Читай по глазам - Паулина Андреева

После ухода Андрея, Настя ещё несколько часов отпаивала меня чаем. Моя истерика набрала обороты и останавливаться не собиралась. Взгляд Андрея, который он бросил на меня, перед тем как уйти, будет преследовать меня в ночных кошмарах. В его глазах отразилось неверие, непонимание, шок, а потом будто по щелчку пальцев полное отсутствие эмоций. Он будто отгородился от всего мира, от него веяло могильным холодом. Лицо каменное, поза напряжённая, руки сжаты в кулаки до поболения костяшек. Лучше б он накричал на меня, да что угодно лучше, чем полная отрешённость от мира.

Ночью лежала и гипнотизировала потолок, уснуть так и не получилось. Утром, Настенька отвела Артёма в садик, я не смогла подняться с постели, голова раскалывалась от бессонной ночи и моря слёз, выплаканного накануне. Пришлось звонить на работу и говорить, что заболела. Даже особо объясняться не пришлось, видно наша кадровичка по моему голосу решила, что я вот-вот богу душу отдам. Время было около полудня, когда в прихожей раздался грохот, а за ним и поток отборного мата. Пришлось выбраться из своего кокона, чтобы проверить, что там происходит.

То, что я увидела не передать словами. Моя милая подруга, она же ходячая катастрофа, лежала на полу, посреди прихожей. Весь пол был в разбитых яйцах, а всю эту картину завершал, лопнувший, видимо от падения, пакет муки и катающиеся по полу яблоки.

— Курочка, ты в порядке? — спрашивать, что происходит смысла я не вижу, а вот справиться о её состоянии думаю стоит.

— Лиз, у меня руки и ноги повырастали не из того места. — со вздохом произнесла, печальным голосом. — Помоги встать, а то точно поскользнусь на нашей несостоявшейся шарлотке и сверну себе шейку. — да уж, шарлотка получилась на ура.

— Давай, горе моё луковое. — подала ей руку и рывком попыталась её поднять. Себя я явно переоценила или так сказалось моё состояние, но поднять её у меня не вышло. Точнее сказать я попросту завалилась на неё сверху.

— Ай! Больно! Лиз, ты с виду такая маленькая, а ощущение будто на меня корова свалилась. — ну спасибо.

— Насть, подвинься, я хочу опереться на тумбочку и попробовать встать. Не ждать же нам пока это всё высохнет. — это ужас, как теперь всё это отмывать?

С горем пополам мы смогли встать. Быстро отмыли прихожую и наконец переместились в кухню. В последнее время эта комната стала самой популярной в квартре.

— Лиз, ты в зеркало на себя смотрела? — Настя сегодня сама любезность.

— Даже не начинай. — заявила я. — Я сегодня официально ушла в депрессию.

— Ты дурочка? — ещё один комплимент в мой адрес.

— На себя посмотри! Это не я принимала яично-мучные ванны, а теперь издеваюсь над больным человеком. — со смешком ответила ей.

— И чем же ты болеешь? — ржала эта ненормальная так, что я видела её гланды.

— У меня душа болит. — постучала себе по груди. — А у тебя будут кишки скоро начнут болеть.

— Почему? — всю весёлость, как ветром сдуло.

— Почему что? Душа моя болит или твои кишки заболят? — эта словесная перепалка начала меня забавлять.

— С твоей душой всё понятно, а вот что с моими внутренностями нужно сейчас разобраться. — курочка такая забавная, я не могу просто.

— Ну, ты просто так ржёшь, что кишки скоро простудишь. Нельзя так сильно рот раскрывать. — я так сильно хохотала, что начал болеть живот.

— Лизка, ты гадюка! — она даже ножкой топнула.