Два царевича хорошо - Маргарита Суровцева

— Я заранее знала, что они будут иметь успех. — Кажется, мама не услышала саркастических ноток в его голосе. — Все отлично! Карьера идет в гору, а дочь ходит на свидания. Подумать только, Антон Черкашин — твой сосед! — Она лучезарно улыбнулась.

— Ну, мам!

— Господи, детка, оставь! Антон, я безумно рада познакомиться с вами!

— Я тоже, госпожа Мамонтова!

— Нет-нет, зовите меня просто Клара! На телевидении все говорят друг другу «ты»! Галчонок, я горжусь тобой! Я всегда знала, что ты не разочаруешь меня, но даже и предположить не могла, какая ты у меня амбициозная! Номер четыре, если не ошибаюсь, Антон?

Тот в ярости вскочил на ноги:

— Я так и думал! Благодарствую за то, что разрушили мне жизнь!

— Я что-то упустила? — Галка удивленно переводила взгляд с Антона на мать и обратно.

— Антон в какой-то степени был частью моего ток-шоу, которое я готовила для тебя.

— Да в чем дело-то? — рассердилась дочь. — Ничего не понимаю.

Черкашин обратил горящий взгляд на дочь:

— Мне следовало бы это знать.

— Да что, в конце концов? Перестаньте оба говорить загадками! — в высшей степени раздраженно воскликнула Галина.

Он возмущенно пробормотал:

— Все, проехали! Я ухожу! — и с силой хлопнул дверью.

Ничего не понимающая дочь вопросительно посмотрела на мать. Та только пожала плечами:

— На войне и в любви все средства хороши.

— Только не начинай сначала. Объясни толком, что происходит?

— Я всегда спрашиваю, когда ты выйдешь замуж, а ты в ответ — когда найдешь настоящего человека. Ну, я и решила слегка подтолкнуть тебя. Ты ведь смотришь мои шоу, по крайней мере я так думаю, — с упреком сказала Клара.

Дочь поджала губы:

— Ну, видела две-три передачи, мам. Я же работаю! Когда у меня есть время, я смотрю!

— Ты пропустила самое главное! У меня на передаче была ведущая светской колонки, ну, ты знаешь, С. Львова, — это ее псевдоним с намеком то ли на светскую львицу, то ли на сплетницу, которая была так любезна, что огласила список самых видных женихов города. Ты ведь помнишь Александра Суркова?

— Того самого друга, которого ты притаскивала на днях?

— Абсолютно верно. У него девятое место в списке. — Клара Анатольевна подарила дочери ласковую улыбку. — А у твоего Черкашина — четвертое!

Галка открыла рот и застыла.

— Черкашин считается одним из самых перспективных холостяков города?! Господи, теперь все ясно! Вот откуда девицы, которые осаждают его дом с утра до ночи!

— Я только не помню, почему он попал в список. — Мать нахмурилась. — То ли он богат, как Крез, то ли «большие родители», то ли просто потому, что такой классный! — Она одобрительно кивнула дочери.

— Сказка, а не мужчина! Я же такая амбициозная! — Галка рухнула на диван. — Мам, я еще не в том возрасте, чтобы не найти себе мужа. Нет нужды, чтобы с помощью ТВ ты выискивала женихов. Кроме того, у меня совершенно другой вкус.

— Насколько я могу судить, вовсе нет.

Клара Анатольевна присела на диван.

— Расскажи мне об Антоне.

Дочь вздохнула:

— Да нечего рассказывать, мам. Он только сосед, и мы общаемся по-соседски. Хотя теперь, зная, что моя мать ради меня устроила ему такую презентацию на ТВ, он меня возненавидит.

— Никакой презентации ему я не устраивала! Это было очень достойное сообщение. Я крайне удивлена, что его жизнь с тех пор не изменилась.

— Ах нет, изменилась, и еще как! Ты бы видела всех этих женщин! Высокие, крупные, с роскошной грудью! Тут мне абсолютно не на что рассчитывать!

— Чепуха! За твоим отцом тоже бегали — молодые, хорошенькие — и строили ему глазки. И наверняка он своего не упустил. Но когда встретил меня, он забыл о них, для него существовала только я. Все эти годы он был мне верен. — При воспоминании о муже голос Клары Анатольевны потеплел.

Галка улыбнулась. В глубине души она была убеждена, что мать идеализирует отца. Но сама хотела себе такого же мужа.

— Кроме того, солнышко, не всегда плохо, что у мужчины есть некоторый опыт…

— Мама! И знать не хочу, как вели себя мои родители в спальне! Лучше расскажи историю про аиста!

Клара тонко улыбнулась, а дочь застонала, как от зубной боли, и пошла наверх, чтобы переодеться. Через минуту она уже зашнуровывала кроссовки.

— Ну, ладно, детка! Молчу, как рыба об лед. Но скажи правду, ты встречаешься с Черкашиным? Или с кем-нибудь другим?

Готовая к выходу, Галка ответила как ни в чем не бывало:

— Ну что, как обычно?

— А как же? Клубничное с фруктами — это нечто! А сейчас расскажи мне о…

— Вот и хорошо, — прервала ее Галка. — А то я уже сто лет не ела мороженого. Я тебя приглашаю!

— Галчонок, — Клара Анатольевна стала вдруг необычно застенчивой, — мне надо что-то тебе сказать. — Я… ну, как бы это тебе… я встречаюсь с одним человеком! — выпалила она смущенно и взволнованно. — Ты ведь сама предложила это… Правда, тогда я обиделась, но чем больше думала над этим, тем больше понимала, что ты права.

Дочь смотрела на нее широко открытыми глазами.

— Я не хочу больше досаждать тебе — ты не должна против воли украшать мне жизнь внуками. Это неправильно. Я сделала ошибку. Прости меня, солнышко.

Галка нервно сглотнула:

— Ты встречаешься с мужчиной?

— Ну да.

— А я его знаю?

— Ты его видела.

— Ты нас познакомишь?

— Пока не знаю. — Клара нервно играла кольцами, унизавшими ее пальцы.

— Мне хотелось бы с ним увидеться.

— Ну, может быть, попозже. Если из этого что-то получится. — Она подняла на дочь серьезные глаза. — Я действительно любила твоего отца. И все еще люблю. И не знаю, есть ли другому мужчине место в моей жизни.

Галка обняла ее:

— Я не хочу, чтобы ты была одна.

Мать слабо улыбнулась:

— А я постараюсь не вмешиваться в твою личную жизнь, детка. Обещаю.

«Вот я и опять объект пристального внимания на брачном рынке», — грустно размышлял Антон. Он лежал на тахте и старался не думать о диване в соседнем доме и о том, что там могло бы произойти сегодня вечером. Еще несколько месяцев назад он жил спокойно, и те немногие молодые дамы, с которыми он ужинал, особенно не докучали ему. Но с того дня, как в эфир вышла эта бесстыдная передача, они буквально не давали ему проходу.

Единственное различие между Алиной и Галкой, кажется, состоит в том, что у Мамонтовой мозгов побольше. И еще в том, что она занозой засела у него в сердце, похоже, навсегда, в то время как об Алине он и думать забыл. Но он все никак не мог понять: неужели только ради дочери Клара устроила все эти ток-шоу? Теперь-то ему понятно, почему Галка так упрямилась, — что ж, цели своей она достигла! Он влюблен по уши! Интересно, как бы она себя повела, будь ей известно, что у него приличная сеть магазинов «Компьютерра» и внушительный счет в банке? То, что он добился успеха, будучи относительно молодым, принесло и нежелательные плоды: его включили в этот чертов список!