Дракон очарованный. Подвид женатый - Надежда Игоревна Соколова

Любительница фэнтези в реальности, я на месте «той» невесты уже визжала бы от восторга. Как же, самый натуральный дракон, да еще и в мужьях. Но «та» я не спешила радоваться. Во сне я была вечно грустной, тихой, затюканной. Слова лишнего сказать не могла. Всего чего-то боялась. Старалась не высовываться во всех смыслах этого слова. В общем, вела себя как гадкий утенок, никак не желавший превращаться в прекрасного лебедя.

И меня настоящую такое поведение жутко бесило, как в реальности, так и там, во сне, во время наблюдения за происходившим. Так и хотелось постоянно взять за плечи своего неуклюжего перепуганного двойника и как следует встряхнуть. Приказать: «Не будь мямлей». Ну и продемонстрировать на собственном поведении, как можно ставить на место зарвавшегося типа всего лишь парой взглядов или слов.

Но увы, там, во сне, я оставалась лишь сторонним наблюдателем. И, блин, ничего, совершенно ничего не могла сделать! Даже когда тихоню «меня» высмеивали собственные фрейлины и поддакивали им мои же служанки!

И вот теперь я снова очутилась в столь желанном мире грез и сновидений. Я стояла у длинного напольного зеркала в золотой раме и внимательно осматривала себя в нем. Брюнетка. Синеглазая. Худая как шест. В глазах чуть ли не ужас и полная паника. Плечи опущены. И на этом пугале висит прекрасное платье изумрудного цвета! Ох, как же мне захотелось дать ей пинка! Научить жизни! Заставить распрямить плечи!

Руки и ноги, а затем и голова с туловищем, стали внезапно тяжелеть, словно мешки с песком на них положили.

— А наша принцесска все еще не готова, — послышался от двери насмешливый женский голос. — Смотрите, ваше высочество, принц быстро сбежит от вас к той, кто более темпераментна.

— Это ты о себе, что ли, говоришь? — само собой сорвалось с моих губ. — Так весь дворец знает, что в постели ты настоящее бревно.

Я произнесла эти слова и повернулась, заставив себя распрямить плечи и выпрямить спину. И с удовольствием понаблюдала, как заливается алой краской высокая полная женщина лет тридцати, одетая в пышное платье сиреневого цвета.

Старшая фрейлина Власья, пришло узнавание. Наглая крикливая баба, завистливая дура, постоянно с удовольствием унижавшая принцессу и мечтавшая занять ее место в постели жениха-дракона. И вот теперь она стояла красная как рак передо мной-принцессой, а сзади тихо хихикали младшие фрейлины, пришедшие вместе с ней сопровождать ее высочество к алтарю.

Глава 2

Любовь моя — алая, алая роза,

В июньский расцветшая зной;

Любовь моя — нежная, нежная песня,

Мелодии звук неземной!

О, как ты прекрасна!.. Как страстно люблю я!

Живу я, любовью горя;

И буду любить я тебя, дорогая,

Пока не иссохнут моря.

Роберт Бернс

Как ни странно, я была уверена, что Власья будет мне мстить позже. Не сейчас. Ей нужно довести меня до жениха живой и невредимой. А уж потом, когда я выйду замуж, она устроит мне «райскую» жизнь. Об этом я читала в ее глазах, горевших лютой ненавистью. И правда, какая-то бесхребетная малявка посмела не только охомутать такого солидного и красивого жениха, но и ее, Власью, перед всеми унизить. Сволочь же!

Но я не боялась ни капли. Мало того, с расправленными плечами, я походкой от бедра, как учили меня когда-то в школе манекенщиц, прошла от зеркала ко входу и надменным тоном приказала:

— Посторонись. Дай пройти своей принцессе.

Смотрела я при этом прямо в глаза Власье.

Наше противостояние длилось пару-тройку секунд, не дольше. Потом Власья с явной неохотой опустила голову — поклонилась — и позволила мне выйти из комнаты.

Что ж, пока что два-ноль в мою пользу.

Я уверенным шагом шла по коридору, прекрасно зная, куда идти. Ну конечно, почему нет-то. Во сне и не такое бывает. Совсем скоро я проснусь. Так что надо было оторваться по полной. Ведь в реале у меня имелось не так уж много развлечений. Работа-дом-работа. Изредка — шашлыки с приятелями да поездка к родителям. Хоть после сна будет что вспомнить.

«Да, Ирочка, — иронично проговорила я про себя, — кому сказать, что ты развлекаешься только во снах, сразу в дурку сдаст. Дожилась ты, Ирочка, ой, дожилась. Никакой личной жизни в реальности и сплошное фэнтези во снах».

Между тем коридор закончился. Впереди показалась массивная деревянная дверь, оббитая по краям железом. Я протянула руку, приложила ладонь к куску дерева на двери — как будто сняла отпечатки. И она сразу же открылась. Вовнутрь.

За порогом оказался празднично украшенный зал. Алтарь впереди, у дальней стены, намекал на скорую свадебную церемонию. Жених, стоявший у того самого камня, даже не повернулся при звуке открываемой двери. И такое поведение меня жутко разозлило. Не одна Власья ни в грош не ставила несчастную принцессу. Никому тут, похоже, она была не нужна.

Сволочи. Гады. Уроды.

Ничего, пока я здесь, вы у меня попляшете. Я вам напомню обо всех нервах, потраченных этой затурканной девушкой.

Широко улыбнувшись, как акула, предвкушающая ловлю добычи, я перешагнула порог и все тем же шагом манекенщицы направилась по широкой красной дорожке под ногами прямиком к алтарю.

Замуж выходить.

Пока шла, краем глаза ловила на себе удивленные взгляды собравшихся гостей. Что, съели, гады? Я вам не тихоня принцесса. Если б я себя так на работе вела, точно свой бизнес с нуля не построила бы. Так что облезете. Вместе с обнаглевшим женишком, так и не соизволившим повернуться в мою сторону.

Дошагав до алтаря, я встала, по примеру жениха положила руку на шершавый холодный камень. Так, ну и что дальше?

— Я, Ричард Норгайский, император драконов, перед богами беру в жены человечку Ирисию Лантайскую, принцессу человеческой империи, -

четко, громко произнес жених.

И замолчал.

Все тот же внутренний голос подсказал мне, что теперь клятву должна приносить я.

Ладно, как скажете. Я без проблем ту клятву принесу. А если останется время, еще и корону этому типу во сне