Алайна. Уроки благодарности и лжи - Наташа Фаолини

Старательно прячась за живыми изгородями, мы приблизились к моей усадьбе. От главной дороги к крыльцу уже была вымощена дорожка из бурого кирпича – ею мы и прошли ко входу, где я, внезапно, поняла, что у меня нет ключей от дома.

Эстер завороженно разглядывала кусты, выстриженные в форме зверей. Я громко постучала в дверь, всем сердцем желая, чтобы внутри кто-то был, и желательно, чтобы этом «кто-то» был не Ольгерд.

Нам повезло – дверь открыла женщина, которую я мгновенно окрестила «учительницей». Волосы собраны в строгую, стянутую причёску; серое платье идеально отглажено. Острые, мелкие черты лица и взгляд, строгий и надменный.

- Госпожа Валениора, - удивлённо произнесла она, безошибочно узнав во мне княгиню. – Мы вас не ожидали сегодня. Ваш переезд запланирован несколько позднее…

- Я заселяюсь прямо сейчас, - решительно заявила я, входя в дом, и держа Эстерситу за руку.

Женщина охнула, заметив побои на лице Эстер.

- Что случилось с девочкой?  

- Как видите, ничего хорошего.

Эстер жалась ко мне, переживая, видимо, что её сейчас заставят уйти.

- Князь знает? – женщина смерила меня проницательным взглядом.

Мне не хотелось ругаться с этой дамой, но стоило обозначить своё место прямо сейчас. Своё и её.

- Как я могу к вам обращаться?

- Порцианна Лейлия, управляющая домом, - преисполненным собственного достоинства тоном представилась женщина.

- Госпожа Лейлия, то, останетесь ли вы управляющей в этом доме, зависит от того, узнает Ольгерд о девочке от вас, или от кого-то другого.

- Я не имею права молчать, - она сжала свои и без того тонкие губы.

- У вас есть дети, Порцианна? – я старалась бить по чувствительному месту. Управляющая молчала, и я продолжила. – Не знаю, сын у вас, или дочь, но представьте, что ваш ребёнок оказался на улице, избит и без средств к существованию, и никто, никто не остановился около него, дрожащего и плачущего. Никто не помог.  

Моим словам воспоследствовала пауза, но я уже поняла, что добилась своего. Ни одна женщина, имеющая своих детей, не бросит ребёнка, пусть и чужого, в беде.

- На мансардном этаже расположена гостевая комната, - вдруг произнесла она. – Не детская, но всё необходимое там есть.

Я предприняла решение ковать железо, пока горячо.

- У неё огромное количество синяков по всему телу. Я бы хотела, чтобы её посмотрел врач, но не знаю ни одного здесь. Даже не догадываюсь, как с ним можно связаться.

- Врачи для всех княгинь вызываются лишь с ведома князя Валениора.

- Порцианна, - я лукаво усмехнулась. – Не верю, что вы не знаете ни одного способа вызвать врача, не ставя при этом Ольгерда в известность.  

Она знала. Конечно, она знала, и, подозреваю, частенько вызывала лекарей для остальных девочек. И что это за идиотское правило такое, вызывать врача лишь с одобрения князя? Он возомнил себя вершителем судеб? Я вновь разозлилось. Сегодня был очень насыщенный день, и, казалось, стоит ко мне поднести спичку, и она загорится.

Прибыл лекарь – невысокий мужчина с густыми бакенбардами в серой медицинской форме, и тут же очаровал Эстерситу. Она без страха последовала за ним в комнату, которую Порцианна выделила для девочки. Когда управляющая обратилась к доктору на официальный манер – господин Лейлий – я едва не крякнула. Какая продуманная женщина! Доктор был её мужем. Теперь понятно, как жёнам Ольгерда удавалось скрывать его визиты.

Пока доктор осматривал Эстер, я отправилась в спальню. Хорошо, что я уже была там однажды, и помнила, как туда дойти. Внутри на двери имелся внушительных размеров засов, чему я искренне порадовалась. Ура! Никаких неожиданных Ольгердов в моей спальне.