Вернись за мной - Коринн Майклс

Он не может это иметь в виду. Люди, которые не были в этой ситуации, смотрят на это иначе. Я слышала, как люди говорят о людях в плохих отношениях и о том, что они бы не делали этого.

Если кто-то не побывал в этой шкуре, он не может сказать, что бы делал.

Я никогда не думала, что буду иметь абьюзивные отношения, но вот я здесь.

Когда я росла, то была той умной девочкой, которая думала, что найдет мужчину, который будет к ней хорошо относиться, а если нет, то его не будет. Потом я встретила Кевина и оказалась в этих бурных отношениях, где он стал моим миром, а я стала аутсайдером в собственной истории.

Я сама виновата.

— Хотя я ценю это, но я не согласна. Я знала, что мне нужно уйти, но решила остаться и надеяться, что он изменится. Это навсегда будет за мной, потому что я очень боялась осознать, что он никогда этого не сделает".

Коннор сделал глоток кофе и грустно улыбнулся мне.

— Я не согласен с твоим несогласием. — Я тихонько рассмеялась и вздрогнула. — С тобой все в порядке? Мне бы очень хотелось, чтобы ты обратилась к врачу.

Меня проверила врач скорой помощи по имени Сидни, и я позволила это лишь для того, чтобы убедить ее, что мне не угрожает серьезная опасность. Но мой бок испытывает такую сильную боль, что я бы не удивилась, если бы у меня было треснувшее ребро.

— Я пойду завтра, когда она будет в школе.

— Мне нужно хотя бы очистить порез под твоим глазом.

— Я ценю, что ты хочешь помочь, — тихо сказала я. — Но уверена, что смогу справиться сама.

Коннор начал двигаться, чтобы упереться в перила, скрестив большие руки на груди, будто он мог бы отбить мир, если бы тот пошел на него.

— Я понимаю, что ты предпочитаешь это, но позволь хотя бы проверить твои ребра. Я уверен, что они сломаны, и хочу убедиться, что нет признаков чего-то более серьезного, особенно если ты откладываешь поход к врачу.

— Хорошо, — согласилась я, зная, что не смогу на него посмотреть или чего-то там потрогать. Черт, я едва дышу, но хочу плакать. — Я до сих пор не могу поверить, как прошла ночь. Я так… устала, но не думаю, что смогу заснуть. Все, что я постоянно вижу, это его лицо и чувствую боль, когда он ударил меня ногой".

Мы оба замолчали. Я не знаю, почему ему в этом призналась.

После нескольких минут комфортной тишины Коннор прочистил горло.

— Элли, бил ли когда-нибудь твой муж Хэдли? — спросил он без признаков осуждения, только с любопытством.

— Насколько я знаю, нет. Он угрожал… Ну, вот почему я наконец-то ушла прошлой ночью. Муж сказал, что если я попытаюсь уйти, он убьет нас обоих, и я ему поверила. Я знала, что должна была уйти.

Я знала, что еще одна ночь — это слишком много, и меня не волновало, что все идет не по плану, или что у нас нет денег или некуда идти. Я не смогла остаться больше ни на минуту. Думаю, он действительно убил бы меня, если бы ты не появился.

— Ты все сделала правильно. Жестокое обращение никогда не заканчивается. Блядь, даже если обидчик умрет, ты все равно будешь чувствовать последствия.

Мои глаза поднялись, и я начала изучать его так, как будто под поверхностью может быть еще что-то.

— Уверена, что буду чувствовать себя так еще долго.

— Ты исцелишься, и я клянусь, он никогда больше не причинит тебе боль.

— Я не знаю, как ты можешь это обещать.

Коннор оттолкнулся от перил.

— Потому что он точно не причинит тебе боль, если ты будешь в моем доме. Если ты решишь вернуться домой, мы придумаем много способов защитить тебя, если его освободят из тюрьмы. В любом случае, сегодня вечером, завтра или пока ты не будешь готова уйти, со мной ты в безопасности.

В безопасности. Это слово я много раз воспринимала как должное.

Когда была маленькой, я помню, как мой отец всегда обнимал меня и говорил, что защитит меня. Он запирал двери, принимал меры предосторожности, а потом однажды, когда я училась в колледже, другая машина выехала на их полосу и убила их обоих. Водителя другой машины так и не нашли.

Ничто не уберегло их.

Когда я встретила Кевина, он нас всех обманул. Мои родители любили его, считали его милым, замечательным и говорили, как мне повезло встретить такого мужчину, как он, на первом курсе колледжа. Он унаследовал ферму за месяц до конца года, поэтому мы с ним пригласили их посмотреть.

Они были так счастливы в ту ночь. Они полюбили землю, город и надеялись, что я, возможно, когда-нибудь здесь буду жить. Потом их убили, а я стала пустой. Я думала, что он заполнит пустоту из-за потери моих родителей. Я была так одинока. Такой грустной, и хотелось, чтобы кто-то сделал все немного лучше. Кевин был там, обещал заботиться обо мне, дать мне любовь и жизнь. Я влюбилась в это, крючок, леску и грузило, пока не оказалась на его катушке.

Теперь я чувствую себя выпотрошенной, как рыба.

— Я ценю это, но я нигде не в безопасности. Можем мы не говорить об этом прямо сейчас? Мой разум… Ну, я сейчас не могу думать.

— Конечно, я могу посидеть с тобой? — Я отодвинулась, давая ему место, и он сел возле меня на качели. — Мне жаль. Я не должен был подталкивать тебя к разговору.

— Нет, ничего страшного. Я слабая и в беспорядке, но ты ничего плохого не сделал.

— Ты не в беспорядке, — сказал Коннор и быстро начал говорить. — Расскажи мне о Хэдли, когда она была младенцем.

Я в сотый раз посмотрела в окно. Я постоянно проверяю, чтобы убедиться, что она действительно там и что это не какая-то альтернативная реальность, которую я создала в своей голове.

Сейчас я ничему не верю, потому что не уверена, что жива, и это не подвешенное положение.

За исключением боли. Конечно, в смерти нет боли, и точно не было бы Хэдли.

— Хэдли всегда была лучшим ребенком. Она никогда не капризничала в детстве и спала всю ночь так, как я, наверное, заслужила ее. Это было так, будто она следовала детской