Единственная для оборотня - Юлия Нова

Удивительно, но наша встреча и танец остались у меня в памяти. Я реально сожалел, что так глупо поступил и отпугнул эту страстную малышку.

Брат явно решил познакомиться с ней поближе. Но это не значит, что я не могу попытаться сблизиться с ней, хотя она человек и не сможет в полной мере понять нашу суть. А ведь брату это не помешало расстроить мою помолвку. Вот и посмотрим, насколько верной и проницательной окажется эта девушка.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 22

Сегодня утром я впервые увидела, как девочка-оборотень на уроке у Матвея, занимаясь в маленькой группе с остальными учениками начальной школы, перекинулась. А я сидела и глупо хлопала глазами, просто не веря, что вживую увидела этот момент. Матвей рассмеялся и заметил:

— Что, Вероника, вы первый раз увидели превращение? — я заторможено кивнула, переведя взгляд на маленького почти белого волчонка, что крутился и играл с другими детьми.

Он повернулся к волчонку, твёрдо и веско обронил:

— Марина, а ну-ка, перекидывайся обратно, ты же знаешь, что здесь мы этого не делаем. Мы учимся контролировать свои превращения, не забудь, это очень важно. Давай-давай, перекидывайся и иди к нам, расскажи, почему ты не сдержалась.

И маленький волчонок исчез, а девочка подошла к Матвею, робко поглядывая на него. Я решила вступиться за малышку, ведь она была самой маленькой среди остальных ребят. Да и девочек было меньше, чем мальчиков. Впрочем, я знала, что это нормальное явление у оборотней.

— Матвей, она такая маленькая, не удивительно, что она ещё не может чётко контролировать себя. Да и сейчас же дети отдыхают, а не учатся.

— Вероника, ей через пару лет в общую школу идти, а там тоже будут подобные моменты. И мы должны контролировать процесс оборота. И ей не рано, в самый раз.

— А это не насилие над такими малышами и их сутью? — спросила, погладив малышку по головке. Та очень по-детски улыбнулась, искренне и открыто, ей явно понравилось моё внимание.

Удивительно, но я раньше и не задумывалась над подобными вопросами, насколько сложным может стать совместная учёба с человеческими детьми.

Матвей рассмеялся и успокоил меня:

— Школа — это лишний повод, а контролю нужно учиться раньше. Их родители знают, что нужно делать, а моя жена эти знания получила у меня. Я же работаю с теми родителями, кто не знает о правилах воспитания ребёнка. Это бывает в смешанных семьях. Обычно один родитель знает эти правила всю жизнь, это уклад, для нас это так привычно. И мы, оборотни, не понимаем до конца, насколько невежественны могут быть люди в этом вопросе. У меня есть списки подобных семей и люди, почти всегда жёны, не остаются одни в незнакомом для них мире. С ними во всех поселениях работают такие вот психологи как я.

— О! Это здорово! Я не знала таких подробностей. Матвей, я всю жизнь живу с оборотнями рядом, но многие вещи от нас скрыты. Мне кажется, что нам, обывателям, не хватает знаний о вашем укладе, о правилах. Мы частенько делаем ошибки, не понимая, не зная, как делать правильно, а какими действиями может испортить отношения с вашей расой. Это я читала книги и пособия. Проходила многое, когда училась. Но знаний об укладе оборотней, о негласных правилах у нас так мало. Было бы здорово, если бы такой стажёр, как я, написал книгу-дневник, где описал бы ваш быт и внутренние правила. Как думаете? — спросила, а сама решила, что с удовольствием почитала бы, если будет написано простым, лёгким языком, а не той канцелярщиной, какой изобиловали мои пособия во время учёбы.

Его ответ меня несколько шокировал:

— Так вы и попробуйте, Вероника, — задумчиво помолчал и добавил: — Вы можете писать обычный дневник про свою жизнь здесь. А потом оформить это более официально, сделав книгой. Но сначала показать старосте нужно будет. Он отправит дальше, в Совет. Там решат, можно ли выпускать подобную книгу.

Интересная мысль, стоит её обдумать. А ведь я могу просто вести дневник. А там уже решу, смогу ли книгу написать, будет ли интересно читать её. Решено, завожу дневник.

Я шла вдоль аллеи к себе, когда мобиль рядом приостановился, и в окошке я увидела Даниила. Лёгкий ветер трепал его волосы, а глаза излучали искреннюю радость от нашей встречи. И как не улыбнуться в ответ? Улыбка сама возникла на лице.

— Вероника, я слышал, ты ездишь танцевать два раза в неделю. Я сегодня в город собирался. Могу и тебя подбросить.

— О! Но мне нужно не сейчас, я через час только поеду.

— Не страшно, мне вполне нормально. Давай я через час к тебе подъеду? Вместе ехать веселей.

Так я доехала вместе с Даниилом до танцкласса, с удовольствием пообщавшись по пути. Собралась попрощаться, но он меня опередил попросив:

— Давно хотел познакомиться с Владом Сато, мне брат про него рассказывал. Не против, если посмотрю, как вы занимаетесь. Если Влад не будет против, — он так мило смущался, когда объяснял, что я не могла отказать ему, поэтому кивнула на его просьбу.

Поздоровавшись, я отправилась переодеваться, краем глаза видя, что Влад и Даниил спокойно разговаривают.

Мы уже встали в позицию и начали урок, а Даниил действительно сел на скамью ближе к выходу из зала и наблюдал.

— Не отвлекайся, Вероника, на тебя и дальше будут смотреть. И в этом классе тоже. Привыкай.

Урок проходил хорошо. Я была на подъёме, увлеклась настолько, что не заметила, когда Даниил ушёл. Только во время небольшого перерыва поняла, что его уже нет. Влад, увидев, как я обшариваю взглядом класс, ехидно заметил:

— Твой новый ухажёр? Пришёл, пометил территорию и определил границы. Он у тебя такой: мягко стелет, да только взгляд у него был предупреждающий.

Он подмигнул мне, а я растерялась:

— Влад, ты что такое говоришь?! Не было такого. Даниил очень милый и дружелюбный. Прекращай свои шуточки.

Он подошёл ближе и спокойно, но веско так произнёс:

— Ты иногда такая наивная, Вероника. Твой милый Даниил, пока тебя не было, очень дружелюбно, не спорю, дал мне понять, кто он и кто ты для него. Не стоит считать нас мягкими и пушистыми. Мы хищники, не забывай об этом. И твой милый Даниил тоже.

Я в ступоре стояла, а в голове крутились вопросы: