Больше, чем любовь - Дениза Алистер

Через иллюминатор в каюту лился солнечный свет.

Алисия открыла глаза. События вчерашнего дня медленно восстанавливались в памяти. Медсестра сказала, что я упала и ударилась головой. Она осторожно повернулась вправо-влево, и ощутила только легкую тупую боль в лобной части, которую по-прежнему стягивала повязка. Так, уже хорошо, весело подумала девушка.

Я упала, когда передвигала диктофон. Он записывал признания Боцмана… Еще была светящаяся в темноте змея. Откуда она взялась на палубе? Непонятно. Вчера Чарлз помог мне восстановить в памяти события до несчастного случая. Но, видимо, я еще нуждаюсь в помощи, чтобы вспомнить все. Боже, как ужасно, чувствовать себя такой несамостоятельной, с тоской вздохнула Алисия.

Дверь приоткрылась, в каюту вошла вчерашняя медсестра.

— Здравствуйте, Пэгги.

— О, вы узнали меня! Я очень рада. Вчера вы заставили нас изрядно поволноваться, когда не смогли ответить на вопрос, как найти вашего мужа. Хорошо, что вскоре он объявился сам. Сейчас проверим, как ваши дела, а потом вы позавтракаете.

— Не беспокойтесь. Я сама встану. Мне нужно на яхту «Русалка» — ведь сегодня гонки.

— Сегодня вам можно гоняться только за солнечными зайчиками в постели, миссис Ливингтон. А если серьезно, то постельный режим — это строгое предписание врача.

Разговаривая, Пэгги ловко поменяла повязку, покрыв рану какой-то ароматной мазью.

— Доброе утро, Алисия. Как самочувствие?

С этими словами в каюту вошел Чарлз.

— Хорошо. Я хочу участвовать в гонках.

— Предлагаю позавтракать вместе и не торопясь все обсудить. Согласны?

Она не возражала.

— Тогда пойду и распоряжусь подать завтрак сюда.

Алисия полулежала в подушках, к кровати придвинули столик на колесиках, напротив сидел Чарлз.

— Настоящий английский завтрак: овсянка, яичница с сосисками, жареные помидоры и мармелад, — прокомментировала Алисия.

— Скорее шотландско-английский, — рассмеялся Чарлз. Овсянка на завтрак для англичан — это уже редкость. Другое дело, шотландцы, для них начать день с доброй миски каши просто жизненный принцип.

Они мило побеседовали на тему английской кухни, потом перешли к обсуждению погоды. Алисия терпеливо ждала: когда же Чарлз заговорит о том, что ее волнует сегодняшним утром гораздо больше, чем кулинария или метеорологические данные?

— Дорогая Алисия, я ценю вашу воспитанность, но не хочу злоупотреблять ею, — наконец сжалился Чарлз. — Гонки начались два часа назад. Мы можем следить за их ходом по телевизору. Трансляция начинается сразу же, как только первая яхта обогнет остров и возьмет курс на нашвиллскую бухту.

— Мой муж…

— Я провожал его и Питера. Питер Дуглас прибыл в Нашвилл всего лишь за час до старта — самолет из Бангкока сильно задержался, — но, как настоящий спортсмен, настроен только на победу. Я подсел к ним за стол во время завтрака и должен сказать, что капитан «Русалки» произвел на меня сильное впечатление. Он излучает такую мощную энергию, что, кажется, все вокруг просто заряжается ею. Не удивлюсь, если во время гонок «Русалка» в какой-то момент взмоет в воздух.

Чарлз искренне рассмеялся. Но Алисия не смогла поддержать его веселья, потому что пребывала в напряжении. Она не решалась спросить, обнаружен диктофон или нет. А раз не хватало смелости выяснить это напрямую, приходилось ждать, пока не представится подходящий случай.

Подали чай. Алисия бросила взгляд на блюдо с птифурами и маленькими булочками. Она оживилась.