Перед алтарем - Шерил Уитекер

Они приближались к Малаге, когда Тони предложил посвятить следующий день экскурсии в Гранаду.

— Это далеко? — спросила Джулиана, разворачивая карту.

— Нет, доберемся часа за полтора-два.

— Вы уже бывали там?

— Всего один раз, когда учился в школе. У нас проходили соревнования, и свободного времени было совсем мало.

— Вы когда-нибудь участвовали в профессиональных гонках? — как бы невзначай спросила Джулиана.

Ответ последовал лишь после долгой паузы.

— Когда-то… давным-давно.

Она замолчала, не желая вторгаться в его прошлое, связанное с какой-то тайной, но понимая, что без разгадки этой тайны у нее не будет покоя.

Часто размышляя о судьбе своего временного супруга, Джулиана пришла к выводу, что он, пожалуй, имел даже меньше свободы выбора, чем она, девушка, оставшаяся без родителей. Его жизненный путь, путь старшего сына, наследника титула, хранителя семейных традиций, был предопределен с рождения. Ради достижения свободы ему пришлось отказаться от очень многого. Наверное, не каждый смог бы принести в жертву богатство, почет, карьеру.

Тони смог. Но, уплатив за свободу высокую цену, получил ли он то, к чему стремился? И не стала ли свобода тем фетишем, в жертву которому он принес свое счастье?

— Кстати, в Гранаде мы должны непременно отведать ветчины. Уверен, такой в Англии не найти. Попомните мои слова.

Он сказал это так, что Джулиана поняла — общего будущего у них нет. По крайней мере, подтекст был достаточно ясен: по истечении срока они расстанутся.

О чем ты хочешь предупредить меня, Тони? О том, чтобы я не привыкала к тебе?

Уязвленная, Джулиана отвернулась и сделала вид, что любуется морем. Берег медленно приближался. На причале яхту встречали двое рабочих. Поймав швартовые, они подтянули судно к деревянному настилу и перебросили трап.

Джулиана наблюдала за происходящим с тяжелым сердцем. Вот и все. Медовый месяц закончился. Будь они любовниками, о лучшем свадебном путешествии нельзя было бы и мечтать.

— Джулиана.

Она обернулась. Едва ли не впервые за все время Тони назвал ее по имени, и оно прозвучало необычайно певуче, непривычно мягко.

— Возьмите шлем. Я хочу уехать отсюда побыстрее, пока репортеры не пронюхали о нашем прибытии.

Через три минуты они уже съехали с яхты на берег.

— Похоже, нас никто не ждет, — удивленно заметил Тони. — Странно.

— Вы, кажется, огорчены отсутствием внимания? — насмешливо спросила Джулиана.

Он выразительно пожал плечами.

— Внимания будет предостаточно. Увидите сами, когда мы вернемся.

— Куда сейчас?

— Здесь у меня живет друг. Мы можем заехать к нему, если вы не возражаете.

— С каких это пор тюремщик интересуется мнением заключенного? — съязвила Джулиана.

— С тех пор, как заключенная стала моей женой, — бросил через плечо Тони. — Кстати, у меня есть и другое предложение.

— Слушаю.

— Почему бы нам не остановиться в отеле? Душ — это, конечно, хорошо, но он не способен заменить горячую ванну, а?

— Согласна.

— Вот и отлично. Держитесь крепче.

Через почала они уже входили в роскошный номер отеля. Джулиана с любопытством осмотрелась: просторная гостиная, устеленная яркими коврами, спальня с огромной кроватью на массивных резных ножках, сияющая чистотой ванная.

— Нравится? — Тони, усевшись в мягкое кресло, с улыбкой наблюдал за ней.

— Конечно. Мне так хочется побыстрее залезть в ванну, — мечтательно произнесла Джулиана.

В дверь постучали.

— Наверное, коридорный, — проворчал, поднимаясь, Тони.

Однако, едва открыв дверь, он тут же захлопнул ее.

— В чем дело? — насторожилась Джулиана.

— Репортеры. Так я и знал. Они все-таки выследили нас. — Он задумчиво потер подбородок. — Теперь покоя не будет.

— Что же делать?

— Не знаю.

— Но они же не ворвутся в номер?

— Нет, но звонками одолеют, а если мы только выйдем отсюда, то от «хвоста» уже не избавимся.

— Но что им нужно?

— Им нужна информация. Любая. Фотографии. Чем пикантнее, тем лучше.

— Так, может быть, лучше бросить им кость? Откупиться?

Тони внимательно посмотрел на нее.

— Вы так считаете?

— А почему бы и нет? Мне, конечно, столь пристальное внимание в новинку, но раз уж мы женаты и вам необходимо убедить родителей в серьезности наших отношений, то почему бы не убить разом двух зайцев? Если не бегать от репортеров, то, может быть, и они отнесутся к нам по-человечески? Ответим на их вопросы, позволим сделать фотографии и попросим оставить нас в покое. Он с сомнением покачал головой.

— Хорошо. Только говорить будете вы.

— Ладно, — легко согласилась Джулиана.

Она отдавала себе отчет в том, что берется за дело, которое может оказаться непосильным. Отношения между прессой и теми, кто привлек ее внимание, редко складываются безоблачно, тем более что репортеры, прозевавшие такое важное событие, как бракосочетание Антонио д'Агилара, жаждали реванша.

Джулиана знала, что выглядит не лучшим образом — волосы растрепаны, платье помято, макияж отсутствует. Но все это не имело значения. Пусть о ней думают что угодно. Пусть считают ее кем угодно. Главное — произвести впечатление на родителей Тони. Главное — чтобы не пострадал Филипп.

Ради сестры Джулиана прилетела в Испанию.

Ради брата Тони женился на незнакомой женщине.

Они оба принесли жертвы, и с ее стороны было бы предательством подвести мужа — пусть даже и ненастоящего — в трудный для него момент.

Джулиана посмотрела на себя в зеркало. Кого это вы убеждаете, мисс Грейвс? Кого вы хотите обмануть? Ради кого вы остались в чужой стране? Нет, голубушка, вы просто лицемерка. Если бы не Тони, вы бы уже давно вернулись в Англию. Так что не лгите самой себе. В любви каждый старается только ради себя.

Она решительно распахнула дверь.

— Эй, ребята, посмотрите, кто к нам пришел!

— Графиня, улыбочку!

— Ну и ну!

Джулиана обвела взглядом столпившихся в коридоре репортеров и подняла руку. Их было человек пять или шесть, в том числе две девушки, и каждый уже успел пару раз щелкнуть затвором фотоаппарата.

— Успокойтесь и выслушайте меня.

Они настороженно притихли.

— Если вы не станете называть меня графиней, я обещаю ответить на ваши вопросы. Договоримся сразу, я просто миссис д'Агилар. Мой муж — мистер д'Агилар. Это понятно?