Чудов в Новый год - Кэти Свит

— И что? — вопросительно выгибает бровь, ухмыляется и продолжает стоять на своем.

Он не дает ни единого шанса уехать.

А там потоп. И мне уже страшно представить масштаб бедствия…

Трясет.

Олег, зараза! Как так можно-то было? А?! Я ведь перед уходом перекрыла воду! Неужели нельзя было по-человечески ее открыть и не изгадить квартиру?

Кто ж теперь покрывать будет весь материальный ущерб…

Что-то мне становится дурно.

— Я ехать должна, Ром, — произношу, с трудом ворочая языком. Он словно в три раза увеличился в размерах и не желает слушаться. Будто его искусали сотни пчел и он онемел.

Пытаюсь подняться, но сил не хватает. Меня словно взяли и прогнали через соковыжималку.

Энергии нет.

Рома подходит ко мне, присаживается напротив и заключает мои ледяные руки в свои теплые ладони. Безотрывно смотрит в глаза.

— Вера, послушай меня, — просит, не отрывая взгляда. — Я скажу только один раз и ты либо примешь меня таким, какой есть, либо нет, — пауза.

Эти пару мгновений ожидания кажутся самыми долгими во всей моей жизни. Сижу не дыша.

— Моя женщина не будет решать чужие проблемы. Для этого есть я, — ставит перед фактом. — В потопе твоей вины нет и поэтому тебе даже соваться туда нечего. Понятно? — сверлит меня взглядом.

Киваю.

— Если ты не согласна с подобным подходом, — продолжает. А у меня нет слов, я сижу в полном шоке. — То тогда нам лучше даже не начинать отношения, потому что я уверен в правильности своей позиции и не собираюсь ее менять.

— Ром, — произношу на выдохе.

— Решай, — смотрит сурово. — Ты моя женщина или нет?

Пауза.

Сердце вот-вот выскочит из груди от переизбытка чувств. Это просто издевательство какое-то!

— Твоя, — отвечаю принимая решение.

Рома моментально расслабляется, взгляд снова наполняется нежностью, а внутри меня зреет стойкое ощущение правильности принятого решения. Кажется еще никогда мне не давалось что-то так легко, как сейчас.

— Раз так, то ты с Дашенькой должна остаться здесь. В доме, — твердо говорит каждое слово. — В тепле, безопасности и покое.

Вот как, оказывается, бывает.

Гамму чувств, что переполняют душу, не передать. Они буквально разрывают меня на части и я никак не могу над ними возобладать.

В уголках глаз скапливаются слезы, так сильно слова Ромы задели меня.

— Папа, — ни с того, ни с сего Дашенька поднимается на ножки и топает в нашу сторону, тянет ручки к нему.

Теряю дар речи.

Папа? Серьезно? Просто нет слов…

Да она Рому знает даже меньше суток! Неужели так быстро привыкла и поняла, что Чудов прекрасный человек?

Устами младенца глаголет истина. Так получается?

Вдруг на меня находит четкое понимание. Я хочу, чтобы Рома стал не только моим мужчиной, но еще и папой для Дашеньки. Уверена, он будет прекрасным отцом.

Но вместе со всем этим я не готова остаться здесь и покорно ждать, когда Рома решит все мои проблемы. В конце концов, Олег мстит мне.

Если мой бывший муж действительно затопил соседей, то я просто не знаю, что с ним сделаю! Честно.

— Там моя квартира, — пытаюсь объяснить упрямому мужчине. — Моя собственность, понимаешь?

И если я не вмешаюсь, то Олег уж точно не побеспокоится о грамотном оформлении инцидента, а тупо отправит соседей взыскивать ущерб с меня.

Меня трясет. От негодования и переизбытка тревоги я сижу и дрожу, словно осиновый лист. Мне страшно, я не знаю, что делать.

Чудов вот еще давит…

— И что? — Рома смотрит на меня исподлобья. — У меня в том доме тоже собственность есть, — заключает миролюбиво.

Вот же… Упрямец, ну честное слово!

Сравнил, так сравнил.

— Ты ж соседей не заливаешь, — напоминаю ему о причине своих переживаний.

Думать о том, что еще мог натворить Олег, не хочу.

С гада станется испортить мне жизнь. Ненавижу!

— Чем спорить, лучше дай телефон, — Рома протягивает руку в мою сторону и несколько раз сжимает ладонь. Мол, давай уже.

— Зачем? — искренне удивляюсь.

— Олегу позвоним, — отрезает Роман, а я просто обалдеваю.

Позвоним? Он прикалывается что ли? Но, судя по серьезному выражению лица, нет.

Слова Чудова раздаются как гром среди ясного неба.

— Не собираюсь я ему звонить! — фыркаю недовольно. — Еще чего! — скрещиваются руки на груди.

— Надо, Вер, — Рома печально поджимает губы. — Надо.

— Для чего? — хмурюсь.

— Для того, чтобы повесить весь материальный ущерб на него. У тебя алиби есть, ты дома не ночевала и до сих пор находишься в отъезде. Поняла?

— Но собственник-то я, — не могу так легко и просто согласиться с доводами.

— И он тоже, — стоит на своем Роман.

Видимо, переспорить Чудова у меня так и не получится, он гораздо упрямее меня.

Поэтому придется согласиться.

Выходим в коридор, чтобы проводить Рому. Он перед самым отъездом просит отдать ему мой телефон, а вместо него оставляет мне другой. Свой.

— Я не хочу, чтобы тебе названивали возмущенные соседи и тревожили еще сильнее, — объясняет свое решение.

— Но… — Дико странно оставаться без привычного способа связи.

Только вот понимаю, что Рома прав.

— Забирай, — отдаю трубку. Он ее тут же убирает в карман.

— Я тебе наберу, — обещает и чмокает в губы. — Веди себя хорошо, — улыбаясь, говорит Дашеньке. Та машет ручкой ему.

Провожаю Рому, подхожу к окну и смотрю на своего мужчину. От переизбытка нежности сердце через раз пропускает удар.

Дожидаюсь, пока его машина скроется за воротами и только после этого ухожу на кухню.

Витая в сладких мыслях, начинаю готовить обед, как слышу звук открывающейся двери. Наверное, Рома что-то забыл и вернулся.

Или сторож снова решил побаловать нас едой.

Снимаю кухонное полотенце с вешалки, на ходу вытираю руки и выхожу в коридор.

— Ой, — останавливаюсь, как вкопанная. — Здравствуйте, — приветствую нежданную гостью. На языке так и вертится поинтересоваться кто она.

— О, так мой муженек нашел себе кухарку? — фыркает. — Гениально!

— Муженек? — ахаю. Внутри все немеет.

— Роман Чудов, — называет имя моего мужчины. — А кто ж еще?! — с вызовом смотрит мне прямо в глаза.

Глава 20. Вера

Рома не берет трубку и я совершенно не знаю, что дальше делать. Мыслей в голове просто нет.

Тем временем его жена расхаживает по дому и дает мне четкие указания. То помыть, то отстирать, то почистить.

Она только и успевает тыкать идеально наманикюренным пальцем в разные стороны, от разведенной ею бурной деятельности у меня