Раздвигая границы - Кэти Макгэрри

— Почему ты не рассказывал, что я выиграла Губернаторский кубок?

— Что, прости? — В его голосе сейчас звучало только недоумение.

У меня внутри снова все сжалось. Почему, ко всему прочему, он забрал у меня и рисование?

— Я так хотела выиграть! Ты мог рассказать мне хотя бы об этом…

Миссис Коллинз насторожено разглядывала меня и держала руки на коленях. Я ожидала, что она вскочит с места и начнет защищаться, но женщина оставалась странно спокойной. Эшли накрыла своей ладонью пальцы отца.

— Оуэн? — Мне показалось, или в ее голубых глазах мелькнуло сожаление?

Напугав меня до чертиков, его лицо приобрело непривычный серый оттенок.

— Ты помнишь? — Его глаза округлились, придавая папе потерянный и необычайно грустный вид.

Мне всегда казалось, он хотел, чтобы я вспомнила. Я нахмурилась, не понимая его реакции. Разве не в этом весь смысл терапии?

Когда отец повернулся к миссис Коллинз, серый оттенок сменился красным.

— Это неприемлемо! Мы виделись с двумя психотерапевтами и получили три разные оценки ее психологического состояния. Каждый из них имел свое мнение насчет того, что делать дальше. Однако после приступа и нервного расстройства каждый рекомендовал нам больше не пытаться. Когда вы попросили положить в эту комнату ленту, я понял сразу, что мы должны отказаться от этой программы. Как вы могли заставить ее вспомнить?

— Я никого не заставляла, мистер Эмерсон. Во время терапии я просто клала ленту на стол. Это называется десенсибилизация. Разум девочки решил, что эти воспоминания безопасны, потому она вспомнила.

Поднявшись со стула, отец пробежался рукой по волосам.

— Боже, Эхо. Почему ты не сказала раньше? Ты должна понять…

— Мистер Эмерсон, остановитесь! — Миссис Коллинз пыталась сохранить спокойный вид, но я заметила, как повысился ее тон. — Она вспомнила о ленте. И только.

Грудь отца быстро вздымалась и опускалась. Затем, словно желая доказать, что невозможное возможно, он потянул меня к себе и обнял. Одна его рука удерживала мою спину. Другая — голову. Я замерла.

До чего же теплые объятия. Я чувствовала себя в безопасности. Как когда была ребенком и мама закатывала истерику, а я пугалась. Голову заполнили воспоминания о моей маме: вытаращенные глаза, бессвязная речь и спутанные рыжие волосы, выбившиеся из хвостика. Я бежала к отцу, и он прижимал меня к себе… как сейчас. Он защищал меня, давая ощущение надежности.

Я слушала его сердцебиение и чуть не поддалась желанию обнять его в ответ. Но тут Эшли заерзала, и ее каблуки царапнули пол.

Сердце пронзила невероятная боль, и я оттолкнула папу.

— Ты выбрал ее.

Он протянул ко мне руку, его рот приоткрылся.

— Что?

— Ты выбрал Эшли. Она проникла в наш дом и разрушила нашу семью. Ты выбрал ее, не нас.

— Эхо, нет. Все было не так. — Мольбы Эшли звучали жалко и неискренне. — Я любила тебя, а потом влюбилась в твоего отца. Брак твоих родителей распался задолго до развода.

Моя нога застучала по полу. Лгунья. Она лгунья!

— Да, из-за тебя.

— Мы уходим домой. Это семейный вопрос. — Отец потянулся за курткой, и Эшли встала. — Миссис Коллинз, я ценю желание штата записать Эхо в вашу программу, но я считаю, что моей семье следует записаться на личное консультирование к кому-то другому.

Я запаниковала. Ной ждал на парковке своей очереди, чтобы запустить наш план. Пока я ужасно лажала. Отцу нужно остаться до тех пор, пока я не преуспею в своей цели. В теории в этой комнате находился один мой союзник.

— Миссис Коллинз?

Она кивнула.

— Мистер и миссис Эмерсон, при всем уважении, это именно тот вопрос, который должен обсуждаться здесь.

Отец протянул Эшли ее пальто.

— Я сам в состоянии решить, что приемлемо для моей семьи. Мой развод с бывшей женой и брак с Эшли не имеет никакого отношения к потере памяти Эхо.

— Позволю себе не согласиться. Это проблемы, с которыми Эхо нужно справиться.

О боги. Они уйдут, и я так никогда и не узнаю, что со мной случилось. Нужно что-то сказать, чтобы они остались.

— Она мне нравится.

Все трое замерли.

— Вот почему я привела вас сюда. — Я сосредоточилась на словах, которые репетировала с того момента, как мы с Ноем придумали этот план. — Я хотела сказать, что мне нравится работа, которую нашла для меня миссис Коллинз, и что мне надоело ей врать. Я не в порядке и не чувствую себя счастливой дома. Она мне нравится, и я хочу продолжить наши встречи.

И, как ни странно, я ни разу не моргнула.

Уголки губ миссис Коллинз приподнялись — именно на такую реакцию я и рассчитывала. Чтобы план Ноя сработал, она должна думать, что я ей доверяю.

Теперь, если бы я могла построить машину времени, переместиться на двадцать минут назад и не говорить отцу, что чувствую на самом деле, мой план снова бы вернулся в нужное русло. Поливать Эшли грязью было приятно, но это лишь разочаровало моего отца. Я вздохнула. В попытках возместить этот промах я стану единственной первокурсницей, которая будет бесконечно пересдавать АСТ на высший балл.

— Прости, папочка. Я немного перешла границу. — Гр-р-р. Я лучше бы съела таракана, чем сказала следующие слова: — И ты, Эшли. Я была слишком груба с тобой.

Но честна.

Отец кивнул и помог Эшли надеть пальто.

— Я не виню тебя, Эхо. — Он уставился на миссис Коллинз, ясно давая понять, кого винит в моем всплеске гнева. — Если ты хочешь и дальше видеться с миссис Коллинз, ради бога. Однако будет остановлен испытательный срок. Это значит, что следующие ваши сеансы будут проходить под наблюдением.

Эшли погладила живот.

— Я рада, что ты делаешь успехи, Эхо. Тот день, когда ты получила ленту, был прекрасен. Тогда я впервые почувствовала, что мы трое — настоящая семья.

— Почему там не было мамы? — Тишина. Рука Эшли замерла в движении, а отец словно окаменел. Я продолжила: — Ты сказала: трое. Мама ни за что бы не позволила лишить ее этого мгновения. Она любила мои картины. Она поощряла меня больше, чем вы оба вместе взятые.

В моей голове запульсировала черная дыра, из которой выплыло еще одно воспоминание.

— Я пригласила ее на церемонию, и она согласилась.

В голове зазвучал восхищенный голос матери: «Я бы ни за что не пропустила это, моя маленькая богиня».

— Ты задаешь хорошие вопросы, Эхо, и я счастлива, что тебе хочется продолжить работать со мной. Но, думаю, на сегодня достаточно, — вернула меня в реальность миссис Коллинз. — Мы можем продолжить с этого места на следующей встрече.