В ожидании судьбы - Барбара Картленд

— Я знаю, вы сильнее большинства женщин и умнее…

— Ах, стало быть, вы думаете, что большинство женщин слабые дурочки?

— Я этого не говорил.

— Вы имели это в виду.

— Почему вы стараетесь затеять со мной ссору? Злитесь, потому что в кои-то веки вам понадобилась моя помощь?

— Я благодарна вам за помощь, но не делайте из этого далеко идущих выводов. Я все равно сильнее Вудворда.

— Только не нужно его недооценивать, Розина.

— Тогда пусть он перестанет недооценивать меня. Письма по-прежнему у меня, и, если я еще раз поймаю его на каком-нибудь злодействе, я пущу их в ход.

Сэр Джон невесело усмехнулся.

— Вы так отважны и дерзки. Если бы я не знал вас лучше, то сам бы испугался.

— Почему вы так уверены, что хорошо меня знаете? Вы знали меня такой, какой я была раньше, до смерти мисс Дрейкотт. С тех пор я стала другим человеком. Я веду ответную борьбу ради нее и ради всех женщин. И я не успокоюсь, пока все женщины не получат возможность бороться за себя.

— Мы говорим о праве голоса для женщин? — с сарказмом спросил сэр Джон.

— Кроме всего прочего. И как вы смеете находить это смешным? Думаете, над участью мисс Дрейкотт можно смеяться? Смог бы кто-нибудь обойтись так с вами? Не думаю.

— В таком случае вы ошибаетесь, — сказал сэр Джон. — Именно так со мной обошлась женщина, которая разбила мне сердце и ушла, не оглянувшись, как только подвернулся лучший вариант. Черствость не является исключительной чертой моего пола, поверьте.

— Значит, вы должны проявлять больше сочувствия и понимания, когда я пытаюсь сделать что-нибудь для других женщин.

— Но вы уже сделали. Я просто прошу вас не подвергать себя опасности. Розина, вы нанесли сокрушительный удар во благо всех женщин, с которыми дурно обошлись. Но пусть он будет последним. Пообещайте мне это.

— Ничего я вам не пообещаю. Как вы смеете требовать от меня обещаний?

— Я не только требую, я настаиваю. Немедленно отдайте мне письма.

— Не отдам. Кем вы себя возомнили? Моим отцом?

— О нет, — пробормотал он так тихо, что Розина почти не расслышала.

Вслух сэр Джон сказал:

— Вы храбрая и сильная, но вы не знаете жизни.

— Моих знаний хватит, чтобы одолеть Артура Вудворда.

— Он не сражен, он лишь ранен. И он вернется. Если уж вам так хочется видеть себя воительницей, позвольте вам кое-что сказать. Всякий воин уязвим, и только глупцы считают, что это не так. Вам нужна помощь.

— Ваша помощь мне не нужна.

— А я думаю, что нужна.

— Вы считаете, что помогать мне — значит взять все в свои руки и командовать.

— Я хочу, чтобы вы отдали мне письма.

— А я думаю, этого делать не стоит. Тема закрыта.

— Неужели? — спросил он, сверкая гневным взглядом.

— Да, потому что я сейчас иду наверх, к себе в комнату, где закроюсь на замок. Если вы попытаетесь меня преследовать, будет скандал. Думаю, мама вообще выдворит вас из дому.

— А ваш отец быстро вернет меня на место, — парировал сэр Джон, досадуя на себя, что не смог промолчать.

Розина смотрела на него, запрокинув голову. Она почти смеялась.

— Вы заблуждаетесь, сударь. Папа может быть большой шишкой в палате общин, но в доме Кларендонов правит мама. Если сомневаетесь, проверьте.

Он не посмел бы проверять. Розина была слишком уверена в себе. Вместо этого молодой человек процедил сквозь стиснутые зубы:

— Это нечестный бой. Вы пользуетесь слабым местом противника.

— Я думала, так и надо, — невинно ответила девушка. — Разве не так делают политику?

— А что, если я тоже использую нечестный прием? Либо вы отдаете мне письма, либо я все рассказываю вашему отцу, а он потребует их себе.

— Вы этого не сделаете!

— Отчего же? Я просто играю по вашим правилам. Как вы сказали, это политика, и вы начинаете отлично в ней разбираться. Так что будем бороться на равных условиях.

У Розины весело заблестели глаза.

— Пощады не просить?

— И не даровать, — сказал он.

— В таком случае… письма у меня наверху.

Розина вышла из библиотеки и стала подниматься по лестнице. Сэр Джон шел следом. На пороге своей комнаты девушка сказала:

— Вам придется подождать снаружи.

— Разумеется, — ответил сэр Джон, слегка обиженный предположением, что он мог поступить иначе. — Но оставьте дверь открытой, чтобы я видел, что вы делаете.

— Неужели вы мне не доверяете?

— Нет.

Розина проскользнула в комнату.

В следующую секунду дверь захлопнулась перед самым носом сэра Джона, и звук быстро защелкнувшейся задвижки сказал ему, что его одурачили.

— Розина!

Из-за двери донесся ликующий голос:

— Бороться нечестно можно по-разному.

Он собирался было отчаянно забарабанить в дверь, но — о, ужас! — на лестнице показалась экономка. Быстро сообразив, он повысил голос и обратился к двери:

— Рад, что сумел вам помочь, мисс Кларендон.

После этого он повернулся и зашагал вниз по лестнице, стараясь сохранить как можно более независимый вид.

Но смех Розины преследовал его всю дорогу.