Попаданка за штурвалом - Мстислава Черная

Да и вообще мою связь с Альянсом стоит оставить как последний козырь.

Мы выезжаем за город, хотя это понятие к островам трудно применимо. Земля в дичайшем дефиците, не застраивают только полосу вдоль обрыва и только потому что из-за строительства край начинает крошиться, и в самом начале было несколько случаев, когда острова разваливались на части. С тех пор любую стройку контролируют строжайшим образом.

Окраины не пустуют. Здесь площади делят воздухоплавательные клубы, порт и конторы, держащие собственные взлётно-посадочные каналы. Между всем этим богатством втискиваются сады и теплицы.

— Прибыли, малец!

Задумалась так, что полдороги не заметила.

Я спрыгиваю на грунтовку, расплачиваюсь.

— Бывай, дядя, — прощаюсь я.

Территорию клуба опоясывает забор, но поставлен он чисто символически. Перелезть — раз плюнуть. Ворота заперты, я прохожу через калитку. На ней замок уже года три сломан, и никто не чешется.

В штабе безлюдно. Я топаю прямиком на кухню. Есть у нас закуток, где всегда можно найти, чем набить пузо. Я отрезаю себе мяса, кладу на хлеб, попутно завариваю чай и устраиваюсь на подоконнике с видом на клубный причал.

Думаю, сегодня князь точно не появится — рана у него серьёзная. Завтра? Попрошу кого-нибудь перекинуть меня на соседний остров.

По-хорошему нужно не бегать, а разорвать помолвку.

Я до сих пор не знаю, зачем я сдалась князю. Может, написать ему?

— Кого я вижу! Джен-прогульщик уминает мой ужин.

— Ужин общий, дядя Тар, — возражаю я своему любимому инструктору.

Мужчина-шкаф, абсолютно лысый, во рту не хватает зубов, отчего щербатая улыбка выглядит особенно угрожающе. Такого в тёмном переулке встретишь — сам все деньги отдашь добровольно и не дожидаясь требований. Однако внешность обманчива, господин Тарвин Дигон добрейшей души человек.

— Совести у тебя нет, Джен, — упрекает он и тотчас меняет тему. — Слушай, Джен. У меня к тебе предложение. Ну или просьба, сам решай.

— Да?

— Давай прямо сейчас спустимся в Бездну?

Глава 11

— В Бездну? — переспрашиваю я.

В любое другое время я бы прыгала от радости, потому что именно нырки в Бездну влекут меня больше всего, но сегодня я Бездны нахлебалась.

— Хей, не делай такое лицо! Неужели наш маленький Джени испугался?

По сравнению с бугаём-инструктором я действительно маленькая.

— Я желаю подробностей, дядя Тар, — фыркаю я и невежливо вгрызаюсь в остатки бутерброда.

— Слышал, что в порту случилось?

— Эм…

— Джен, да это только глухой не слышал! Один из этих, ну… Короче, командир судна попытался всех угробить, направил корыто носом вниз и зарезался, а его помощник смог судно поднять.

То есть про моё участие ещё не раззвонили? Хорошо…

— И-и? — подталкиваю я.

— Говорят, на них напали сразу три или четыре роя, а где гнездятся демоны, там растёт дукка. Дальше разжёвывать?

Ну, я бы поспорила. Не дукка растёт там, где гнездятся демоны, а наоборот, они гнездятся там, где она есть. Бездна принесла не только зло. Дукка обладает исключительными целебными свойствами, и за каждый кочан богатеи готовы платить золотом по весу этой волшебной капусты. Добудь несколько штук — и ты богат.

— Мы не нырнём, так другие?

— Ну!

Самопилоты расходятся как горячие пирожки, небольшая контора превратилась в крупный концерн, обслуживающий как отдельных перевозчиков или даже частников, так и Альянс. Именно у меня самый качественный “обвес”, контролирующие артефакты и магическая “начинка”, обеспечивающая их работу.

Доход идёт, но при этом я… почти нищая. Потому что всё, что я получаю, я незамедлительно вкладываю в развитие дела.

Я дожёвываю мясо, залпом опрокидываю в себя остатки чая и спрыгиваю с подоконника, мимоходом отряхнув с губ крошки:

— Занырнём.

— Занырнём! — дядя Тар потирает руки. — Тебе штурвал, а мне дукку.

— Идёт, — киваю я, хотя в глубине души подозреваю, что инструктор наши силы переоценивает. Демоны после трёпки от князя злые и беспокойные, проскользнуть у них под носом и ограбить будет проблематично.

Но ведь мы не на корыте пойдём, а на “Селёдке”, весьма странном порождении местной инженерной мысли. Наверное, больше всего она похожа на подводную лодку: если парусник — это одна половинка скорлупы, то “Селёдка” представляет собой полый орех, утыканный боковыми и хвостовыми парусами.

Клянусь, я не знаю, как это деревянное чудовище летает.

“Селёдка” манёвренная, скоростная, способна к пикированию.

— Наша задача упасть, схватить, убежать.

— Да, дядя Тар, — план нехитрый, запомнить легко.

Трудность одна — садиться мы можем только в воду. Не обязательно в океан, широкая река или большое озеро тоже подойдут. То есть надо приводниться, доплыть до берега, потом углубиться в лес, найти и собрать дукку. И успеть вернуться в “Селёдку” до того, как демоны о нас прознают. На “Селёдки” мы уйдём, а вот пешком… Ноги против крыльев, расклад будет не в нашу пользу.

“Селёдка” уже ждёт, люк гостеприимно распахнут.

Я забираюсь внутрь.

— Садись за штурвал, Джен.

— Мы идём вдвоём? — хмурюсь я.

— А ты хочешь делить добычу на десятерых? Давай на взлёт.

То есть он даже рядом не сядет? Останется в салоне? Не то чтобы я испытывала с “Селёдкой” какие-то трудности, с ней я на “ты”, но лётное удостоверение у меня только на челноки, и по правилам инструктор обязан меня контролировать.

Ненавижу разгильдяйство в воздухоплавании.

— Дядя Тар.

— Джен, не нуди. Кто тебе мешал оформить удостоверение? Я тебе ещё месяц назад сказал, что ты полностью готов. Давай, вперёд.

— На ночь глядя, — продолжаю ворчать я.

— Так хорошо же, дукка будет светиться, — легкомысленно отмахивается он, увлечённо фиксируя на крючки с защёлками большие корзинки.

Я отворачиваюсь, устремляю взгляд через стекло и прислушиваюсь к себе. “Селёдка” обвешана по последнему слову, эхолокация в полном порядке, то есть отсутствие видимости преградой для рейса не является.

Нормативы? Их я знаю наизусть, но всё равно вытаскиваю папку с паспортом “Селёдки” и ещё раз сверяюсь с характеристиками судёнышка, особенно с разделом, касающимся ограничений.

По факту нарушение у нас только одно — инструктор не сидит там, где ему положено. Но дядя Тар прав, выйти на экзамен я готова хоть сейчас.

Я шлёпаю по артефакту связи:

— “Селёдка” на связи, — обращаюсь я к дежурному