В постели бандита - Ната Радуга

Чёрт! Поеду вечером и надам Дёмину по голове.

Боже пара дней всего, а я уже волнуюсь о нём.

— Я в деле! — громко заявила и встала с дивана, привлекая внимание мужчин.

— Отлично! — Алёхин тоже оторвался от стола. — Продолжайте слежку за ним. Мы знаем куда он спрятал те машины, пока не знаем, зачем они ему, но подозреваем, что он не просто так рискнул.

— Конечно, — согласилась я. — Автомобили не дешёвые, возможно он их перепродать собирался, а Воронцов сломал ему планы, — якобы предположила я.

— Мне нравится, как вы мыслите, — я незаметно выдохнула с облегчением. Клюнул! — На торговле наркотиков его поймать не удалось.

— Он не такой тупой, как может казаться, — проговорила я, пока Петров смотрел то на меня, то на Алёхина.

—Конечно, — согласился со мной ФСБ-шник. — Соберите всю возможную информацию, и вскоре мы явимся в его убежище, положим конец этому.

— Так точно, — выдала я и вышла из душного кабинета.

Весь день всё ждала, что ко мне явится Петров и будет уговаривать не влезать. Но он не приходил. И хорошо. Для него. Иначе я бы накинулась на него, и расцарапала бы ему морду. Руки так и чешутся оставить пару кровавых следов на его лице.

Вечером поехала сразу к Дёмину и, увидев его расслабленную и довольную ухмылку, вскипела. Какого чёрта он так спокоен, когда такое грядёт?

Дёмин лежал на кожаном диване в одних только штанах и с бокалом виски в руке.

— Ты чёртов идиот, — ругалась я, меряя комнату шагами. — До тебя не доходит, что ты в глубокой заднице, — продолжала нервно и не успела заметить, как он встал и подошёл ко мне. — Доказательств у них мало, но если они и дальше копать будут, то тебе конец, — он молчал, а я продолжала возмущаться, пока не поняла, что что-то не так.

— Что ты делаешь? — спросила, когда он снял с меня рубашку.

— Ничего, — мотнул головой. — Ты продолжай, — кивнул и расстегнул мне брюки.

— Дёмин! Ты нормальный вообще? — я сжала кулаки, чтобы не накинуться на него. — Я тут о серьёзных вещах тебе говорю… — замолкла, когда почувствовал горячий язык на своей груди. — Чтоб тебя, Дёмин! — выдохнула я и прикрыла глаза.

Дёмин сжал полушария и прошёлся языком по горошине затвердевшего соска. Из головы всё вылетело, когда он подхватил меня, и садил на диван, устроившись между моих ног. Охватил губами ноющий клитор и всасывал его, вырвав из моей груди первый стон.

Запустив руки в его волосы, я толкалась ему навстречу, задавая ритм. Марат вцепился пальцами в мои бёдра и проник языком в моё влажное лоно. По телу прошла первая волна мурашек, по вискам стекал пот, а перед глазами пелена возбуждения.

Нет, мне нужно остановить его, чтоб выслушал меня до конца.

Потянул его за волосы, вытаскивая заставляя отстранится. Потянула к себе, и он, встав с колен впился в мои губы, не дав мне ничего говорить, и позволяя почувствовать вкус собственных соков.

— Ты мне надоел, Дёмин, — сипло произнесла, прервала поцелуй и тихо высказала ему в лицо: — Я скоро с ума сойду, из-за твоих выходок, — довольная улыбка на его лице только больше заводила.

Резко развернул меня спиной к себе, снял штаны, что болтались на щиколотках, и надавил на лопатки, чтобы я легла на спинку дивана. Я прикусила губу до боли, когда он меня шлёпнул по голым ягодицам, провёл пальцами по влажным складкам и просунул один палец в мою промежность. Вздрогнула и выгнулась в спине, желая большего.

Дёмин второй рукой прошёлся ладонью по покрытой мурашками спине, надавил на поясницу, заставляя оттопырить попу назад. Покинул моё лоно, чтобы тут же наполнить меня горячим и твёрдым членом. Застыл, дав привыкнуть и наслаждаясь тем кайфом, что я испытываю последние дни. Нереальным. Необъяснимым. Чувствительным.

Задёргалась в нетерпение, намекая, что пора уже действовать, и он, подавшись назад, с силой толкнулся обратно, сорвав с моих губ громкий стон удовольствия. Повторял это движение снова и снова, и я чувствовала, как тело наполняется приятной истомой.

Комнату заполнили пошлые звуки ударяющихся влажных тел, мои стоны, его рыки и грязные шлепки.

На моём теле оставались следы от рук Дёмина, но меня это мало волновало, как, собственно, и его. Мы двигались в такт, навстречу друг другу. Вздрогнула, когда Марат опустил одну руку к изнывающему клитору. Сжал его двумя пальцами, после чего надавил на чувствительную горошину.

Навалился на меня, кусал шею, целовал спину, стягивал зубами кожу и работал рукой, чтобы довести меня до кульминации, чтобы чувствовать, как я сжимаю его изнутри, ощущая его твёрдость и каждую вздутую венку. Схватив меня за волосы, потянул мою голову назад, чуть не сломав мне шею и впился в мои губы жарким поцелуем.

Моё тело напряглось до невозможного, Марат сделал рваный толчок, продолжая себе в такт ласкать меня рукой. Ещё один. Ещё. Ещё. И я взорвалась с громким криком, пока Дёмин продолжал диким темпом вколачиваться в меня. Содрогнувшись всем телом, и сделав последний рывок, он наполнил моё лоно горячим семенем.

— Я обожаю твоё нервное состояние, — тяжело дыша сказал Дёмин и развернув меня, лёг на диван притягивая меня на себя.

Я лежала на взмокшую грудь, чувствуя наши бьющиеся сердца. Потные и полуголые, мы выравнивали дыхание. Лежали не двигаясь, наслаждаясь тишиной.

— Нам нужно охладиться, — заговорил Дёмин.

— Нужно, — согласилась и он приподнялся, помогая и мне встать.

По внутренней стороне бедра потекла тёплая дорожка, и Дёмин, заметив это, застыл, пока только получивший разрядку член, твердел на глазах.

— Дёмин, — щёлкнула пальцами перед его лицом.

— Что? — очнулся.

— Идём, чего застыл?! — сказала я, улыбаясь.

Марат вытащил ноги из свисающих штанов, и перешагнул через них направляясь к выходу из комнаты. Я, долго не думая, пошла за ним. Мы шли в сторону лестницы и спустились к бассейну. Я невольно улыбнулась, совсем забыл, что у Дёмина он есть. А расслабиться и поплавать после горячего секса — самое то.

Прыгнула в прозрачную воду, услышав за спиной сдавленный смех Марата. А вынырнув, смотрела, как Дёмин заходит в воду по специальным ступенькам. Он окунулся с головой, после чего направился ко мне.

— Знаешь, Кирова,