Прошу прощения... и тортик - Марина Дианова

Узнать, где учится Алена Лобанова не составило труда. Я знал в какой школе учился малой, и этого было достаточно. К тому же, шесть лет назад, я и сам покинул эти стены некогда родной альма-матер.

Я стоял облокотившись на забор и курил очередную сигарету, а класс малого, в котором учится моя «жертва» все никак не появлялся на горизонте.

Вот, пестрая стайка будущих выпускников выпорхнула из широких дверей и направилась в сторону улицы. Благо, социальные сети позволили мне ознакомится с внешностью Алены Лобановой заранее, так что опознать ее в компании других девушек я смог без труда.

Ну что сказать: малой был прав. Его одноклассницы и правда больше походят на девушек с заниженной социальной ответственностью, чем на прилежных учениц. На них, что греха таить, даже мерзкая коричневая форма, в которую теперь обряжают всех учеников, выглядит как на манекенах в секс-шопе, а ведь им, дай Бог, только исполнилось восемнадцать. Лобанова и правда выделялась из их компании.

Я решил не переть напропалую, а дождаться момента, когда она будет одна и тогда уже познакомиться. Чувствуя себя маньяком, я шел за одиннадцатиклассницами стараясь не особо афишировать свою заинтересованность, а девчонки шли не замечая ничего вокруг. Будь на моем месте и правда какой-нибудь маньяк – это были бы самые простые жертвы в его послужном списке. Растянувшись на всю дорогу, они могли не заметить и грузовик, так как их внимание полностью занимали модели выпускных платьев, которые они собирались купить или уже купили к самому важному дню в их жизни. Наверное, я наивен, но мне казалось, что свадьба – главный день для девушки, ан нет…: «Замуж можно выйти несколько раз, а выпускной – один и единственный раз в жизни». Высокопарно заявила блондинка с губками, в народе называемыми утиными. И самое главное, все из них согласно закивали головами, как китайские болванчики. Лобанова головой не кивала, но и против ничего не сказала.

Такой компанией мы добрались до перекрестка, где большая часть свернули в направлении многоэтажек, а остальная часть – в сторону частного сектора, а вот мой «объект» отделился ото всех и, перецеловав всех девчонок, направилась в сторону магазина. В одиночестве.

Естественно, как настоящий маньяк, я последовал за ней, ведь это такой шанс.

Магазин самообслуживания, куда Алена завернула, встретил нас угрюмыми продавщицами на кассе и еще более угрюмым охранником, посмотревшим на меня так, будто я уже вынес половину товара в собственных штанах.

Алена хватала с полок: хлеб, молоко, муку, сахар, пачку творога, упаковку майонеза – в общем то, о чем не должна беспокоиться девочка ее возраста, я же, взяв пачку яиц, двинулся ей наперерез, пока что она шла уткнув взгляд на этикетку панировочных сухарей. Столкновение было неизбежно (ведь именно этого я и добивался). Не глядя куда идет, Алена налетела на меня, выбив упаковку яиц из рук, те, соответственно, с громким шлепком приземлились на пол, растекаясь в упаковке совершенно не аппетитной лужицей.

- Простите. – Она подняла на меня глаза, затравленно озираясь по сторонам. В этот момент, как будто почувствовав заварушку, к нам двинулись и охранник, и одна из работниц зала, с самыми недружелюбными лицами. – Простите меня пожалуйста. – Ее подбородок затрясся, а я, на долю секунды испугался, что сейчас она расплачется, но нет, она сумела сдержаться и посмотреть мне в глаза.

- Ничего страшного. – Ответил я, демонстративно поднимая яйца с пола – все-таки, по большей части, пострадал они именно из-за меня – и показывая охраннику, что направляюсь в сторону кассы. Он поверил, но все равно продолжил следить за моими перемещениями, дабы предотвратить попытку побега с неоплаченным товаром.

Алена следовала за мной, а я улыбался, глядя на ее ужасно расстроенный вид.

- Ну чего ты так расстроилась? – Спросил я, подходя к кассирше, которая через силу пробивала десяток кормов для кошек у какой-то пожилой бабули.

- Неудобно как-то. – Ответила девушка, оглядываясь в поисках свободных касс, но те, как назло (для нее) все оказались без кассиров. – Ведь из-за меня вы остались без яиц. Ой! – воскликнула она и залилась краской, когда поняла что сказала, а я рассмеялся над ее непосредственностью. – Простите. Я не то хотела сказать. Я имела ввиду, без куриных, вам ведь нужны были куриные, в смысле, вы же покупали куриные. – С каждой фразой, она краснела все сильнее, а я уже не смеялся, я хохотал, придерживаясь за живот. Неудачно крутанул рукой и содержимое разбитой палетки полилось на пол, за что я получил полный ненависти взгляд и от уборщицы, но это еще больше раззадорило не только меня, но и Алену, она тоже начала хихикать, старательно прикрывая улыбку.