Ложе из роз - Сьюзен Симмонс

— Не могли бы вы освежить мои воспоминания? Что такое «Нить Ариадны»? — спросил Майлс Сент-Олдфорд на следующее утро, когда, как и было назначено, встретился с Элиссой в ее кабинете в одиннадцать часов.

Элисса решила в разговоре по возможности избегать личных вопросов и держать маркиза на расстоянии — он был слишком привлекательным, и это становилось небезопасным.

— По греческой мифологии, Ариадна была дочерью царя острова Крит, Миноса, — начала Элисса, обойдя огромный стол розового дерева, сохранившийся с семнадцатого века. — Она полюбила Тезея, сына царя Афин. Согласно легенде, ее отец держал Минотавра…

— Существо с человеческим телом и головой быка, — вставил Майлс.

— Очевидно, вы помните кое-что из детских уроков, — Элисса села и жестом пригласила Майлса последовать ее примеру.

— Немногое, — признался Майлс, садясь напротив.

— Тогда вы должны помнить, что Минотавра держали в лабиринте, построенном под дворцом царя Миноса.

— Попавший в лабиринт не мог найти выход и погибал.

Элисса кивнула и сложила руки на коленях.

— В отмщение за убийство сына афинянами, царь Минос потребовал ежегодную дань — семь юношей и семь девушек, которых приносили в жертву Минотавру. Это чудовище выслеживало и пожирало свои жертвы одну за другой.

Майлс слегка постукивал по подлокотнику кресла.

— Благодарю вас. Теперь я вспомнил. Одним из этих обреченных оказался Тезей.

— Но Ариадна дала ему волшебный меч, которым можно было убить Минотавра, и один конец мотка пряжи. Тезей дошел до центра лабиринта, убил чудовище и с помощью путеводной нити нашел обратную дорогу.

— Значит, нить Ариадны спасла его, — заключил маркиз, потирая подбородок.

— Да, — кивнула Элисса.

— Удивительно, — он посмотрел в окно, на виднеющийся за спиной девушки парк. — А здесь, в аббатстве, есть лабиринт?

— Сейчас — нет. Хотя мы с мисс Пиббл встречали в старых книгах упоминания о средневековом торфяном лабиринте. Снаружи он казался просто заросшим травой холмом.

— Что же с ним случилось?

— Не знаю. Мы предположили, что со временем он просто разрушился. Он исчез столетия назад. — Элисса почувствовала, что должна задать очевидный вопрос. — Но как вы думаете, почему нам обоим снился лабиринт и нить Ариадны?

Майлс криво усмехнулся.

— Может быть, мы что-нибудь съели?

Элисса в данный момент не была расположена к шуткам.

— Может быть, мы оба каким-то образом сбились с пути, — совершенно серьезно предположила она.

— Или оказались в ловушке, — не задумываясь, добавил Майлс.

— В мифологии и в литературе лабиринт часто является символом человеческого стремления узнать истину, достичь просвещенности. — Элисса вспомнила слова леди Чабб, сказанные ею прошлым вечером. — Vincit omnia ventas.

— Истина всегда побеждает, — перевел с латинского маркиз. — Это ваш фамильный девиз?

— Да. — Почему-то между лабиринтом и геральдическим девизом Греев Элиссе виделась некая связь, но она не знала, какая именно. Она решила, что вернется к этой мысли, оставшись одна. Желая чем-нибудь занять руки, Элисса взяла со стола керамическую вазу и принялась разглядывать этот образец гончарного искусства. — Итак, о вчерашней ночи, милорд.

— Учитывая обстоятельства, думаю, мы можем отбросить формальности, особенно беседуя наедине. Можете звать меня Майлсом. У меня есть твердое намерение звать вас Элиссой.

— Итак, о вчерашней ночи, Майлс.

— Да, Элисса. — Он склонился к ней.

— Я просто не знаю, что сказать.

— Не надо ничего говорить. Розарий — уединенное место, отделенное от остального мира. Мы договорились, что все, случившееся в «Будуаре миледи» — наша тайна.

— Благодарю вас, милорд.

— Майлс.

— Благодарю вас, Майлс.

— Что это у вас в руках?

— Ваза в виде слона, — Элисса протянула ему вазу. — Пятнадцатый век, стиль сванкалок, из…

— Сиама.

Разумеется, он знал — в конце концов Майлс Сент-Олдфорд был светским человеком.

— Многие из эрлов Грейстоунских имели собственные коллекции или увлекались искусством, — объяснила Элисса. — Четвертый и шестой эрлы составили обширные коллекции предметов искусства, последний посвятил себя живописи Каналетто, — она указала на свою любимую картину напротив стола. — Седьмой эрл, как и мой отец, был ученым и путешественником. Он привез в Англию множество любопытных вещиц — керамику, образец которой вы держите в руках, картины, скульптуры различного размера и вида. Его примеру последовал одиннадцатый эрл, мой дед. — Элисса встала из-за массивного стола и подошла к полке, заставленной книгами в кожаных переплетах. — Дедушка собирал легенды об аббатстве — особенно те, в которых говорилось о призраках. — Она выбрала нужный том и, повернувшись к Майлсу, спросила: — Вы верите в существование призраков?