Тепло наших сердец - Нора Робертс

— Тут есть пара версий. — Он стал есть мороженое с одного края вазочки, а Мэлори с другого. — Бабушка считает, что охваченный горем король приговорил наставницу и телохранителя, или воина, к смерти, но его жена вымолила им прощение. Их не казнили, а отправили в изгнание. Сослали в мир людей и запретили возвращаться, пока они не найдут трех женщин из числа смертных, которые откроют шкатулку с душами. Они скитаются по земле, боги среди смертных, в поисках тех, кто освободит не только души принцесс, но и их самих.

— Ровена и Питт считают себя наставницей и воином?

Флинн улыбнулся, довольный тем, что их выводы совпали.

— Именно так я и думаю. Вы связались с психами, Мэлори. Это милая сказка, романтичная и сентиментальная, но когда люди начинают отождествлять себя с ее персонажами, сие уже ненормально.

— Ты забываешь о деньгах.

— Нет, не забываю. Именно деньги меня и беспокоят. Семьдесят пять тысяч — это уже не забава, не ролевая игра. Тут все всерьез. Либо они действительно верят в миф, либо готовят тут какое-то мошенничество.

Мэлори повертела в руке полную ложку крем-брюле.

— С их двадцатью пятью тысячами мое состояние оценивается приблизительно в двадцать пять тысяч двести пять долларов, включая двадцатку, которую я утром нашла в кармане куртки. Мои родители — типичные представители среднего класса. Ни больших денег, ни высокого положения в обществе. У меня нет богатых или влиятельных любовников. С меня нечего взять.

— Может быть, им нужно что-то другое, о чем ты не догадываешься. Кстати о любовниках. А бедные или невлиятельные у тебя есть?

Мэлори сделала глоток кофе, глядя на Флинна поверх чашки. Пока они обедали, солнце уже село. Теперь между ними мерцало пламя свечи.

— На данный момент нет.

— Какое удачное совпадение! Я тоже свободен.

— Я ищу ключ, Флинн, а не любовника.

— Полагаешь, ключи существуют?

— Да. В противном случае я не стала бы заниматься их поисками. Кроме того, я пообещала.

— Я помогу их найти.

Мэлори опустила чашку на стол.

— Зачем это тебе?

— На это есть множество причин. Во-первых, по природе я очень любопытен, а сия история, чем бы она ни закончилась, чрезвычайно интересна. — Флинн провел пальцем по тыльной стороне ее ладони, и Мэлори почувствовала, как по руке пробежала нервная дрожь. — Во-вторых, дело касается моей сестры. В-третьих, я хочу быть рядом с тобой. Насколько я понимаю, ты не устоишь против меня, как не устояла перед крем-брюле.

— Это уверенность или тщеславие?

— Ни то ни другое. Просто судьба. Послушай, почему бы нам не пойти ко мне и не… Нет, нет! Я вовсе не думал о поцелуе, и не пронзай меня столь презрительным взглядом. Ну вот, теперь я сбился с мысли…

— Проследить ход твоих мыслей не составляет труда.

— Вообще-то, я имел в виду совсем другое. Мы могли бы пойти ко мне и продолжить расследование. Кстати, практически никаких данных о хозяевах Ворриорз-Пик найти действительно не удалось, по крайней мере, под теми именами, которые они использовали для покупки дома, или похожими.

— Поиск информации я пока оставлю вам с Даной. — Мэлори облизала ложку. — А сама займусь другим.

— Чем же?

— Логика. Боги. Принцессы. В городе есть две-три книжные лавки, торгующие старыми книгами. Загляну туда. И живопись. Хочу выяснить, кто автор той картины, что еще он написал и где эти произведения могут находиться. Узнаю, кто владельцы полотен и как они были приобретены. Нужно еще раз наведаться в Ворриорз-Пик, поговорить с Ровеной и Питтом, взглянуть на картину. Рассмотреть ее как следует.

— Я поеду с тобой. Все не так просто. Возможно, это крупное мошенничество, и мой долг журналиста сообщить о нем.

Мэлори отрицательно покачала головой.

— У тебя нет никаких доказательств, что Ровена и Питт сделали что-то противозаконное. Я допускаю, что они чокнутые, но уж никак не мошенники.

— Успокойся. — Флинн поднял руку в знак примирения. — Я не опубликую ни строчки, пока не буду располагать неоспоримыми фактами. Но я не получу такие факты, если не познакомлюсь с действующими лицами этой истории. Мне нужен пропуск в дом, и этот пропуск — ты. Взамен получишь мой непревзойденный талант исследователя и репортерскую хватку. Или я еду с тобой, или уговорю отвезти меня туда Дану.

Мэлори задумчиво барабанила пальцами по столу, размышляя, как поступить.

— Боюсь, они не захотят с тобой разговаривать. И вообще, им может не понравиться, что мы втягиваем в это дело тебя, даже косвенно.

— А это уж моя забота. Проникать туда, где мне не рады, — часть моей профессии.

— Вот, значит, как ты проник в мою квартиру вчера вечером?

— Точно. Давай съездим в Ворриорз-Пик завтра утром. Я могу заехать за тобой в десять.

— Хорошо.

Мэлори решила, что его присутствие вряд ли так уж не понравится Питту и Ровене.

— Нет никакой необходимости провожать меня до двери, — сказала Мэлори, когда они подошли к ее дому.

— Есть. Дело в том, что я старомоден.

— И тем не менее, — пробормотала она, открывая сумочку, чтобы достать ключ. — Я тебя не приглашаю.

— Конечно, нет.

Подходя к двери, Мэлори бросила на него косой взгляд.

— Тон любезного и покладистого мужчины. Держу пари, что ты ни в коем случае таким не являешься. Это уловка.

— Неужели? — ухмыльнулся Флинн.

— Ты упрямый, властный и жутко самоуверенный. И тебе это сходит с рук из-за очаровательной улыбки, которая должна означать: «Я даже муху не обижу». Но улыбка — всего лишь средство достижения цели.

— Боже, эта женщина видит меня насквозь! — Глядя прямо в глаза Мэлори, Флинн намотал на палец прядь ее волос. — Мне придется либо убить тебя, либо жениться на тебе.

— А некоторая привлекательность не делает тебя менее назойливым. Вот в чем ошибка.

После этих слов он обхватил ладонями лицо Мэлори и жадно приник губами к ее губам. Вспыхнувший внутри жар, казалось, поднялся у нее от живота до самой макушки.

— И это тоже, — с трудом смогла сказать Мэлори. Она вставила ключ в замочную скважину, повернула, рывком открыла дверь, проскользнула внутрь и захлопнула ее перед носом Флинна. Через секунду снова открыла и любезно поблагодарила: — Спасибо за обед.

Хеннесси немного постоял перед закрывшейся во второй раз дверью, покачиваясь на каблуках. Потом он пошел домой, насвистывая на ходу и размышляя, что такие женщины, как Мэлори Прайс, делают жизнь мужчин по-настоящему интересной.