Монтана. Наследие Греха - Виолетта Роман

Монтана

Я стоял и смотрел вслед уезжающему такси. Какой-то мужик увозил ее, и мне стоило нечеловеческих усилий не рвануть за ней.

— Твою мать! — вспылил, саданув по стене рукой. Содранные костяшки тут же заныли. Я припал спиной к холодной твердой поверхности, сполз на асфальт, сжимая руками голову.

Я думал, это будет легко — поступить правильно. Был уверен, если не приду, она все поймет и забудет. И станет жить дальше. Но эта девчонка чертовски упрямая. Когда она заявилась в клуб, я не знал, что и делать. И не придумал ничего лучше, чем быть грубым с ней.

Она должна была уйти. Гордо задрав подбородок и продемонстрировав мне фак. И мы бы продолжили жить дальше, понимая, что просто не срослось. Но она умудрилась перевернуть у меня все внутри за какие-то пару минут общения. Когда я увидел слезы в ее глазах, когда понял, сколько в ней боли и обиды — не по себе стало.

Хотелось прижать ее к себе, успокоить. Она столько дерьма перенесла, не представляю, как с катушек не слетела. Ограбление, похищение ее отца. Узнать о том, что он жив — было для меня удачей. Огромный груз свалился с плеч.

Но я поступил с ней как дерьмо. Рано или поздно все узнается. Я не смогу продолжать гулять с ней и делать вид, словно ничего и не было. Она узнает правду, и в тот же день проклянёт меня. А я не хочу делать ей больно. Просто не позволю этого себе.

Стоял и молча смотрел на нее, как идиот. Пока Соня боль свою изливала, пока ее накрывало. Тому, что я сделал — нет оправданий. Черта пройдена, и пути назад глупо искать.

Она хорошая девочка, со светлым будущим. Рядом с ней должен быть правильный парень, а не тот, кто закапывает в гребаную яму ее отца.

Сука, выть хотелось. Легкие жгло. Поднялся наверх, в клуб, налил себе еще виски, и все одним залпом, до самого дна. Нахер все. Сейчас выбираться нужно. Забирать Нику и валить в Штаты. И забыть все произошедшее, как страшный сон.

Кто-то одернул меня. Обернулся. В двух метрах стоял Марк. На нем не было лица.

— Араб звонил, через пятнадцать минут он подъедет сюда. Нас хочет видеть его отец.

Ну, вот и понеслась.

— Ладно, не дергайся. Все нормально. Марину домой отправь и сюда подходи. Я буду ждать.

Марк кивнул и побежал вниз на танцпол, где сейчас тусовались девчонки. Почувствовал на себе женские руки.

— Может, скажешь, что от тебя эта чокнутая хотела? — Катины губы коснулись моей шеи. Отстранился, скинув с себя ее руки.

— Я уезжаю, тебе такси вызвать?

Ее взгляд стал недовольным.

— Уезжаешь? Брось, останься, будет классно, — попыталась снова прикоснуться.

— Оставайся. Мне пора, — забрал со стола свою мобилу и спустился вниз за Марком.

***

Мы сидели посередине двора, окольцованные стафордами и наемниками Тагира. Марк едва не трясся от страха. Кивнул другу, пытаясь успокоить.

— Молчи про отца, понял? Даже если гасить начнут.

Марк нахмурился и поджал губы.

Послышались чьи-то шаги за нашими спинами. Я не стал оборачиваться, продолжил стоять, широко расправив грудь и задрав подбородок. Отец Араба пытается запугать нас, показать нам свое превосходство — только для этого здесь все это представление. Куча бешеных псов — одни с автоматами, другие в ошейниках. Но мне не страшно, я видел и похуже картины.

Пока он идет к нам, я осматриваю двор. Куча наружки, высокий забор и колючка поверху. Да у этого типа мания преследования. Не хотел бы я жить в таком напряге.

Араб стоит в нескольких метрах от нас. Отдельно. При появлении отца с него тут слетает спесь. Взгляд уже не такой дерзкий. Он опускает глаза в пол, выглядя при этом как нашкодивший пацан.

— Это они? — раздается голос мужчины. Хриплый и тихий, с сильным акцентом. Араб кивает.

Его отцу лет пятьдесят. Седые волосы, белый костюм. Все в традициях Аль Капоне. Не знаю, почему, но меня раздирает смех. Учитывая, сколько пафоса у этого мужика, он напоминает мне клоуна.

— Ты чего смеешься? — Тагир оборачивается и находит меня взглядом.

— Собачки у вас милые. Может, скажете, зачем привезли?

В его черных глазах вспыхивает гнев.

— Ты кто такой, щенок, чтобы так разговаривать со мной? — он вытаскивает из-за пояса ствол и направляет его на меня. Думаю о том, что с приездом на родину наставлять на меня оружие стали слишком часто.

— Меня Паша зовут. Ваш сын вынудил меня пойти на ограбление. А смех — это защитная реакция.

Он замер. Понимает, что я издеваюсь над ним. Но сейчас Тагиру не до меня. Если мы здесь в полном составе, значит, ограбление прошло не совсем так безупречно, как ожидал этого Араб.

— Ренат, — Тагир поворачивается к Арабу.

— Да, отец.

— Это правда? То, что он говорит.

Араб хмурится.

— Отец, я решу это дело. Тебе не стоит переживать об этом.

Резкий выпад, а потом удар. Араб летит на пол.

— Ты будешь указывать мне, что делать, щенок?! Что за неучей ты набрал? Вы что там устроили?

— Отец, были проблемы, но мы их решили! — вытирая кровь с губы, Араб пытается оправдаться. Только звучит это как детский лепет.

— Мне звонит начальник полиции, говорит о том, что на тебя ориентировка! Какого хрена ты натворил?! Вооруженное нападение при свете дня на центральный офис банка! Взятие заложников! Убийство охранника! Один из заложников, которого ты вывез в лес и пытался закопать, выжил! И он лицо твое видел! Ты теперь понимаешь, что вообще происходит?!

— Это все ты! — Араб делает выпад в мою сторону. — Ты должен был его закопать! Убить!

— Я сделал то, что ты велел. Ни больше, ни меньше. Я не убийца, и не умею мочить людей.

— Идиот, из-за тебя мы попали!

— Закрой свой рот! — осекает его отец. Все замолкают. Тагир делает знак своим наемникам разойтись. Парни с калашами удаляются в сторону дома. Мы переглядываемся с Марком. Он бледный, как простыня. Как бы не грохнулся в обморок.

— Значит так, вам нужно убраться из города, — голос Тагира становится спокойным. — Сидите тише воды, ниже травы. Я решу вопрос с терпилой.