Я тебе объявляю развод, майор! - Ульяна Романова

– Привет, соседка!

– Очень доброе утро, – вежливо сказала я, вспомнив Аню и сделав в уме пометку, что подруге нужно будет срочно позвонить.

– Не очень. Выручи, а? В долгу не останусь.

– Чем рассчитываться будешь? – с любопытством поинтересовалась я.

– Выполню любое твое желание, – томно промурлыкал Кирилл.

– Годится, – я кивнула, заметив, как хищно сверкнули глаза соседа. Вот он удивится, когда я свое желание озвучу! – Что случилось?

– То, что Тамила не хочет уходить. А мне на работу нужно! Вот позарез! – Кирилл резанул ребром ладони по горлу и невинно захлопал глазами.

– Хаотичная смена партнеров к добру не приводит, – заметила я наставительно.

– Я больше не буду, – пообещал сосед и даже приложил ладонь к груди, демонстрируя смирение с предстоящей моногамностью.

– Ладно, подыграй! – вздохнула я. И, громко хлопнув в ладоши, завопила: – Ах ты, гад! Мне сказал, что уезжаешь в командировку, а сам здесь! Изменщик, сволочь, кобель!

Я решительно поднялась на лестничную площадку, продолжая спектакль:

– Все папе расскажу! Пусть он тебя уволит! Тебя даже дворником больше не возьмут!

– Милая, успокойся, прошу! – Кирилл явно горячо поддержал мою идею, моментально вжившись в роль.

– Успокойся?! У нас дети… Хоть бы их пожалел!

– Родная, я люблю только тебя! – почти правдоподобно произнес он. Подумал и добавил: – И наших детей! Всех троих...

– После развода ты их больше не увидишь!

Я снова хлопнула в ладоши и повернулась к двери с намерением постучать. Но тут дверь распахнулась сама, являя нам знойную брюнетку с самым зверским выражением на лице. Несмотря на раннее утро, даже на мой придирчивый взгляд девушка была очень красивой. Я бы назвала ее красоту роковой.

Она внимательно посмотрела на меня, затем на Кирилла, снова перевела взгляд на меня и тихо произнесла:

– Извини... Я не знала, что он женат!

– Я вот тоже в легком шоке! – как гром среди ясного неба раздался голос Шведова.

– Милая, это кто? – не подозревая, что над его головой сгущаются тучи, уточнил у меня Кирилл.

– Первый раз вижу! – не сдержав нервный смешок, выдала я и налетела на Кирилла: – Ты мне теперь еще и с мужчинами изменяешь?!

Выражение лица моего настоящего супруга в тот момент нужно было запечатлеть для потомков. Ярослав явно обалдел и очень нехорошо посмотрел на меня.

Брюнетка же приняла мудрое решение ретироваться. Развернулась к Кириллу, с размаху отвесила ему настоящую пощечину и гордо удалилась, громко цокая шпильками.

– Что это было? – даже не взглянув в сторону Тамилы, спросил Ярослав у ошарашенного соседа.

Тот слегка стушевался и покосился на меня.

– Что ты здесь делаешь? – задала я встречный вопрос Ярославу.

– Видимо, знакомлюсь с твоим новым мужем. А детей ты где прячешь? Троих… – Шведов опасно сузил глаза, но с места не двигался.

– Подожди, потом поругаемся... – успокаивающе махнув рукой, я повернулась к Кириллу. – Наш договор в силе?

Сосед кивнул, опасливо глядя на моего обалдевшего супруга.

– Прелестно! – обрадовалась я.

Но Яр перебил:

– Стеша…

– Потом, – и снова махнула рукой. – Кирилл, помни – ты обещал!

– Уверена, что хочешь сейчас это обсудить? – спросил он, дернув плечом под испепеляющим взглядом Ярослава.

– Да. Клавдия Матвеева тебе кем приходится?

Пришла очередь Кирилла удивленно распахнуть глаза.

– Мамой. А что?

– Вот мое желание – ты должен один вечер в неделю проводить с мамой!

– Не понял... – потирая лицо ладонью, произнес опешивший сосед.

– Что непонятного? Твоя мама от недостатка внимания уже весь подъезд в страхе держит. Участковый лечит нервный тик, а мои подруги, живущие по соседству, уже разорились на успокоительных. А все потому, что твоей матушке не хватает сыновнего внимания! Один вечер в неделю. Тебе не трудно, маме приятно, и все довольны. Я проверю!

– Ладно, – все еще не придя в себя от шока, пообещал сосед.

– Хорошего дня, – я широко улыбнулась, отдала ему квитанцию и с чувством выполненного долга потопала вниз.

Супруг за мной не последовал. Вместо этого он поднялся на несколько ступеней, схватил Кирилла за шею и очень душевно поинтересовался:

– Мужик, почем сейчас ромашки?

Я застыла на месте и уперла руки в бока.

– Понятия не имею, – выдохнул Кирилл, – узнать?

– Не надо, – улыбнулся Шведов, похлопал его по плечу и повернулся ко мне: – Пошли.

Дверь за Кириллом закрылась.

Я буквально кипела от негодования.

– И что это было?

– Тот же вопрос! – встав напротив, прорычал Ярослав.

– Что ты вообще здесь делаешь? – возмутилась я.

– Приехал отвезти тебя на работу. Но смотрю – ты неплохо проводишь время!

– Я восстанавливала справедливость…

– Во имя Луны? – иронично приподняв бровь, уточнил Шведов. – Стеша, у меня от твоей жажды справедливости уже седые волосы проклюнулись. Сначала мы возвращали бомжу квартиру, которую у него «отжали», потом чуть не дошли до суда, когда мальчик собаку при тебе ударил, теперь, как я понимаю, случилось воссоединение семьи…

– Бомжа не тронь! Анатолий – замечательный человек! Он, между прочим, твои обязанности иногда выполняет.

– Это какие? – Ярослав аж поперхнулся.

– Пакеты тяжелые помогает мне донести до двери! А ты что подумал?

– Именно это и подумал! – вздохнул Яр, расслабляясь. – Пошли.

– Ты понимаешь, что только что угрожал моему соседу?

– Угрожал? – удивился он. – Как? Я просто поинтересовался ценами на ромашки. Состава преступления нет, Стефания. Тебе ли не знать…

– Да ты себя видел в тот момент? – воскликнула я возмущенно.

– Это к делу не пришьешь! Может, уже пойдем в квартиру твоей бабушки и там продолжим выяснять отношения?

– Нет уж! Мне нужно на работу.

– Так рано?

– Еще в магазин и кофейню.

– У бабушки кофе закончился или снова лень мыть посуду? – весело хмыкнул Шведов.

– Хочется вкусный кофе, – пробурчала я, не желая признаваться, что Ярослав был прав по всем пунктам.

Кофе действительно закончился. Остался растворимый, который я не стала пить потому, что ненавидела мыть посуду. Яр об этом хорошо знал. Когда мы жили вместе, он мужественно брал эту ненавистную обязанность на себя.