Сюрприз для повесы - Полина Федорова

— Какое это? — загорелась любопытством Александра.

— То тайное местечко под твоей прелестной коленкой, — уже открыто заулыбался Константин. — Феерично. Кто бы мог такое предположить. Хорошо хоть, что не пятка.

— Будешь издеваться — вмиг получишь этой самой пяткой прямо в лоб, — попыталась она парировать.

— Интересная мысль при выборе новых любовных поз, — притворно задумчиво произнес он. — А ты весьма изобретательна, ангел мой.

— Каких таких поз? — опять заинтересовалась Александра.

— Я обязательно тебе покажу, и ты будешь потрясена, — легко чмокнул он ее в нос.

— Обещаешь?

— Не сомневайся, моя прелесть. А сейчас, может, поужинаем? — предложил Константин. — Чертовски аппетит разыгрался.

— А мне пить хочется.

— В таком случае за стол! У нас там, кажется, и шампанское имеется.

Он встал, накинул архалук, вынув его из нижнего ящика шкапа.

— К сожалению, для дам здесь пеньюаров нет. Придется тебе довольствоваться простыней на манер древнегреческих богинь или же остаться обнаженной. Я подкину дров, и тебе не будет холодно.

Александра, несколько поколебавшись, все же предпочла простыню, обернула ее вокруг тела под мышками и села к столу.

— А чей это домик? Олсуфьева? — спросила она, утолив первый голод и смакуя шампанское.

— Нет. Мой, — ответил Константин. — Я давно уже купил часть земель по Медведице. Теперь это мои охотничьи угодья.

Александра уже более внимательно осмотрела убранство комнаты.

— Странно как-то… Ты и этот домик…

— Полагаешь, что такой вертопрах, как я, должен жить исключительно в столицах, быть без ума от балов и развлечений и скакать из постели в постель? — почти обиделся Вронский.

Уже давно Константин сделал охотничий домик своим тихим убежищем, куда он время от времени сбегал от суеты московской жизни, навязчивых любовниц, беспечных приятелей. И впервые он привез сюда женщину. Это тоже был своеобразный эксперимент. Еще в Москве Вронский старательно спланировал всю операцию, вот только сама Каховская внесла в нее собственные изменения, но общий замысел от этого ничуть не пострадал, а скорее приобрел некоторую пикантность.

— Нет, вовсе нет, — смутилась Александра в ответ на его замечание. — Извини, если мое удивление прозвучало грубо. Но мы ведь не очень хорошо знаем друг друга, и еще до знакомства у каждого из нас была некоторая предубежденность. Кто лучше меня знает, что внешность бывает обманчива, и за ней не всегда легко разглядеть правду. Ты ведь тоже считал меня чудачкой.

— Я и сейчас так считаю, но именно это меня в тебе и завораживает. — Он игриво вскинул бровь. — Может, продолжим твой «научный эксперимент»?

— Я не прочь набраться опыта, только на этот раз ты мне покажешь свои тайные местечки.

— Самое главное из них уже вполне готово к ведению боевых действий, — поднялся из-за стола Константин, продемонстрировав Александре несомненное подтверждение своих слов.

Они занимались любовью, пили шампанское, болтали обо всем на свете и ни о чем. Уснули на заре, когда над горизонтом начало подниматься солнце и издалека донеслось до них страстное бормотание токующих косачей.

— Как только мы заявимся к Олсуфьевым с пустыми руками, — сонно пробормотала Александра, стремительно погружаясь в дрему. — Стыдобища. Горе-охотники.

— Не тревожься, любовь моя, — погладил ее по голове Константин, вспомнив о наказе, который он дал своему егерю, — об этом я тоже позаботился.