Злая игра - Кел Карпентер

не пошло быстрее. Проведя в машине еще десять мучительных минут, я, наконец, заехала на стоянку за «Блю Рубин Инк». Несмотря на холод, мои ладони вспотели, когда я вытаскивала ключ из замка зажигания. Я распахнула дверь и помчалась по переулку, ни на секунду не останавливаясь, чтобы перевести дыхание. Мое сердце бешено колотилось в груди, когда я бежала к своей студии, резко остановившись, когда она появилась в поле зрения.

Я не была уверена, чего ожидала увидеть, но толпа протестующих была не этим.

Пятьдесят или шестьдесят человек собрались перед входом, выкрикивая ужасные вещи в адрес Мойры, когда она пыталась сорвать все листовки со стеклянной стены. И это было не просто несколько рекламных листовок. Они облепили каждый дюйм фасада моего салона, многие прилипили к стеклу из-за дождя. Еще больше лежало у ее ног, образуя кучки кашицы высотой не менее полуметра. Толпа выкрикивала в ее адрес гадости. Называя ее убийцей и шлюхой.

И прямо там, в центре всего этого, была Кендалл.

Ее белокурые волосы были влажными от проливного дождя. Она была одета как подобает леди в платье и прозрачных чулках, несмотря на мороз. С этого ракурса я не могла видеть ее лица, но могла представить самодовольную ухмылку на ее губах. Или, может быть, это была плачущая подружка, которая появилась сегодня.

Мне было все равно.

Рядом с ней стояла женщина с микрофоном. Не с мегафоном.

Это странно. Зачем ей микрофон? Если…

В паре ярдов позади стоял мужчина с массивной видеокамерой на плече. Репортер новостей. Она, блядь, давала интервью репортеру новостей, рассказывая миру, как я убила Джоша. Или похитила его. Или пытала его.

Честно говоря, после всего, через что они оба заставили меня пройти, я жалею, что не помучила его подольше. Жаль, что я не была той, кто сжег его заживо. Если бы меня собирались обвинить в этом, я с таким же успехом могла совершить преступление.

Несмотря ни на что, не это сломило меня.

Это было, когда кто-то бросил камень.

Они не швырнули это в мой салон. О, нет.

Они бросили его в Мойру.

Это снова было похоже на закусочную в тот день, когда все началось.

Вот только это было в тысячу раз хуже. На этот раз дело было не только в моей ярости. Это была ярость зверя, которую я хорошо знаю.

— Они должны умереть. Никто не причинит вреда тому, что принадлежит мне, — кипела она.

— Нет. Мы не будем их убивать. Это слишком просто. У меня есть идея получше, — сказала я ей. Мои ноги были уверенными и устойчивыми, когда я приближалась к собирающейся толпе. Я полностью обошла ее и подошла прямо к Мойре. Я распахнула дверь, чувствуя, как толпа позади меня приходит в неистовство, когда они понимают, что я прибыла. Моя лучшая подруга посмотрела на меня со слезами на глазах.

— Прости меня, — прошептала она. Я втащила ее за собой внутрь и заперла за нами.

Они понятия не имеют, с кем связались.

Если бы я была демоном другого типа, я бы убила их всех и покончила с этим. Это было то, чего хотела моя темная сущность после всего.

Но я не была другим видом демона.

Я была Руби Морнингстар.

И они не сломили бы меня.

Я провела Мойру в свой кабинет и жестом пригласила ее сесть в мое кресло. Она покачнулась и чуть не упала в него, когда начался шок. В другой комнате я схватила бутылку воды и принесла ее в свой кабинет, откупорила и поставила на стол перед ней.

— Выпей это, — сказала я ей, опускаясь на колени. За своим столом я держала сейф. Большинство людей подумали бы, что деньги были там, учитывая, что мне довольно часто платили наличными. На самом деле, именно там я хранила список вещей на случай чрезвычайных ситуаций. Одна из таких чрезвычайных ситуаций была на случай, если нас когда-нибудь ограбят. Я хранила деньги на счете, которым управляла Мойра, но грабители этого не знали. Как будто я стала бы держать такие деньги при себе.

— Что ты делаешь?

— То, что я должна была сделать, когда она перешла мне дорогу в первый раз. — Мойра ничего не сказала, когда я надела противогаз на голову и достала из сейфа небольшой баллон. Я перекинула его через плечо и с трудом поднялась на ноги. Я положила электрошокер на колени Мойре и плотно закрыла за собой дверь.

— Мне понадобится твоя помощь, чтобы это сработало, — прошептала я зверю.

— Заставь их заплатить.

Я отперла дверь и вышла наружу. Люди уже расступались, но не Кендалл. Она стояла ко мне спиной, продолжая давать интервью на камеру. Она и не подозревала, что будет дальше, пока не станет слишком поздно. Я слабо улыбнулась под маской, ставя баллон в нескольких футах от двери. Двое или трое отделились от толпы в тщетной попытке убежать.

Мы со зверем рассмеялись вместе, потому что нам не нужен был переключатель или спусковой крючок.

Мы были спусковым крючком.

Мой взгляд метнулся к баллону, размером не больше буханки хлеба.

А потом он взорвался.

У меня зазвенело в ушах. Как и сказала мне моя зверевшая сущность, она подожгла его, но не более того. Она давала мне шанс использовать свой фунт плоти так, как я хотела, и за это я поблагодарила ее.

Пыль и мусор смешивались с частицами хлороформа, когда легкий туман разносил их повсюду. Один за другим бунтовщики падали как мертвые. Падали ничком. Это было ужасное зрелище. Ужасное в том смысле, что было почти прекрасным. Я стояла среди них в противогазе, моя толстовка промокла от дождя, мои старые кроссовки от Converse промокли до щиколоток из-за луж, по которым я бежала по переулку.

Это был монументальный момент для меня, когда я стояла в этом промежуточном месте. Я против всего мира. Но разве так было не всегда? Я родилась демоном с двумя сторонами и выросла в окружении людей, ненавидящих их обе. О, как мир любит иронию.

Я ждала под дождем, пока все до единого люди на стоянке упадут. Оператор упал последним, и я с нетерпением ждала, когда увижу кадры, как вокруг падают тела, пока я стояла возле них, как убийца, которой я и была.

Если бы я хотела их смерти, они были бы мертвы. Все было очень просто.

Никакие объяснения никогда не восстановят мою репутацию. Не после этого. Я признала это, шагая вперед, не обращая внимания на хлюпанье ног