Попаданка за штурвалом - Мстислава Черная

Кошмар.

На Сиян, наверное, жениться и то не так страшно — та, возможно, больше похожа на женщину.

— Господин Рат знает?

— Я не стал ему сообщать.

— Ладно, давай к нему, — решаю я.

Рен высовывается и даёт извозчику указания, а я прикрываю глаза. Может зря я? У всех жёны как жёны, кому-то везёт больше, кому-то меньше. Но вот демоницы в качестве супруги нет ни у кого. Скучно мне с Дженсен точно не будет.

Пусть Рик не надеется, что я ему уступлю.

Только не понятно, как подступиться к Дженсен. Чем он её соблазнил, что она от брака с князем отказалась? И как быть с ней потом? От того, что я на ней женюсь, послушнее она не станет.

По уму мне бы думать, как расторгнуть помолвку, а я… я собираюсь жениться. Точка.

Когда экипаж останавливается перед домом губернатора, настроение у меня самое мрачное. Я спускаюсь на мостовую, киваю губернатору. Естественно, он в курсе происшествия и вежливо интересуется моим самочувствием, задаёт вопросы, но о дочери не упоминает. Полагает, что я ничего не узнал?

Я прошу принести ужин в комнату, где я остановлюсь, и, прежде, чем скрыться за закрытой дверью, сообщаю, что найти след Дженсен удалось. Девушка в безопасности, и завтра я за ней поеду.

— Спасибо, князь! — жена губернатора, державшаяся за его плечом, протягивает ко мне руку, и я вдруг перестаю узнавать эту женщину, настолько счастливая улыбка её преобразила.

Господин Рат перехватывает её ладонь и утешающе похлопывает.

— Дорогая, наша Дженни обязательно вернётся.

— Вы… откажетесь от помолвки, князь?

— Нет, — успокаиваю я.

Только губернаторша почему-то радостной не выглядит.

Она знает, кто такой Рик и поддерживает их связь?!

Очень хочется расспросить с пристрастием, но я сдерживаюсь. Завтра я доберусь до Дженсен. Я сухо желаю будущим родственникам доброй ночи и Рену кивком указываю, чтобы зашёл за мной.

— Да, мой господин?

— Проследи, чтобы мать не попыталась связаться с Дженсен. Заподозришь, что она предупреждает дочь, зови меня или перехвати сообщение.

— Да, господин, будет исполнено.

Я остаюсь один.

Ужин приносит горничная. Я расправляюсь с блюдами, почти не чувствуя вкуса, отдаю грязную посуду и заваливаюсь спать. Завтра меня ждёт трудный день, и трудным его сделает моя невеста.

Утро начинается с солнечных лучей, бьющих по глазам. Оказывается, меня угораздило заснуть с раздвинутыми шторами. Почему горничная вчера не позаботилась?! Пока я ел, стояла безучастно и таращила на меня глаза как овца какая-то. Умывшись, я меняю костюм на свежий и в очередной раз вспоминаю дядю — это он настоял, что я должен возить с собой гардероб, даже если поездка по плану не займёт и трёх часов. Хорош бы я был в несвежей рубашке.

Я спускаюсь на первый этаж, и первым вижу Рена.

Зная мою привычку рано вставать, Рен уже ждёт.

— Госпожа не предпринимала попыток. Доброе утро, господин.

— Губернатор…?

— Ещё спит.

— Тогда поехали, — позавтракаю в какой-нибудь ресторации.

Велик соблазн сразу рвануть в воздухоплавательный клуб, но я приказываю ехать в Лётную администрацию, и решение оказывается верным. Во-первых, я убеждаюсь, что по документам нас действительно спасла Дженсвен. Во-вторых, я узнаю, что ей собираются присвоить награду героя-командира.

Ни у кого нет жены с такой наградой.

Правда… Можно ли считать героизмом то, что сделала Дженсен? Да, она предотвратила крушение парусника и спасла сотни жизней. Она показала высший профессионализм. Но ведь она спасала не только нас, но и себя. У неё не было выбора — брать штурвал в свои руки или нет.

Но награда заслуженная, определённо.

— Я готов дать дополнительные рекомендации в Лётную академию и выплачивать стипендию, — предлагаю я.

Хочет учиться — пусть учится.

Лишь бы водила челноки и паруснки, а не “бочки”. А то с неё станется…

— У нас проблема, — морщится один из чиновников. — Нигде нет адреса проживания Дженсена Рата. Куда я отправлю приглашение на награждение?

— Послать письмо в клуб? — предлагает секретарь.

Хм…

— Поскольку я хочу поблагодарить Дженсена лично, я настаиваю на поездке, — вмешиваюсь я. — Всё же Дженсен заслуживает не только награждение, но и речь перед другими воздухоплавателями. Кстати, я полагаю, влётно-посадочный канал потребует проверки и ремонта? Я бы хотел внести вклад, всё же происшествие случилось из-за меня.

Деньги решают всё.

— Поддерживаю, — горячо соглашается чинуша. — Молодой талант нужно поддерживать и поощрять. Нам нужны такие командиры, как Дженсен.

И в результате в клуб я еду не сам по себе, а в компании секретаря, который не только лично доставит приглашение на полноценную церемонию награждения, но и перед всеми в клубе зачитает приказ о награждении.

О нашем прибытии предупредят заранее, так что, когда мы входим в штаб, все уже должны ожидать нас в зале. Только один кто-то торопится на сбор, но, как я понимаю, он тоже только что прибыл.

Когда мы входим…

Дженсен!

Я чуть не задыхаюсь от злости, когда слышу про нырок в Бездну на судне типа “Бочка”. Это же опасно! Ей было мало на паруснике?!

Вот я дурак. Думал, что, пока она будет учиться в Лётной академии управлять большими парусниками, про “Бочку” можно не переживать.

Вместо нормальных объяснений Дженсен несёт какую-то чушь про красоту. Будь она парнем, решил бы, что она перед приглянувшейся барышней хвост распускает. Но её и считают парнем…

Ха?! Она описывает… меня?!

Глава 14

Дженсен Рат

Упс, неловко.

А ведь я не только глаза описала, но и выдающиеся тылы упомянула, то-то у я князя из глаз искры. И не только у князя. Глава клуба в неменьшем бешенстве. По-моему, только чудо удерживает его от рукоприкладства.

Мне прятаться под стол, которого нет?

— Джен! — глава резко успокаивается. — Ты перешёл черту. Я лишу тебя всех допусков и из клуба ты вылетишь.

Я в ответ только ухмыляюсь, потому что вперёд уже шагает дядя Тар.

— Про какой такой самостоятельный вылет речь?! В журнал журнал смотреть не пробовали? Для кого там моя подпись красивая стоит?

— Джен? — чуть растерянно переспрашивает глава.

— Под контролем инструктора вести связь с диспетчером не запрещено, — пожимаю