Развестись нельзя мириться - Ольга Белозубова

Алина

Вечером, после возвращения на виллу Артамоновых, меня осмотрел пожилой врач, даже взял кровь на какие-то анализы, сказал, что заедет снова через несколько дней, чтобы проверить мое самочувствие.

Игорь от осмотра отказался еще в марине, сказал, что отправится к себе и обратится к своему доктору.

Ужинать не стала — вряд ли смогла бы проглотить хоть кусочек, поэтому сразу пошла к себе в комнату.

Я долго ворочалась с боку на бок и никак не могла уснуть. Как только закрывала в глаза, тонула — снова и снова. Один раз задремала, но будто явственно почувствовала теплые руки Лебедева на себе и подскочила, тяжело дыша. Конечно, это был всего лишь сон.

Нет, так дело не пойдет… Я встала с кровати и направилась к шкафу, в котором стоял мой чемодан. Точно помнила: брала с собой снотворное.

Ура! Нашла.

Накинула мягкий белый халат и отправилась вниз, чтобы налить воды и запить таблетки. По пути прошла мимо спальни будущей четы Артамоновых, но еще до этого услышала такой молодецкий храп, что невольно посочувствовала Марии: как она с ним спит в одной комнате? Тут без берушей делать явно нечего.

Скоро я вернулась в свою комнату и только удобно устроилась в мягкой постельке, как пиликнул телефон. «Кто может писать в такой час?»

Взяла его, тяжело вздохнув, и посмотрела на экран.

«Алина, когда ты вернешься? Я уверен, нам есть о чем поговорить. Знаю, ты не веришь, но у меня правда ничего нет с Кариной. Пока не могу ее найти, не знаю даже, где она живет. Но как только найду, заставлю рассказать правду, может, тогда поверишь».

М-да, вот и уснула. Я пялилась на белый потолок, а червячок сомнения с удовольствием грыз мою истерзанную душу. Вдруг правда?

Но перед глазами тут же, словно кадры из киноленты, пронеслись картины прошлого: их поцелуй, фото, сообщение Карины в день отлета, поведение Геры до этого. «Не верь глазам своим!» — всплыло в голове. Но как им не верить? Слишком много несостыковок, слишком всё очевидно… 

***

На следующий день, когда мы с Марией приступили к работе, я никак не могла сосредоточиться: чересчур много событий свалилось на одну маленькую меня.

Казалось, голова скоро взорвется, так тщательно я пыталась осмыслить всё произошедшее — как с Герой, так и с Игорем. Сердце же пыталось прочувствовать суть, но чувствовалка словно отключилась.

«Что ж, ей тоже нужен отдых», — решила я и попыталась отпустить ситуацию. Признаться честно, получалось плохо: я стояла за столом, хмурилась, закусывала губу и вдавливала лепестки будущих цветов в губку так, словно они в чем-то провинились.

Мария косилась на меня без слов, но в конце концов не выдержала:

— Алина, что с тобой?

— Кхм-кхм… Ничего… — опустила взгляд в пол я.

Моя ученица, стоявшая напротив, подбоченилась, склонила голову набок и буркнула:

— Пытать не стану, ты в праве не делиться, но врун из тебя не очень!

Она встала из-за стола и пошла к кофеварке. Налила себе кофе да так и осталась там стоять спиной ко мне.

Обиделась, что ли? Я вздохнула: уж ее обижать в мои планы точно не входило. Я помялась, но потом встала, подошла к Марии, тронула ее за плечо и честно созналась:

— Муж сообщение прислал, что не виноват, а тут еще и Игорь на свидание пригласил после того, как спас. Я же ему сказала, что в процессе развода. Что делать, ума не приложу! — И растерянно развела руками.

Мария повернулась ко мне и округлила глаза:

— Вот так ситуация…

«Не то слово!» — мысленно застонала я, но вслух произнесла совсем другое:

— Вот и я о том. Игоря обижать не хочется, если бы не он, меня тут могло уже и не быть. Но вдруг Гера правду говорит?

— Ну не знаю, Алин. Что с мужем делать, решать только тебе. Но свидание — это не свадьба, вряд ли Игорь тебя в койку сию минуту потащит. Да и приедет он только завтра вечером, так что у тебя есть время подумать.

— Да, ты права, подумаю еще, — потерла лоб рукой я.

Вроде бы с Новицким ситуация нагляднее некуда, все улики налицо, а предательское сердечко пропускало пару ударов каждый раз, как думала о разводе.

Что ж, лучший лекарь — время.

И мы с Марией дружно приступили к работе.

После обеда я поднялась к себе, чтобы освежиться, а когда спустилась на первый этаж, то так и застыла, взявшись за ручку приоткрытой двери на кухню, — стала невольным свидетелем ее телефонного разговора.