Читай по глазам - Паулина Андреева

Кое-как сдержалась и не заплакала прям там, в кафе. Только дойдя до машины, дала волю слезам. Долго сидеть тоже было нельзя, Андрей мог выйти с минуты на минуту, в ближайшее время нам не стоит видеться. Ему нужно переварить правду о том, что я ему не сказала о том, кто я на самом деле, а мне необходимо понять, что делать дальше. Может, мне было бы не так страшно, если бы не Артём. По-хорошему мне необходимо быть с Андреем честной и рассказать ему о сыне, но нет. Я не могу! Боюсь! Я не знаю, что ожидать от этого мужчины. Он чужой! Не тот Андрей, в которого я влюбилась и по которому страдала все эти годы. Вдруг он отберёт у меня сына? От таких мыслей у меня всё внутри покрылось коркой льда. Нет! Это невозможно! Без сына я не представляю своей жизни.

Наплевав на работу, поехала домой, по пути, позвонила своему заместителю и попросила прикрыть меня, сославшись на плохое самочувствие. На работе я появиться сейчас не смогу, мне срочно нужно увидеть моего мальчика, обнять его и вдохнуть родной запах, иначе сойду с ума.

Домой доехала в рекордно короткое время. Открыла дверь и первое, что услышала это смех сыночка. Настенька уже забрала его с садика, и они дома. Скинула обувь и прошла в комнату, где играл мой малыш.

— Мамуля, ты сегодня рано! — Тёма бросился в мои объятия.

— Да, мой золотой! Я сегодня пораньше приехала. — обнимала своего мальчика, так крепко, будто боялась, что у меня его отберут.

— Лиза, пойдём, на кухню. Я твои любимые пирожные купила, попьём чай. — обратилась ко мне подруга. — Тёма, ты помнишь, что, тебя Светлана Сергеевна просила на завтра нарисовать жар-птицу?

— Курочка, конечно я помню. — этот хитрюшка уже успел выпутаться из моих объятий и начал подлизываться к Насте. Рисовать Артём не любит, поэтому будет всеми правдами и неправдами пытаться задурить нам головы в надежде, что мы забудем.

— Тём, раз тебе задали такое задание, то нужно его выполнять. Ты ведь уже большой, тебе в следующем году в школу, а там тебе всегда нужно будет делать уроки. Поэтому, давай поступим так, ты сейчас рисуешь жар-птицу, пока мы пьём чай, а вечером устроим праздник живота и закажем пиццу. По рукам? — не могу сказать, что я лучшая мама в мире, но с Артёмом всегда стараюсь мирно договариваться, не помню, чтобы мы с ним ругались или он закатывал бы мне истерики.

— Урааа! — с кромки криком, бросился в мои объятия, чмокнул меня в щёку и побежал к себе в комнату.

— Ты меня будешь пытать? — спросила у Насти. Её воинственная поза могла бы меня впечатлить, если бы я не была с ней так близка все эти годы.

— Могу конечно и организовать по-быстрому пыточную в кухне, но надеюсь, ты мне сама всё расскажешь. — подметила она.

— Расскажу, ни куда я не денусь. Тем более тебе точно нужно заранее быть обо всём в курсе, потому, что я не знаю какие последствия, будут нести события сегодняшнего дня. — всё это я говорила по пути в кухню и старалась быть максимально тихой. Артём не должен это слышать. Он хоть и малыш ещё, но уже достаточно много понимает.

— Что-то серьёзное? — уточнила Настя, когда мы устроились за столом.

— Серьёзнее быть не может. — подтвердила я. — Я сегодня с Андреем обедала.

— И как?

— Да ни как! — воскликнула я. — Нет, в начале было всё хорошо, даже слишком, но закончилось всё думаю очень печально.

— В каком смысле думаю? — эх, Настя. Дура твоя подруга.

— В прямом. Пришёл его друг Саша и узнал меня сразу. Не знаю почему у него такая хорошая память на лица, но теперь как-то так. — развела я руками.

— Получается Андрей теперь в курсе кто ты. — она не спрашивала, утверждала. — И как он отреагировал?

— Не знаю, я ушла до того, как он понял всё окончательно. Этот псих разозлился на нас с Сашей, когда мы начали разговаривать. Он подумал, что мы спали.

— Чего-чего? Что он подумал? Он не нормальный? — возмущалась она. — Лиз, я всё могу понять, вот правда, меня мало, что удивляет, но никак не могу сообразить, почему он не узнал тебя? — я удивлена, почему она раньше это не спрашивала. Настя знала всю нашу историю от начала до конца, поэтому для неё стало неожиданностью, что Андрей с самого начала не понял, кто я такая.

— На самом деле, я тоже много раз думала над этим. Мне даже было обидно, что он так легко забыл меня. Мы конечно не клялись друг другу в любви и одна совместная ночь с девственницей не такое уж и событие, но стало обидно. Какой там обидно! Да готова была орать от такой не справедливости, ведь я ему сына родила, а он даже не вспомнил меня. Благо, я не наделала глупостей и быстро сообразила, что он то и не знает всего, а сегодня, поговорив с ним я в какой-то степени поняла, почему он меня не вспомнил. — моя речь была сбивчивой и порой бессвязной, я пыталась донести Насте свои мысли, но точно не могу сказать, получилось или нет. Можно сказать, что я пыталась его оправдать. Не хочу, чтобы Настя его ненавидела. Андрей хоть и редкостный говнюк, но он не кидал меня одну с ребёнком на руках, он даже не знал о моей беременности.

— Ты его оправдываешь что ли? — прочитав мои мысли, спросила она.

— Оправдываю. — не стала отрицать. — Насть, может это и плохо, но я по-другому не могу. Ненавидеть отца своего сына, не мой вариант жизненной позиции. У Андрея были огромные проблемы в Германии, он бизнеса лишился, чуть в тюрьму не угодил, поэтому ему и не до воспоминаний обо мне было, даже если не забыл меня сразу, как сел в самолёт. — пояснила ей. — А вообще, я сама виновата.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ — В чём? — я видела, что она не согласна со мной, но спорить не имело смысла.

— Насть, я ведь сама в ту ночь, просила его остаться со мной, сама просила не останавливаться, хотела, чтобы всю случилось. А потом, сама приняла решение не говорить никому об Артёме. Ты ведь знаешь… — в том, что случилось моя вина, как бы Настя и не пыталась меня переубеждать.

— Я между прочим, до сих пор на тебя злюсь за это. Хорошо, что я тогда приняла решение улететь вслед за тобой и смогла быть рядом.

— Не хорошо. Вы с Лёней расстались из-за этого. — это кстати ещё одно событие в котором я виню себя.

— Да брось ты! Мы бы всё равно расстались, он меня душил своей ревностью. Да и не любила я его, а без любви ничего хорошего не получается.

— Может ты и права.