Влюбиться в лучшего друга - Эмили Роуз

— Ты правда сможешь остаться одна? Ты ведь только что вышла из больницы.

Одна… Значит, он уходит. Или просто больше не хочет видеть ее в своем доме? Мерседес решила не выяснять, потому что боялась ответа.

— Нет… не знаю. Тебя долго не будет?

Джаред сжал губы.

— Три или четыре дня.

Он выбрался из машины и перешел к другой дверце. Открыл. Мерседес ступила на землю, и он тут же подхватил ее на руки. Она обняла его за шею.

— Я отлично могу идти сама, — запротестовала она, но неожиданно ей понравилась такая забота. От него исходило уютное тепло. В его объятиях она чувствовала себя как дома. Аромат его одеколона приятно щекотал ей ноздри, соблазняя.

— Врач сказал, тебе нельзя перенапрягаться, — он понес ее к входной двери. Его дыхание обдавало теплом ее щеку. Мятное дыхание, от которого у нее по коже пробегали мурашки.

Пока лежала в больнице, она так соскучилась по нему. По его объятиям. И оказавшись столь близко к нему, она снова почувствовала жаркую волну желания.

Ужас какой! Это все гормоны.

Дверь им открыла ее мать.

— Как доехали?

— Она уснула в ту же минуту, как села в машину, и проспала всю дорогу. Проснулась только что, — ответил Джаред, не успела Мерседес и слова сказать.

— Неудивительно. Больница всегда изматывает. Не волнуйся, Мерседес. Тут у тебя будет возможность отдохнуть.

Джаред последовал за ее матерью через весь дом и вышел в сад, огороженный высокой стеной, где усадил Мерседес в кресло.

Пусть ребенок уже в безопасности, но теперь в опасности оказались их отношения с Джаредом. С тех пор как они уехали из домика на берегу озера, Джаред установил между ними крепкую и высокую стену отчуждения. А теперь она сильно подозревала, что он хочет оставить ее здесь, у матери. И это было ужасно больно.

Он повернулся к теще:

— Кэролайн, спасибо за то, что согласились позаботиться о Мерседес.

— Ты же знаешь, я всегда рада принять у себя своих детей.

— Ты будешь звонить? — спросила Мерседес, ненавидя себя за такой жалобный тон.

Джаред помолчал несколько минут.

— Если я не справлюсь до среды, то непременно позвоню доктору Эванс, чтобы она позаботилась о тебе, — он убрал прядь ее волос за ухо и провел пальцем по щеке. Дыхание Мерседес сбилось. — Но и ты сама о себе заботься, Мерседес.

Эти слова прозвучали как прощание. Глаза защипало от слез.

— Ты тоже.

А потом он развернулся и ушел. Тишину сада прервал звук хлопнувшей двери. Послышался звук мотора, визг тормозов, и вскоре машина уехала. Женщина уронила голову на руки.

Вернется ли он теперь? Или их отношения закончены? Боль разрывала ей сердце.

Неожиданно теплая женская рука легла ей на плечо.

— Будешь завтракать?

— Нет… не сейчас, — она чувствовала себя несчастней некуда.

Как же ей хотелось все вернуть назад! Она же будет скучать по своему другу. По Джареду. Нижняя губа нервно задрожала.

Кэролайн опустилась рядом с дочерью на соседнее кресло.

— Что с тобой, Мерседес? Позвонить Джареду, чтобы он вернулся? У тебя боли?

Да, но эту боль не вылечить таблетками.

— Боюсь, моя болезнь слишком напомнила ему гибель Хлои и Дилана.

Мама наклонилась к ней и убрала растрепавшиеся волосы Мерседес с лица.

— Уверена, Джареду было нелегко пройти через это, но ведь с тобой и ребенком все в порядке. Вы обо всем забудете, когда через несколько месяцев возьмете на руки малыша.

Мерседес судорожно выдохнула. Горло ее сжималось от сдерживаемых рыданий.

— Не думаю, что Джаред будет рядом.

Мать подняла в изумлении брови.

— Почему? Он не оставит тебя.

Но паника внутри Мерседес нарастала. Вдруг он не вернется? Наконец она решилась. Посмотрела прямо в глаза матери и высказала:

— Это ребенок не Джареда.

Кэролайн обняла дочь за плечи и притянула ее ближе к себе.

— Я подозревала нечто подобное, но отец у ребенка не тот, кто физически его зачал. А тот, кто будет его растить и воспитывать, кто будет рядом. Лукас оказался лучшим отцом, чем Спенсер, и ты это знаешь.

— Знаю. Но мы с Джаредом поженились только ради того, чтобы Крейг оставил меня в покое. Джаред не любит меня как женщину.

Мать даже рукой махнула.

— Не надо мне об этом говорить. Я же видела, как он смотрит на тебя. А тот поцелуй на свадьбе… От вас исходил такой жар, что мог бы сжечь ближайшие кусты роз. И не рассказывай мне сказки. Джаред любит тебя и… хочет. Это же видно за версту. Другой вопрос — любишь ли ты его?

Мерседес колебалась. Она не хотела рассказывать матери правду. Кэролайн и так чувствует себя виноватой в том, что Спенсер Эштон предал детей. Недавнее открытие, что Спенсер лишил их наследства, не порадовало никого. Не хватало еще, чтобы Мерседес рассказала матери свою теорию любви и недоверия к мужчинам.

— Конечно, я люблю Джареда, но он всегда будет любить только Хлою.

— И ты правда думаешь, что в жизни мы способны любить лишь один раз? Я то была уверена, что мой пример и пример Джиллиан убедили тебя в обратном.

— Да, но…

— Мерседес, я не буду отрицать, что любила твоего отца, и когда Спенсер бросил меня, мне казалось, жизнь кончена. Но это не так. Потихоньку я собралась с силами и стала жить дальше, потому что от меня зависели мои дети. А потом Лукас научил меня любить заново. И это была совершенно другая любовь по сравнению с моей первой. Я тогда слишком устала, потому что страдание было невыносимым. Но мои чувства к Лукасу оказались такими же сильными, как и к Спенсеру, — она умолкла и покачала головой. — Нет. Моя любовь к Лукасу гораздо сильнее. Потому что я безоговорочно доверяю ему. Не потому, что я юна и наивна и не знаю лучшего. А именно потому, что сначала я узнала его как человека и полюбила как хорошего друга. А потом эта дружба превратилась в преданную любовь. — Кэролайн накрыла своими руками сцепленные руки Мерседес. — Большая часть любви — это доверие. А у тебя были с этим проблемы в прошлом, я знаю. Но теперь ты же доверяешь Джареду, а он доверяет тебе. Береги это, Мерседес. Дай ему шанс доказать тебе, что ты ему веришь. — Кэролайн поднялась. — Ладно, пойду приготовлю поесть. И учти, я жду тебя на завтрак, молодая леди.

Надежда проснулась в душе Мерседес, развернувшись белым парусом. Но ненадолго. Облака сомнений снова заклубились в душе. Любовь не для них, она знала это. Сможет ли Джаред быть ее мужем и отцом чужого ребенка? Не все мужчины на это способны. Не все захотят воспитывать не своего малыша.

Как ей убедить Джареда в том, что они принадлежат друг другу — как друзья и как любовники? Они любят друг друга и уважают, и им так хорошо в постели.