуйте, я Ваш лечащий врач, Григорий Петрович. Как Вы себя чувствуете?

– Трудно дышать, – тихо ответила я.

Парень записал мой ответ в бумаги, прикрепленные на клипборде в его второй руке.

– Что-то еще?

– Больше ничего… что выходило бы за рамки обычной простуды… Чувствую слабость… у меня явно температура…на груди как будто булыжник лежит… Что с моим ребенком?

– Мы сделали УЗИ, пока с ним все хорошо, – ответил врач, не отрываясь от бумаг. Меня бы возмутил тот факт, что мне проводили вагинальное УЗИ, пока я была в отключке. Но я не в том положении, чтобы предъявлять претензии, ведь парень сказал, что ребенок в порядке. – Но, на Вашем месте, я бы пока не радовался по этому поводу. Вы с трудом дышите, и невозможно определить наверняка, как Ваш организм отреагирует на лечение. Ваша жизнь в любом случае в приоритете, и если беременность будет слишком большой нагрузкой для Вашего выздоровления, нам придется поговорить об аборте, если, конечно, плод не перестанет развиваться уже на этапе начала лечения, – врач перевел взгляд на меня.

Я поразилась его хладнокровному ответу. Понимаю, это его работа, и она не всегда легка, нужно абстрагироваться от пациентов, я и сама работаю в той сфере, где нужно максимально отключать эмоции, но когда ты по другую сторону, это кажется… бесчувственным. В прочем, силы покидывали меня с каждым следующим вдохом, и глаза уже трудно было держать открытыми.

– Я Вас поняла… Подскажите, где мой телефон? Мне нужно, позвонить мужу.

– Молодой человек, который отправил Вас на скорой, сказал, что сообщит Вашему супругу, где Вы. Тот в свою очередь сможет звонить в больницу и узнавать о Вашем самочувствии. Телефона при Вас не было, так что в этой палате связи у Вас, увы, не будет.

После этого я снова провалилась в темноту.

Глава 16

Саша

20 дней спустя

Диана потеряла ребенка… снова. Мне сообщили об этом на ее 4 день пребывания в больнице. Меня убивало не знание, как она себя чувствовала. В каком моральном и физическом состоянии она находилась на самом деле. По телефону меня уверяли, что она стабильна, но на этом все. Единственное, что я знал, ей стало лучше после того, как организм стал работать за одного, у нее наблюдалась положительная динамика. Сегодня я позвонил