Странные мы - Novela

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

Моя первая мысль: «Кая, вали отсюда! Скорее уноси ноги!»

Но затем – стоп! Я имела право выйти из себя, потому что это он, блин, поступил со мной по-свински!

– Это ты какого хрена! ― Вскинув подбородок, я тычу в него пальцем – ну прям обвиняющий перст! ― Ты настолько труслив, что не мог сказать мне в лицо, что сливаешься?

«Давай, Кая! Лучшая защита – это нападенье».

– Я не… ― Он кажется полностью растерянным. ― Поверить не могу! ― Данте заводит руки за голову, затем смотрит в небо и начинает смеяться.

– Что смешного, придурок?

– Ты смешная, ― сложив руки на поясе, весело отвечает он.

Я показываю ему средний палец.

– Да пошел ты!

Если бы мои чертовы ключи не были заперты в авто, я бы уехала. Но они все еще там.

Зараза!

Данте качает головой – не похоже, чтобы мне удалось задеть его. Потом он вдруг стремительно приближается ко мне – я только успеваю отступить к машине, но упираюсь в нее спиной – дальше хода нет.

– Ты, блин, сумасшедшая! ― Он берет мое лицо в ладони, глядя на меня с какой-то недоверчивой улыбкой, а я только настороженно моргаю.

– Ты невероятная, и ты меня с ума сводишь, Кая Стерано! ― усмехается своими чертовыми идеальными губами Данте.

– Ты совсем долбанулся?! ― Я пытаюсь его оттолкнуть, игнорируя дебильных бабочек, взметнувшихся в животе. ― Час назад ты говорил, что не можешь со мной быть, что не готов к отношениям, а теперь… Ты что такое делаешь?!

Он меня совсем запутал! Мне хочется разозлиться так же сильно, как еще совсем недавно, но я не могу.

Бесит!

– Это правда. ― Данте кивает. ― Но если бы ты не послала меня в жопу, и дала мне договорить, то я сказал бы, что, несмотря на это, возможно, ты готова рискнуть и… мы посмотрим, что из этого получится?

Я не знаю, что мне следует сделать. Мне хочется обнять его и двинуть ему по яйцам.

Данте с волнением смотрит мне в глаза.

– О чем думаешь?

– О том, что неплохо бы стукнуть тебе по орехам, ― честно отвечаю я.

Он прикусывает губу, сдерживая смех.

– Ты где был? ― вдруг хмурюсь я ― он не из дома вышел – я бы услышала.

– Ну, после нашего разговора я немного пробежался, чтобы прочистить мозги, потом вернулся, собираясь ехать к тебе, но ты… кхм… ты оказалась здесь.

Мне становится стыдно.

– Да, ты прости за это. ― Я виновато смотрю на него. ― Мне не стоило делать этого.

– Да нет, мне даже нравится.

Он окидывает взглядом фасад здания, одобрительно кивая.

Я морщусь.

– Я это исправлю.

– Забей, Кая. Лучше скажи: что думаешь по поводу моих слов?

Я опускаю глаза и смотрю себе под ноги.

– Мне хочется согласиться, но… ты назвал себя непригодным материалом. ― Набираюсь храбрости, и поднимаю голову, чтобы видеть его. Данте напряженно слушает. ― Так вот: я тоже в некоторой степени, и… мне страшно. ― Я еще никогда не показывала себя такой уязвимой перед ним. Ни перед кем. ― Страшно, что ты передумаешь, а я сомневаюсь, что смогу выдержать это еще раз. Я не такая сильная, Данте. Не такая.

У меня ком в горле размером с булыжник. Не верю, что сделала это, но, кажется, я только что сказала ему «нет».

Данте с усилием сглатывает, потом кивает, печально мне улыбаясь.

– Я понимаю. Хотелось бы мне, чтобы мы встретились при других обстоятельствах.

– И мне, ― негромко вздыхаю я.

Он продолжительно на меня смотрит, затем поворачивает голову и скользит взглядом куда-то в ночь.

– Ты мне правда нравишься, Кая. ― Его голос звучит немного хрипло. ― И я должен сказать тебе спасибо, ― возвращая взгляд ко мне, произносит он. ― Я не солгал, когда сказал, что ты напомнила мне о том, как это – жить с чувствами.

«Этот парень уничтожит тебя, даже не желая этого – если ты ему позволишь. Если ты сейчас не уберешься, дав слабину, то в итоге он тебя разрушит. Уходи и забудь, иначе от тебя ничего не останется, Кая».

– Можно задать тебе один вопрос? Последний?

Я с улыбкой смотрю на Данте, когда он привозит меня домой. Я возьму запасной ключ, и завтра заберу свою машину.

Он кивает.

– Конечно.

– Что за история с вечеринками? Ты не похож на тусовщика.

Он усмехается, а мое сердце вновь начинает сомневаться и просить передумать.

«Нет, не надо, глупое! Прекрати!»

– У меня проблемы со сном – как ты уже знаешь. ― Он немного смущен, говоря это. ― И сначала это было… чтобы чем-то заполнить ночь. Мне не хотелось веселиться, я всегда только наблюдал, но тишина иногда становится… оглушающей. А потом мне написал один парень, который рассказал своему другу, а тот своему… В общем, люди мне пишут, когда хотят устроить вечеринку, но при этом не уверены, что кто-то придет, если они сделают это от своего имени.

– То есть – ты помогаешь неудачникам?

Он морщится.

– В какой-то степени.

– Спасибо за честность. ― Я пресекаю в себе порыв спросить, что вызывает его бессонницу и почему его так пугает тишина. Заставляю себя улыбнуться и протягиваю руку для прощального рукопожатия. ― Удачи тебе, Данте.

Он медлит некоторое время, но потом берет мою руку, и желает мне того же.

И на этом все заканчивается.

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

ТРИ МЕСЯЦА СПУСТЯ

― Не люблю больницы, но здесь так красиво!

Я любуюсь празднично украшенным коридором больницы, пока мы с дедом идет к кабинету его врача. В прошлом месяце дед вывихнул лодыжку – так сильно, что пришлось наложить шину. Уже все зажило, но сегодня доктор Эванс назначил ему контрольный осмотр.

Даже в этом отнюдь не веселом месте чувствуется дух приближающегося Рождества.

– Думаю, мы тоже могли бы нарядить ёлку – сегодня, после того, как вернемся домой, ― предлагает дед.

Я киваю.

– Было бы здорово.

Нам и правда пора было заняться украшением дома, потому что родители, как и каждый год, прилетают к нам на праздник. Мама станет ворчать, что мы ничего не сделали и наш дом единственный на улице в таком непрезентабельном виде.

Лучше не рисковать.

– Я буду ждать тебя здесь. ― Я указываю на ряд стульев у стены, когда док выходит, чтобы позвать деда в кабинет.

Когда они скрываются за дверью, я прикидываю, что у меня достаточно времени для того, чтобы сходить за кофе.

– Этот автомат сломан, ― сообщает мне молоденькая медсестра – жаль, уже после того, как он