Осторожно, злой босс - Марта Вебер

— Дмитрий Романович, мне нужно с вами поговорить, и всё объяснить.

Он поднял на меня глаза, в которых плескался просто какой-то океан боли, и я даже растерялась. Неужели это я могла так обидеть его своим обманом? Но я же простая сотрудница, с чего бы ему так переживать?

— Ну, говорите, что хотели сказать — как-то слишком спокойно сказал он. Его тон совершенно не подходил к ситуации.

— У меня есть дочь, Маша. Я воспитываю её одна, и мне очень нужны деньги, а соответственно, и эта работа. Я вас очень прошу, не увольняйте меня. Да, я сказала неправду, когда меня брали на работу, но по-другому я бы не устроилась.

— И с кем ваша дочь проводит время, когда вы работаете с утра до вечера? Вы вообще подумали о своём ребёнке, когда устраивались на работу, которая отнимает у вас практически всё свободное время? Как вы сейчас предлагаете мне спокойно оставлять вас сверхурочно, вызывать по выходным, когда мне нужно, отправлять в командировки, зная, что дома вас ждёт ребёнок?

— У меня есть няня. Она может оставаться столько, сколько нужно. Плюс друзья, если сильно придётся всегда помогают.

Я говорила, а у самой уже сердце практически разрывалось. Он был прав. Конечно, он был прав. В который раз за один вечер у меня над головой вспыхнула надпись: «Отвратительная мать».

* * *

Шесть лет назад

Мы ещё лежали в кровати, когда Олегу позвонили.

— Не отвечай — улыбнулась я, и ласково уткнулась ему в плечо.

Но он, абсолютно проигнорировав мою просьбу, сел на кровати, встал, и пошёл к своим штанам, в кармане которых был телефон.

— Да? — он говорил, отвернувшись к окну. На улице и в нашем номере было темно, и я наслаждалась очертанием его тела, освещенного только светом уличных фонарей и луны. Я даже не могла поверить в то, что только что произошло. Я стала женщиной. — Никуда её не выпускай, я сейчас приеду.

Олег завершил вызов, и повернулся ко мне.

— Прости, малышка. Мне нужно будет сейчас уехать по делам. — В груди всё ещё неприятно колола фраза про то, что он просил не отпускать какую-то девушку. Неужели он, ради встречи с кем-то, готов был сейчас уехать после того, как я подарила ему свою первую ночь?

— Если ты сейчас уедешь, то больше можешь мне не звонить. — Я села, и обиженно отвернулась в другую сторону.

Почувствовав поцелуй в плечо, нехотя откинула голову в сторону Олега.

— Давай так, я не могу не поехать, но ты поедешь сейчас со мной. Посидишь в машине, и пообещаешь мне никуда не выходить. А когда я закончу, мы вернемся сюда обратно. Идёт? — я кивнула. Похоже, это был единственный вариант развития событий.

Через полчаса мы подъехали к какому-то полуразрушенному зданию.

— Тут же заброшка, мы точно сюда? — оглядываясь, спросила я Олега.

— Так, зайка. Не забывай, сидишь в машине и не выходишь. Договорились? — Он даже не потрудился ответить на вопрос, но было и так понятно, что мы приехали туда, куда нужно.

Олег вышел из машины, а я осталась сидеть, вглядываясь в темноту, и вспоминая наш прошедший вечер.

Просидев минут двадцать, я уже откровенно заскучала. Я думала, что он решит свои вопросы быстро, но, похоже, мероприятие затягивалось.

А почему я вообще должна была сидеть и ждать его, не выходя? Я же не ребёнок. Повинуясь внутреннему протесту, я вышла из автомобиля, и огляделась, словно воришка, который боялся быть обнаруженным.

В заброшенном здании, куда ушел Олег, раздавались голоса и звуки, и я, почему-то крадясь, пошла в их направлении.

Пригнувшись, я залезла внутрь, и нашла помещение, откуда доносились голоса. Повинуясь внутреннему голосу, я заглянула туда.

Олег, и ещё двое его друзей, стояли ко мне спиной, а напротив них на стуле сидела девушка со связанными руками.

Что здесь происходит?

Одновременно с моим мысленным вопросом раздался шлепок от того, что Олег отвесил девушке сильную пощёчину. Я вся сжалась. Как он мог?

— Су*а, я ещё раз тебя спрашиваю. Где он? — девушка плакала, и отрицательно качала головой. Её рот был закрыт какими-то грязными тряпками.

— У меня нет времени на долгие разговоры — сказал Олег, и я с ужасом наблюдала, как из кармана он достал пистолет, и направил его прямо в лицо незнакомке.

В этот момент её глаза вдруг встретились с моими.

24 глава

Я стояла напротив Дмитрия Романовича в тёмном дворе. Рука уже отпустила локоть, за который я его держала, и безвольно повисла вдоль туловища. Я прекрасно понимала, что это конец моей попытки на счастливую жизнь. Наверное, я просто для этого не создана. Моей судьбой было перебиваться на мелких работёнках, пытаясь заработать на жизнь себе и своей дочери.

Света во дворе почти не было, горел лишь один фонарь из четырёх. И только сейчас, когда влага от лужи, в которой я стояла, добралась холодом и сыростью до моих ног, я поняла, что выбежала из квартиры в домашних тапочках.

— Простите, Дмитрий Романович. — Я развернулась и хлюпая мокрыми тапками пошла обратно к подъезду.

— Вероника Юрьевна! — Услышала я в спину, и резко обернулась, словно только и ждала, что меня окликнут. — Можно вызвать такси с вашего телефона? Я отпустил Геру, а мой разрядился.

Плечи вновь опустились. Ну конечно, и на что я рассчитывала?

— Да, конечно. Держите.

Я подошла к начальнику и протянула ему свой телефон. Он с удивлением уставился на мой кнопочный гаджет, но потом всё же взял его в руки.

— Я уже и забыл, что такие бывают — пробормотал он себе под нос, а потом набрал какой-то номер. — Здравствуйте. Можно машину на Новокузнецкую двадцать шесть?

Пока он заказывал такси, я, воспользовавшись возможностью, вглядывалась в его лицо. Скорей всего это был последний раз, когда мне представлялся такой шанс. Сейчас почему-то я очень чётко видела то же самое, что увидела Маша при их первой встрече. На его лице не было злобы, он действительно будто был грустный.

Зачем он приезжал? Я ведь так и не выяснила. А сейчас уже, наверное, и не узнаю.

— Держите, спасибо. — Он вернул мне телефон, смотря куда-то вниз. — Вы что, выбежали в одних тапочках? Вы же заболеете! И с кем осталась ваша дочь? — Моментально он превратился в уже знакомого мне цербера.

— Маша с соседкой, а за моё здоровье не волнуйтесь.

— Вероника Юрьевна, если вы заболеете, я не стану работать бок о бок с кем-то, распространяющим бациллы! Больничный