Брошь Афродиты - Барбара Данлоп

Сидни все утро убеждала Коула в том, что им необходимо разделиться. В конце концов она отправила его к антикварам на другой конец города, чем предоставила себе свободу действий для посещения муниципалитета.

Просмотрев в недрах подвального этажа микрофильм, она узнала, что Айрин Коуан в течение десяти лет платила налог за небольшой домик в Ризотто-Бич. Но в начале восьмидесятых ее следы потерялись.

Сидни решила проверить оплату коммунальных услуг, но не обнаружила ничего нового. Спустя два часа, когда она уже была уверена, что зашла в тупик, ей пришло в голову проверить брачные свидетельства. Таким образом, у нее появилась зацепка. Айрин Коуан стала Айрин Робертсон. Она с мужем проживала в Оушенсайде пятнадцать лет. А в середине девяностых оба погибли в автокатастрофе.

У них был сын — Руперт Коуан. Выяснилось, что он окончил среднюю школу Эдисона, затем государственный колледж по специальности «моделирование одежды», после чего уехал работать в Нью-Йорк.

Затем в интернете она отыскала информацию о недавнем показе моделей мод в Майами, в котором принимала участие компания «ЗЭП», принадлежащая Руперту Коуану.

Возможно, сейчас он находится в Майами.

Сидни нужно было срочно туда попасть. В ее голове начал зреть план. Она обратится к нему как потенциальный покупатель. Не по телефону, не в письменной форме, а лично. Ей необходимо видеть выражение его лица, уловить настроение, узнать его приоритеты и слабости.

Стуча каблучками по мраморному полу фойе, она набрала номер Гвен на своем мобильном телефоне.

— Алло? — ответила Гвен.

— Мне нужно, чтобы ты отправила нас в Майами.

— Сидни, это ты?

— Да. Это я.

— А что происходит в Майами?

— Не могу объяснить, но нам нужен какой-то предлог для этой поездки.

— Опаньки. Предлог, говоришь?

— Да.

— Что происходит?

— Ты же знаешь, я бы не просила, не будь это очень важно.

— Ты что-то явно знаешь. Что?

— Я знаю имя, — призналась Сидни.

— И кто это?

— Не могу сказать тебе. Это пока конфиденциальная информация.

— Ты с кем-то сотрудничаешь?

— Ну… это сложно объяснить.

Сидни не могла рассказать Гвен всего. И не могла раскрыть фамилию Руперта. Она ведь дала слово бабушке.

— Так чем конкретно я сейчас должна заниматься?

— Ты организовываешь нашу с Коулом поездку в Майами.

Голос Гвен стал жестче:

— Я не об этом.

Сидни вздохнула, не зная, что ответить.

— Так что? Мне можно сидеть сложа руки?

— Сейчас — да.

Голос Гвен становился все громче и раздраженнее.

— Ты хочешь сказать, что я могу перестать названивать в Рим?

— Да. Просто до этой минуты я не знала… Клянусь, мне только что… я только что узнала…

— Замечательно!

Сидни почувствовала себя сволочью.

— Прости, пожалуйста. Гвен немного успокоилась.

— Ладно, звони, если потребуется моя помощь.

— Хорошо. Гвен… Я обещаю все-все тебе рассказать. Только позже. Слышишь?

— Я слышу.

— Я позвоню тебе из Майами.

— Не звони. Я буду спать. — И Гвен отсоединилась.

Сидни захлопнула крышку телефона и тихонько ругнулась. Гвен — замечательная подруга и превосходный специалист. Может, стоит ей все рассказать?

— Я тут мучаюсь вопросом… — раздался совсем рядом знакомый насмешливый голос.

Сидни моргнула, возвращаясь к реальности, и увидела… лицо Брэдли Слендера!

— …как наши скромные поиски связаны с муниципалитетом Оушенсайда?

Ледяная волна страха парализовала Сидни.

— Ты? Здесь?

— Ну-ка расскажи старику Брэдли, что ты там накопала, — прошипел он.

— Ничего, — она сжала телефон, ругая себя последними словами. И поспешила к выходу из здания.