Захвачена Братвой - Мари Фокс

что в браслете GPS-отслеживания также есть аудиосистема. Я могу слышать, что она делает, когда захочу. Конечно, это для ее же безопасности, но я бы солгал, если бы сказал, что это не добавляет мне развлечений. В ее голосе, в ее манере говорить есть что-то, что притягивает меня. Я всегда хочу знать, что она делает, с кем разговаривает. Это способ держать ее рядом, даже когда мы вдали друг от друга.

Я нажимаю на свой телефон, активируя аудиопоток с ее браслета. Мгновенно я слышу ее голос, мягкий и ясный, наполняющий мое ухо. Она разговаривает со своей подругой Сарой. Я усмехаюсь про себя, находя странное утешение в ее обыденных разговорах.

— А как насчет того парня с вечеринки? Ник, не так ли? Он по уши в тебя влюблен.

Упоминание этого Ника мгновенно заставляет мою кровь закипать. Кто, черт возьми, такой Ник? Я выпрямляюсь, мои глаза сужаются, когда я слушаю более внимательно.

Вайолет колеблется, потом вздыхает. — Да, Ник. Он милый, но мне он больше неинтересен.

Я чувствую удовлетворение от ее ответа, но гнев все еще кипит под поверхностью. Этот персонаж Ник лучше бы держался от нее подальше.

Дмитрий поднимает взгляд от бильярдного стола, замечая перемену в моем поведении. — Все в порядке, босс? — спрашивает он с ноткой любопытства в голосе.

Я отмахиваюсь от него, не желая обсуждать это. — Просто слушаю кое-что, — бормочу я, все еще сосредоточенный на разговоре в моем ухе.

Я смотрю, как Дмитрий делает еще один выстрел, ухмыляясь Ивану. — Похоже, ты должен раунд, Иван, — говорит Дмитрий, его голос полон напускного триумфа.

Иван ворчит, прицеливаясь. — В этот раз тебе просто повезло.

— Повезло? Пожалуйста, это все мастерство, — парирует Дмитрий, поглядывая на меня. — Правда, Кирилл? Скажи ему, что это все мастерство.

Я ухмыляюсь, все еще вполуха слушая аудиосигнал с часов Вайолет. — Если ты хочешь это так называть.

Димитрий смеется, готовясь к последнему выстрелу. — Видишь, даже босс со мной согласен.

Иван закатывает глаза, но пристально смотрит, как Дмитрий целится. Биток ударяется о восьмой шар, плавно отправляя его в угловую лузу. Дмитрий выпрямляется, на его лице торжествующая улыбка. — И это, джентльмены, игра.

Иван качает головой, невольная улыбка тянет его губы. — Ладно, ладно. Раунд за мной.

— Делаем два, — шутит Димитрий, собирая шары для следующей игры.

— Ну что, Кирилл, — говорит Иван, натирая кий мелом. — Ты присоединишься к нам на следующую игру или слишком занят, слушая свою маленькую наследницу?

Я бросаю на него предупреждающий взгляд, но в его словах нет злобы, только любопытство и немного поддразнивания. — Я пережду. У меня другие мысли на уме.

— Другие дела, а? — усмехается Дмитрий, расставляя шары. — Должно быть, что-то серьезное, что отвлекает тебя от игры в бильярд.

Я не отвечаю, просто наблюдаю, как Иван делает брейк, рассыпая шары по столу. Разговор переходит на более приземленные темы, последние дела клуба, недавняя сделка, которая прошла особенно хорошо, и жалобы Ивана на нового поставщика.

Дмитрий быстро выигрывает игру, его мастерство в бильярде неоспоримо. — Полагаю, ты покупаешь еще один раунд, Иван, — говорит он, хлопая его по плечу.

Иван драматично стонет. — Вы, ребята, собираетесь разорить меня такими темпами.

— Ты выживешь, — сухо говорю я. — В следующий раз, может быть, ты составишь Дмитрию конкуренцию.

Иван смеется, качая головой. — В следующий раз я буду готов. Но сегодня выпивка за мой счет.

Дмитрий хватает свое пальто, ухмыляясь. — Давай заглянем в бар. Я бы выпил, после того как покажу вам обоим, как это делается.

Я следую за ними в бар, товарищество между нами приятно отвлекает от более темных мыслей, застрявших в моем сознании. В баре оживленно, что снимает с меня часть напряжения. Когда мы устраиваемся в нашей личной кабинке, Иван заказывает первый раунд, и шутки продолжаются.

— Итак, Кирилл, — говорит Дмитрий, откидываясь назад с пивом в руке. — Что на самом деле происходит с Вайолет? Ты кажешься более заинтересованным, чем обычно.

Я делаю глоток напитка, тщательно подбирая слова. — Она под моей защитой. Это значит, что мне нужно знать, что происходит в ее жизни, с кем она общается и какие угрозы ей грозят.

Иван приподнимает бровь. — На счет Калеба, стоит ли нам волноваться?

Моя челюсть слегка напрягается. — Нет, я так не думаю. Я слежу на всякий случай.

Дмитрий кивает, его выражение лица становится серьезным на этот раз. — Если тебе нужно, чтобы я заглянул к нему, просто скажи, босс. Мы здесь, чтобы помочь.

Я ценю их преданность, даже если они не до конца понимают всю сложность моей ситуации с Вайолет. — Я знаю. Я дам вам знать, если что-то изменится.

Мы допиваем напитки и возвращаемся в клуб, ночные разговоры все еще вертятся в глубине моего сознания. Я вставляю AirPod обратно в ухо, желая проверить Вайолет, и ее голос снова наполняет мое ухо.

Сначала это просто звук ее движений, шорох ткани и скрип кровати, когда она устраивается. Затем я слышу что-то еще, тихие, хриплые стоны, которые посылают электрический разряд через меня. Я с удивлением понимаю, что она делает.

— Блядь, — бормочу я себе под нос, быстро выходя из гостиной и направляясь в одну из приватных комнат. Я слышу, как Иван зовет меня, и, по крайней мере, у меня хватает здравого смысла крикнуть — У меня есть кое-какие дела.

Как только я добираюсь до своего офиса, я закрываю за собой дверь, прислоняюсь к ней и сосредотачиваюсь на звуках, идущих через AirPod. Ее стоны становятся громче, настойчивее, и это заводит меня больше, чем я готов признать.

Моя рука скользит к передней части моих брюк, поглаживая себя через ткань, пока я слушаю ее. Каждый стон, каждый вздох вызывает дрожь во мне. Я представляю, как она лежит в постели, ее пальцы работают над ней, ее тело извивается от удовольствия. Это образ, который одновременно сводит с ума и неотразим.

— Бля, она звучит слишком горячо, — шепчу я, мое собственное дыхание ускоряется. Мысль о том, как она трогает себя, о том, как она думает обо мне, делая это, сводит меня с ума. Я расстегиваю штаны, освобождая свою эрекцию, и медленно глажу ее, подстраиваясь под ритм ее стонов.

Ее дыхание учащается, и я слышу, как нарастает интенсивность. Мягкие, влажные звуки ее пальцев, двигающихся быстрее, задержка в ее дыхании, когда она приближается. Я сжимаю себя крепче, мои толчки становятся более настойчивыми, когда я представляю ее в своем воображении.

И вот, как раз когда она достигает вершины, я слышу, тихий, хриплый шепот — Кирилл.

Ее