Берег нежности - Кристин Лестер

— Скажите, — снова заговорил он, — а Ивель не появлялся и не присылал никаких вестей?

— Нет.

— А вы сами…

— Я не хочу звонить ему. Думаю, с ним все в порядке, он может иногда вот так уехать или уйти, чтобы побыть одному… Если бы что-то случилось, Анна оборвала бы мне телефон. Они созваниваются почти каждый день.

— Ужасно. — Он засмеялся.

— Чего смешного?! — Жанет потеряла терпение. — Все надо мной смеются. А я, между прочим, злюсь!

— Я для того и смеюсь, чтобы вы злились.

— Зачем?

— Просто вы нравитесь мне, когда злитесь.

— А вы мне — нет, когда злитесь! Потому что я ни разу не видела, как вы злитесь! И скорее всего, никогда не увижу! Потому что вы капризничаете и не хотите показывать лицо! Потому что все мужчины вокруг сошли с ума, и вы тоже решили валять дурака!

Мистер Икс некоторое время молчал, то ли обиженно, то ли пытаясь переварить услышанное, а потом сказал:

— Я предлагаю вам сейчас не думать о всякой ерунде и отдать предпочтение физиологическим удовольствиям, раз уж у вас есть Алекс. Это важнее для вас сейчас. И, думаю, на некоторое время нам надо прекратить наши встречи.

— Что-о-о?

— Да. Так будет лучше… для нас обоих. Я тоже живой человек, Жанет.

— Что вы хотите этим сказать, мистер Икс?

Он рассмеялся, и его смех снова звучал зло.

— А что тут можно еще сказать? Вы все слышали. Извините меня, но вам пора. Я позвоню вам. Всего доброго.

Пошатываясь, словно пьяная, Жанет брела по коридору. Мистер Икс ревнует ее. А если ревнует, значит… Дальше она боялась даже думать.

Но зачем он решил прервать их свидания? Именно сейчас, когда ей становится легче? Когда жизнь день за днем наполняется смыслом и светом? А может, он вовсе не урод и ему просто надоело играть с ней, как с игрушкой? А может, у него есть другая?

Тысячи вопросов и мыслей роились в ее голове, сталкиваясь, сбивая друг друга и заставляя чувствовать себя все ужаснее с каждой минутой.

Жанет не заметила, как очутилась в баре. Несмотря на позднее время, тут было довольно многолюдно. Вдруг, к своему удивлению, Жанет увидела Стена. Вспомнив его приключения и визитницу, одиноко лежащую теперь в тумбочке в ее каюте, Жанет постаралась придать выражению своего лица как можно больше дружелюбия. Но, кажется, получилось плохо.

— О, Жанет. Тоже не спится?

— Н-да, — процедила она.

— Ну-ну. Полно! Скоро вернется Ивель… Сегодня мы как раз причаливаем на очередную стоянку…

— И что, по-твоему, я тогда лучше стану спать?

Стен отвел глаза. Кажется, Жанет не в настроении.

— Ты как хочешь, а я пришел сюда немного расслабиться и выпить перед сном. Давай не будем устраивать словесную дуэль.

— Давай. Тогда не заводи разговоров о Ивеле.

Стен покосился на нее и промолчал. Жанет было все равно. Если коктейль окажется неудачным, она выложит этому пошляку и цинику все, что о нем думает. Все равно Оливии нет, и эти слова не смогут ранить подругу.

В глубине души Жанет понимала, что Стен по большому счету ни в чем не виноват, просто она взбешена тем, что произошло между ней и мистером Икс, вот и все. Но сделать над собой усилие было очень трудно.

В общем, неизвестно, чем закончился бы для них этот вечер, если бы в дверях бара не появился Алекс. Физиономия у него была самодовольная.

Да, в чем-то мистер Икс был прав, с материнской нежностью к этому бессовестному нахалу подумала Жанет. Он просто самовлюбленный Нарцисс! Но настолько искренне и бесхитростно самовлюбленный, что за эту любовь ему можно простить все!

— Жане-ет… — томно протянул Алекс, подходя к ней и обвивая за талию. — Жане-е-ет… Прости мое долгое отсутствие. Я скучал.

И он приложился к ее губам долгим, тягучим поцелуем. Когда смеющаяся Жанет отстранила его от себя, то увидела, что у Стена в буквальном смысле слова глаза вылезли из орбит. Смеялась она как раз потому, что ожидала именно такой реакции.

— Я не совсем понимаю… — начал было Стен. Сейчас он был похож на полицейского, у которого прямо под носом совершают кражу.

— Это кто такой строгий? — спросил Алекс, не заботясь о светских приличиях.

— Это муж моей подруги. Знакомьтесь. Алекс. Стен.

Мужчины сухо кивнули друг другу, обошлись без традиционного рукопожатия.

— А ко всему прочему я друг мужа Жанет, — счел нужным уточнить Стен. — И не совсем понимаю, что тут происходит. Почему ты целуешь его, Жанет? Что ты себе позволяешь?

Она прикрыла глаза и сосчитала до десяти. Просто ей не хотелось при Алексе затевать ссору… А тело, похоже, и правда живет отдельной жизнью. Потому что сейчас ей захотелось пойти в каюту и выполнить свое обещание, данное этому «начисто лишенному интеллекта самодовольному Нарциссу». Совершенно бесхитростно и без всяких прелюдий. Раз уж мистер Икс так настаивает на «физиологических удовольствиях» с другим, она готова сделать ему приятное! А заодно и себе!

Обида вновь заклокотала в Жанет, заставив ее заикаться:

— Я не п-понимаю, что тебя не устраивает, Стен. Ты, м-может, хочешь, чтобы я целовала тебя?

— Жанет, перестань!

— О боже!.. Ты хочешь, чтобы Алекс целовал тебя?!

Стен встал, обиженно поджав губы.

— Не буду мешать. Целуйтесь на здоровье!

— О, спасибо! Вот спасибо так спасибо! Что бы мы делали без его благословения, правда, Алекс?

Стен ушел, а они еще некоторое время молча сидели за стойкой бара. Что она делает?! Господи, что она делает?! Она же любит совсем другого человека!

Жанет в отчаянии приложила пальцы к вискам. Вот все и закончилось, не начавшись.

— Ты устала? — тихо спросил Алекс.

— Да.

— Хочешь спать?

— Да. — Она подняла на него взгляд, в котором было все: и обида на мистера Икс, и неудовлетворенное физическое желание, и отчаяние, и разочарование, и усталость… Все смешалось воедино, заставив Жанет принять это решение: — Да. Я хочу спать с тобой.

— Хорошая моя!

Алекс слез со своего стула и обнял ее. Очень нежно и совсем без той горячей страсти, что была несколько дней назад. Жанет почувствовала, что возрождается из пепла…

— Прости, что я не появлялся. Приспичило работать, пришло срочное письмо… Я уже пожалел, что взял в круиз ноутбук… Но это все не важно. Я правда скучал.

Жанет внимательно смотрела ему в глаза.

— Я тебя не обманываю.

— Я верю, — улыбнулась она.

— Ты мне очень нравишься, — прошептал он, нежно целуя ее ухо. — Правда. С того самого дня, когда ты свалилась прямо мне на голову.