Два царевича хорошо - Маргарита Суровцева

— Договорились! Я ищу женщину тебе, а ты — мужчину мне.

Антон крепко сжал ее ладонь и с вызовом заглянул в глаза.

Галка на провокацию не поддалась, а, вытащив органайзер, уселась на краешек.

— Итак, начинаем прямо здесь и сейчас. — На губах ее появилась решительная улыбка. — Опиши женщину, которая тебе понравится.

С недоверием он покосился на знаменитую амбарную книгу.

— Еще один список?

— Естественно. Или у тебя есть идея получше?

— Думаю, что нет.

— Начнем с внешности.

Веселая ухмылка.

— Здесь все ясно.

Мрачный взгляд Галины.

— Я люблю крупных женщин. Но маленькие мне тоже нравятся, поэтому рост и объем не имеют значения. Длинные волосы предпочтительнее, но не обязательны.

Ручка замелькала в проворных пальцах Галины.

— Дальше.

— Мне нравятся хорошо сложенные женщины. Большая…

— Да, да, помню. Примерно как у Алины.

Его тонкая усмешка подтвердила ее правоту.

— Ну да.

— А почему ты не назначишь свидание этой самой Алине, если она такая великолепная?

Антон смотрел в сторону.

— Она вовсе не великолепная, милая. Не на первый и даже не на второй взгляд.

Галкино раздражение исчезло, и она с любопытством взглянула на него:

— Она сложена так, как надо. Что же тебе не нравится?

— С округлостями и прочим я хотел только поддразнить тебя. Все это несерьезно. — Он мимолетно улыбнулся и вновь посерьезнел. — И Алину я нисколько не интересую.

— Да она же тебя буквально проглотила со всеми потрохами.

Черкашин встал, подошел к окну и задумчиво посмотрел на детскую площадку.

— Могу заверить тебя, что я не представляю ее на карусели или на качелях. Да еще себя в придачу.

Галка смутилась:

— Ладно. Тебе важнее характер. Давай поподробнее.

— Хм… как тебе такая формулировка: естественная и с чувством юмора?

Галя опустила глаза.

— Это хорошие качества. Что еще? — спросила она чуть ли не шепотом.

— А еще хорошо бы, если бы ей было не так важно, что у нее не в порядке макияж или прическа растрепалась на ветру.

Она кивнула:

— И это понятно. А увлечения?

Он пожал плечами и повернулся к ней лицом.

— Я люблю велосипед, серьезно интересуюсь компьютерами, люблю парки и старые комедии. Было бы отлично, если бы ей тоже нравились эти вещи…

Ее пальцы слегка дрожали, когда он перечислял ее хобби. Добрые старые комедии она обожала, парки и ботанические сады были ее страстью, и на машине было бы ничуть не удобнее, чем на велосипеде. И если бы она сама не видела толпы женщин у него под дверью, то вообразила бы себе, что он — единственная родная душа в этом мире…

Антон взял органайзер у нее из рук и сел на диван.

— Ну-ка, дай взглянуть, что тут у нас. Хм, прекрасно… да, все так. А теперь твоя очередь. Итак, сначала внешность.

Галка скрестила руки на груди. Ну вот, сейчас перед ней снова надменный принц, который ведет свою игру. Эту черту его характера она уже изучила.

— Я передумала.

— Это нечестно. Мы скрепили наш уговор рукопожатием. И мы еще даже не обсудили, что считать среднестатистическим характером. А ведь это помогло бы мне! Ну, не упрямься! Так что тебе нравится в мужчинах?

— Внешность для женщин не так важна, как для вас. Это все глупости!

Антон кивнул и что-то нацарапал.

Она вырвала ежедневник у него из рук.

— Пункт первый. Ущербность! Как ты смеешь?! Собственно, тут не о чем дискутировать!

Он отнял у нее органайзер.

— Если ты не хочешь, чтобы я делал ложные выводы, сей же час отвечай на мои вопросы!

Галка скорчила кислую мину, но задумалась, а через минуту выпалила:

— Хочу, чтобы он был честный и трудолюбивый, обязательно великодушный. Чтобы был мне верен и любил только меня. Чтобы всегда мне улыбался, даже если это и не самая прекрасная улыбка в мире. — Она внимательно рассматривала свои руки, представляя себе человека, с кем бы ей хотелось прожить жизнь. — Хочу, чтобы он всегда радовался, когда меня видит, и говорил то, что думает, чтобы не смотрел на часы, когда со мной, и не подмигивал женщине, которая стоит у меня за спиной, а еще было бы чудесно, если бы у него было чувство юмора. — Вдруг она поняла, что Антон не комментирует ее фантазии, а слушает с большим вниманием. — Вот, собственно, и все. Остальное не так уж важно.

Не шелохнувшись, он не сводил с нее глаз.

— Не хочешь записать?..

Он покачал головой, потом взмолился:

— Гала, ну пожалуйста, назначь свидание мне! Я честный, трудолюбивый, добродушный и все такое. Я не буду заглядываться на других женщин. И мы оба совершенно точно знаем, что я всегда могу тебя насмешить.

Против воли она улыбнулась, вспомнив их с Дали совместный рейд по всем мусорным бакам. А такую самоиронию она вообще видит впервые. Может, он и прав. Может, им действительно выпала редкая удача узнать, куда их заведет взаимное притяжение. Может быть, все может быть…