Отец подруги. Ты моя - Анастасия Сова

А потом мы дружно переходим на смех.

Объясняю Яне, что ко мне приезжал ее отец и слезно просил организовать им встречу. Про все остальное молчу. Хотя так и подмывает рассказать.

Подруга долго ломается, но все же решает согласиться. Рассказывает, как недовольна была мама, когда все узнала про наше вранье, но Тамерлану удалось отстоять право дочери на совместное с ним проживание.

– Но я бы и так никуда не поехала, – признается подруга. – Я дура что ли от таких бабок отказываться? Мне папочка за все восемнадцать лет задолжал!

Яна, конечно же, зовет меня пойти с ней. Я же противлюсь, уверяя, что только доведу ее до столика, а дальше пусть сами разбираются. Но подруга все же вынуждает меня купить красивое вечернее платье с вырезом на бедре. Себе берет почти такое же, только короче.

– Блин, какой же секс, – изрекает она, пока мы крутимся перед зеркалом в шикарном бутике, который по стоимости шмоток не ступает тому, в который я устроилась работать.

Я без зазрения совести принимаю подарок в виде платья. Пусть он и куплен на деньги Тамерлана. Он ведь просил меня привести дочь? Просил. А она согласилась идти только в обновках. Ну, разве могла я противиться?

В ресторан нас отвозит Максим. Он пытается заговорить со мной, но я показываю ему средний палец.

– Объясни хоть, в чем дело? – спрашивает все же он.

– У друга своего спроси! – бросаю в ответ, пока Яна не слышит. – Который к девушке переехал!

– Да, блин! – разочарованно закатывает глаза Максим. – Что я мог сделать?!

Уже больше ничего не отвечаю.

Пошел он!

Тамерлан уже ждет нас в ресторане. Как обычно, одет с иголочки и выглядит безупречно. Он поднимается со своего кресла, чтобы поприветствовать нас.

– Все, как договаривались, – говорю ему и закусываю губу.

Тамерлан окидывает меня быстрым взглядом, задерживаясь на вырезе груди и вдоль бедра. Об этом я как-то не подумала.

– Нет! – за отца все решает Яна. – Мила останется. Ты же, пап, не против?

– Не против, – мужчина отвечает сухо и будто бы теряет ко мне всяческий интерес. Я прямо вижу, как он переключается на дочь, с которой безумно хочет наладить контакт. И в это я, кстати, верю.

– Ну?! – Яна снова включает «тварь». И у нее отлично это получается. Каждый раз поражаюсь. – С чего разговоры начнем разговаривать?

– Сначала сделайте заказ. Здесь отличная кухня, я могу посоветовать.

– Обойдемся как-нибудь без советов, – отрезает Яна.

Замечаю, как сжимается ладонь ее отца, лежащая на столе. Он крайне раздосадован таким поведением, но старается держать себя в руках.

Я тоже пытаюсь это делать. Изо всех сил. Выбираю первое попавшееся на глаза блюдо и свежевыжатый сок.

И я уверяю себя, что выдержу этот ужин. Да чего может произойти вообще?!

Но моя уверенность вдруг мгновенно тает, когда я чувствую, как под столом моей обнаженной коленки касается ладонь Тамерлана.

Глава 28

Мила

Пальцы Тамерлана сильнее сжимают мою коленку.

Стараюсь не реагировать на это движение, но понимаю, что смотрю на подругу с испугом. Озираюсь по сторонам, чтобы оценить масштаб бедствия, но понимаю, что другим посетителям ресторана плевать. Они не видят. Так что все только между нами. Между мной и Тамерланом.

Яна о чем-то спрашивает отца, а он отвечает. Как ни в чем ни бывало.

И только я вжимаюсь в свой стул, опасаясь пошевелиться, пока его рука медленно, но прицельно, начинает движение по моему бедру вверх.

Вслед за ней остается пульсирующая дорожка, покрытая мурашками. А еще я не могу ничего поделать с тем, что между моих ножек становится тепло от предвкушения.

И я ненавижу себя за это! Честное слово!

А еще я по дурости надела это дурацкое платье с вырезом. В глубине души мне хотелось, чтобы Тамерлан весь вечер пускал по мне слюни. Но, похоже, хуже я сделала только себе.

– Мила, ты согласна? – Яна вдруг обращается ко мне, и я понимаю, что не слышала ни единого слова.

– Что? – переспрашиваю.

А Тамерлан не останавливается. Он не дает мне передышки, продолжая продвигаться к трусикам.

Мое дыхание учащается, а поза становится все более напряженной.

Этот ублюдок знает, что я не признаюсь Яне. Не сдам его. Этим и пользуется, наглый гад.

Яна повторяет свои слова, но я снова не успеваю уловить сути, потому что именно в этот момент бесстыжие пальцы Тамерлана едва ощутимо задевают мою плоть через трусики.

Шумно выдыхаю, стараясь сдержать приливающую волну.

– Мила?! – Яна выгибает бровь, понимая, что что-то не так.

– Да! – отмахиваюсь рукой и стараюсь принять более непринужденную позу, при этом сама, не специально, сильнее трусь о пальцы Тамерлана.

Ткань трусиков становится мокрой от приливающей теплой влаги.

Меня возбуждает вся эта ситуация, хоть я и понимаю, как ужасно поступаю. Но это контролирую не я. Точнее, я это никак не контролирую.

– С тобой точно все в порядке? – удостоверяется Яна.

– Да, – включается в разговор Тамерлан. – Ты что-то раскраснелась.

Ублюдок.

– Все в порядке, – улыбаюсь. – Тут просто душно.

Перевожу взгляд с подруги на ее отца, продолжая выжимать из себя улыбку. И именно в этот момент этот урод отодвигает ткань моих трусиков, касаясь плоти напрямую.

И смотрит прямо в глаза. Старается уловить реакцию.

Усмехается, заметив, как я едва сдерживаюсь, чтобы не закатить глаза.

А дальше начинается настоящая пытка.

Тамерлан умеет доставлять удовольствие и прямо сейчас ласкает мои складочки так нежно и умело, что мне хочется застонать.

Я сдерживаю этот стон со всех своих сил. Лишь иногда дергаюсь, будто у меня психическая болезнь, но подруга так увлечена спором с отцом, что и не замечает этого.

Возбужденная киска сокращается и пульсирует. Истекает моими соками. Мужские пальцы все легче скользят по складочкам, вызывая во мне дрожь.

А потом Тамерлан вдруг концентрирует свое внимание только на одном месте. Спереди. Гладит его. Немного надавливает. И это вызывает настолько сладостное предвкушение, что я хочу закричать.

Клитор ноет от чрезмерного возбуждения, которое все никак не может получить свою кульминацию… Ведь я не смогу кончить, потому что обстановка не позволит.

Да и тогда я вряд ли смогу сдержаться. Если получу оргазм, Яна поймет, что у