Синдром отмены - Александра Ронис

У Калинина сна больше не было ни в одном глазу, зато Аня, вдоволь наревевшись, свернулась калачиком на диване и там же и уснула. Майор кинул взгляд на часы, засобирался на работу. Плевать, что еще очень рано — ему нужно было побыть в одиночестве, поразмышлять над той «ж*пой», в которой они все оказались. И сейчас даже неважно, по чьей вине, гораздо насущнее решить, что делать  дальше.

Так, ночью Аня давала показания, скорее всего, у дежурного следака, значит, сегодня днем ее обязательно вызовут к следователю еще раз. Областники, не Москва. А свяжутся они с ней как? Правильно, по телефону. Тогда нужно сделать что?

Калинин откинул одеяло, которым была укрыта девушка, и вытащил из заднего кармашка джинсов старенький, неприглядный телефон. Аня даже не пошевелилась, спала убитым сном. Вот пусть пока и спит, и никто ее не тревожит. И ключ от квартиры ей пока не понадобится.

На работе он с трудом дождался, когда в дежурку поступят первые сводки о произошедших за ночь преступлениях. Не стал медлить и напрягать дежурного, сам после восьми заглянул за ними.

Бросил взгляд на первый лист и по спине пробежал холодок. С фоторобота на него смотрел Воронов. Текст ниже гласил о том, что за совершение особо тяжкого преступления разыскиваются двое мужчин. Далее шла дата, примерное время и адрес совершения преступления. Все данные знакомы. Вооруженное нападение на частный дом. Еще ниже приметы мужчин. На вид около 30-35 лет, рост около 180, крепкого телосложения, короткостриженные, в темных куртках. Особой приметой на лице одного из мужчин была родинка на правой щеке. Фоторобот, признаться, был составлен грамотно и в нем явно проступали черты Саши. Но на воре, как известно, и шапка горит. Так что это видел Калинин, потому что знал. Другие на сводку не обратят особого внимания. Он на это надеялся.

Интересно, как отреагирует на эту сводку сам Воронов? А Влад? А ведь он был так уверен в том, что их никто не видел! Один из них вошел в ванную, где пряталась Аня — кто это был? Воронов или Демидов? Неужели они не догадались заглянуть за шторину? Не может быть… Или может? В любом случае, лучше для начала переговорить с Владом — он будет поспокойнее, чем Саша. Узнай Саня про свидетеля… Лучше про это пока не думать.

Из задумчивости его вывело тихое пиликанье, доносящееся из кармана куртки. Он даже не сразу сообразил, к чему относится этот звук, пока не вспомнил про Анин телефон. На экране высвечивался незнакомый номер, однако код 495 уже указывал на то, что принадлежит он госструктуре.

— Здравствуйте, могу я услышать Луневу Анну Сергеевну? — вежливо поинтересовались на другом конце провода.

— А кто ее спрашивает? — вопросом на вопрос ответил Калинин.

— Старший следователь ОВД «Левобережное» Ковригин Виталий Владимирович, — представился собеседник. — Так я могу услышать Анну Сергеевну?

— Аня спит. После того потрясения, которое ей довелось пережить, пришлось дать ей успокоительное. Вы же по поводу убийства? — майор старался, чтобы голос звучал ровно.

— Извините, а с кем я разговариваю? — снова спросили на том конце, ловко уходя от ответа на поставленный вопрос. Разумеется, страж закона не вправе распространять какие-либо сведения о случившемся.

— Мы живем вместе, она моя девушка, — без зазрения совести соврал Калинин.

— Тогда передайте ей, пожалуйста, что завтра к девяти часам утра ей надлежит явиться для дачи показаний в ОВД «Левобережное». Собственно, она там и была прошлой ночью, — объяснил следователь. — Сто девятый кабинет.

— Хорошо, я передам, — коротко пообещал майор, будучи пока неуверенным, что делать дальше.

Ну вот и началось! Так, срочно, срочно к Владу!

Демидов в это время еще спал. Хорошо быть хозяином своего дела — организовал правильно сотрудников, а самому можно на работе появляться, когда захочется, без привязки к строгому графику. Ксения пригласила Калинина войти, предложила чаю или кофе (о, прогресс, раньше из нее и слова нельзя было вытянуть), но майор вежливо отказался, попросил лишь Влада разбудить побыстрее, сам обратно спустился к машине.

Когда заспанный Демидов устроился на сиденье рядом, Калинин ответил на его рукопожатие, а затем быстро сунул тому сводку. Сам внимательно принялся наблюдать за выражением лица Влада, пока тот читал сухие строки о тяжком преступлении.    

— Откуда? — спросил Дима нетерпеливо. — Откуда они знают про двоих мужчин?

Влад оторвался от рядов строчек, перевел взгляд на панель перед собой. Подумав, пожал плечами. Как-то несерьезно, как будто речь шла об обыденных вещах. Слишком спокойно. Ощущение, что он что-то недоговаривает, только усилилось.  

— Там был свидетель, точнее, свидетельница, — Калинин говорил отрывисто, резко, по-деловому. — В ванной, за шторкой. Ты ее видел?

Влад молчал, по-прежнему не глядя на Димона.

— Ты заходил в ванную. И долго там стоял. Неужели ты не догадался отодвинуть занавеску?!

Наконец Демидов отреагировал — перевел удивленный взгляд на друга.

— Это ты заходил в ванную или Саня? Думаю, ты. Воронов бы ее обнаружил — у него на такое нюх.

— Откуда ты знаешь, что она там была? — Влад выделил «ты».

Настал черед Калинина молчать, отводя взгляд.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Она сидела там белая как плитка на стене! Сидела и тряслась от страха! Как ты думаешь, что было бы, если бы Саня ее обнаружил?!

— Он бы убил ее прямо там, — бесцветным голосом ответил Дима.

— Вот именно.

— А так получается,  — начал вслух размышлять Калинин, — ты ее не заметил, — он замялся на секунду, а потом уверенно продолжил: — или не захотел замечать. Саня ее не увидел. И теперь его фоторобот гуляет по всем отделам Москвы. Заиб*сь, бл*! — в сердцах он стукнул по рулю.

— А ты бы хотел, чтобы мы ее прямо там грохнули?! И сожгли?! С теми двумя трупами?! Тебя такой вариант устроил бы?! Так у нее был шанс сгореть на пожаре. Причем, живьем. Только, видно, не судьба.

Калинин отвернулся к окну. До него только сейчас с пронзительной болью стало доходить, что это Аня и ее отец — человек, с которым он совсем недавно разговаривал, сидел за одним столом.