Идеальный герой - Виктория Коннелли

Кей непонимающе взглянула на него, гадая, что он задумал.

— В общем, вы в любом случае можете отказаться.

— Отказаться от чего?

— От поездки к моей бабушке.

— К вашей бабушке?

Адам кивнул:

— Она живет неподалеку и будет очень рада познакомиться с вами. И вам она тоже понравится. То есть вы обе не разочаруетесь.

— Не знаю, — неуверенно произнесла Кей. — Мне бы надо домой…

— Прошу вас, — не сдавался Адам. — Поедемте и выпьем у бабушки чаю — так я буду знать, что вы не сердитесь на меня из-за того, что я выставил себя полным идиотом.

Кей прикусила губу. Чай с бабушкой Адама… Что бы это значило?

— Ладно, — согласилась она.

Адам улыбнулся и завел мотор.

— Нана Крейг вам точно понравится, — пообещал он.

Домик Наны Крейг приютился у тихой проселочной дороги, ее обочины заросли бутенем и смолевкой. Такой дом можно увидеть в детской книжке — с побуревшей тростниковой крышей и массивным дымоходом. Палисадник пестрел цветами, а кирпичная тропинка, выложенная елочкой, вела к деревянной двери, выкрашенной в желтый цвет.

Кей едва не ахнула, взглянув на это сельское жилище, — настолько живописным оно ей показалось. Адам обогнал ее и постучал в дверь молоточком.

— Бабушка немного туговата на ухо, — сказал он. — Но если вы захотите посплетничать с кем-нибудь в соседней комнате, она непременно все расслышит.

Он снова постучался, и через пару минут им открыли. За дверью показалось добродушное старческое лицо.

— Привет, Нана, — поздоровался Адам, наклонился и поцеловал бабушку в рыхлую щеку. — Мы к тебе в гости.

— Ах, внучек! — воскликнула Нана. — Наконец-то ты женился!

— Нана! Ты прекрасно знаешь, что не женился! — возразил Адам, покраснев как рак.

Кей улыбнулась.

— Я вас приглашала? Я уже забыла, но в мои годы это простительно, — сказала Нана.

— Нет, не приглашала. Я решил просто так заехать. Мы были рядом, в Марлкоуме. Там сегодня съемки.

— Ах, этот твой фильм! — вспомнила Нана. — Ты с ним совсем рехнулся.

— Да! — с готовностью подтвердил Адам. — Но ничего не попишешь, я его так долго ждал.

— Знаю, хороший мой, — сказала Нана, нежно стиснув его руку. — Мы с тобой стоим тут и болтаем всякий вздор, а барышня скучает на пороге!

— Простите мою невоспитанность, — спохватился Адам. — Нана, это Кей Эштон. Она недавно открыла в Лайме потрясающую гостиницу, и половина съемочной группы поселилась у нее. Кей, это Нана Крейг.

Они пожали друг другу руки, и Кей, увидев, как приветливо смотрит на нее бабушка Адама, улыбнулась ей.

— Пойдем, дорогая моя! Я очень тебе рада, несмотря на то что Адам пока не удосужился сделать тебя своей женой.

— Нана! Мы с Кей едва знакомы!

— Это никогда и никого не останавливало, — заметила бабушка. — Если честно, это даже на пользу делу.

— Не смейся над Кей! Она ведь не знает, что ты так шутишь!

Нана Крейг хихикнула — точь-в-точь как девчонка-озорница.

Они прошли через крохотный узкий коридорчик с красными стенами, вдоль которых выстроилась череда резиновых сапог разной расцветки и степени изношенности. В углу была старомодная стойка-вешалка, на которой висели яркие плащи.

— Нана неравнодушна к краскам, — пояснил Адам.

Они вошли в гостиную, расположенную по фасаду дома, и Кей поняла, что он имел в виду. Комната утопала в многоцветье — начиная с розовых обоев в цветочек и заканчивая двумя желто-красными диванами. На стенах висели красочные сельские пейзажи, в угловом застекленном шкафчике были во множестве выставлены милые статуэтки, а кофейный столик прикрывала салфетка невообразимого пунцового оттенка.

— Я заварю чаю!

И Нана заторопилась прочь из своей поразительной комнаты.

— Ого! — восхитилась Кей. — Никогда такого не видела!

Адам покачал головой:

— Для больной головы это настоящее испытание.

— Я все слышу! — крикнула из кухни Нана.

Кей улыбнулась.

— Вы еще не видели кухню, — понизив голос, продолжил Адам. — Это настоящая симфония в желтых тонах, а бабушкина спальня — сочетание всех мыслимых оттенков синего, впрочем и других тоже.

Они сели на диван.

— Кей, — начал Адам, — я не хотел переходить грань. Простите меня. Если я и сделал это, то не нарочно.

Кей взглянула на него — вид у Адама был и правда удрученный.

— Я понятия не имею, что вы себе вообразили. Я вовсе не собираюсь ни с кем крутить романы, — заявила она, стараясь отогнать навязчивый образ страстного объятия с Оли в марлкоумском садике.

— Ясно, — сказал Адам. — Я зря беспокоюсь…

— А почему вы обо мне беспокоитесь? — в недоумении взглянула на него Кей.

— Потому что вы мне небезразличны, — очень тихо ответил Адам.

Кей решила, что он сделал это нарочно — на тот случай, если бабушка подслушивает в кухне и уже выбирает цветы для свадебного букета.

— Вы, как мне кажется, слишком хороши, чтобы связаться с актером.

— Не собираюсь я связываться с актером, — нахмурилась Кей. — Просто меня восхищают фильмы с Оли. И если я восторгаюсь кинозвездами, то не моя в том вина. Не каждый день случается, что в моем доме останавливается один из моих любимых актеров.

— Понимаю, — вздохнул Адам. — Но все же будьте начеку.

Кей не нашлась что ответить, поэтому решила не усугублять ситуацию и промолчала. Она пока не знала, как следует воспринимать участие Адама. Приятно, конечно, когда кто-то о тебе заботится, но она не могла отделаться от ощущения, что Адам лезет не в свое дело и относится к ней, как к неразумному дитяти, которое без опеки непременно во что-нибудь вляпается.

В этот момент в гостиную вернулась Нана Крейг с чайным подносом. Адам вскочил и взял его у бабушки.

— Надо было позвать меня, Нана!

— Вот чепуха! Я, внучек, пока не настолько немощна.

Адам поставил поднос на столик. Кей поневоле залюбовалась кружками в цветную полоску и заварным чайником в горошек.

— В этом доме все вразнобой, — покачал головой Адам.

— А почему все непременно должно сочетаться? Вот уж носятся все с этими комплектами!

— Верно, — согласилась Кей. — К чему порядок, если беспорядок так очарователен?

Нана Крейг улыбнулась:

— Вот наконец-то я вижу разумную девицу! Совсем не то, что та, прошлая…

— Нана…