Утренний кофе для любимой - Пенни Джордан

— Люси! Люси заставила себя улыбнуться, когда Джулия подбежала к ней и крепко обняла.

— Ты здесь! Я так рада! И Маркус… Дай взглянуть на кольцо. Конечно, Сайлас уже давно говорил, что между вами что-то есть. Не так ли, милый? — спросила Джулия своего мужа.

— Ну, давай просто скажем, что не только у вас, женщин, хорошая интуиция, не так ли, сынок? — поинтересовался Сайлас у завернутого в голубую пеленку младенца, которого он держал на руках. — Ты так редко привязываешься к чему-либо или к кому-либо, Люси. К тому же многократно повторяла, будто ненавидишь Маркуса. А насколько я знаю…

— От ненависти до любви один шаг, — закончила фразу Джулия, переглянувшись с мужем.

Люси почувствовала, что краснеет. Она поспешно протянула руки и попросила:

— Сайлас, дай мне, пожалуйста, подержать моего будущего крестника.

— Он довольно тяжелый, Люси, — предупредила Джулия. Кстати, Карли звонила незадолго до вашего приезда. Они с Рикардо скоро приедут. Ты знаешь, что они арендовали дом в деревне на выходные?

— Да, она сообщила мне об этом по электронной почте.

— Я с удовольствием предложила бы тебе комнату, но они уже все заняты членами нашей семьи. Ты уверена, что ребенок не очень тяжелый? — озабоченно спросила Джулия.

Поняв, что ее подруга уже требует вернуть ей малыша, Люси улыбнулась и провела пальцем по его щеке. Затем подошла к Джулии и протянула ей младенца.

Маркус стоял рядом с Сайласом и тщетно старался вслушаться в его слова о курсе доллара. Все его внимание было направлено на Люси. Конечно, матерью маленького Нэта была Джулия, но именно Люси любой художник изобразил бы в виде Мадонны, потому что сейчас она была воплощением нежности и заботы, а лицо ее сияло. Ему показалось, будто кто-то изо всех сил ударил его в сердце. Это ощущение сильно разозлило Маркуса, и он попытался подавить его.

Отдав ребенка Джулии, Люси думала о том, что если Маркус и впредь будет вести себя с ней так же холодно, как сегодня в их гостиничном номере, то она никогда не будет держать на руках свое собственное дитя.

«Если только я уже не беременна», — подумала она.

Люси никак не могла понять, почему мужчины, которые оказывались с нею рядом, рано или поздно отвергали ее.

«Сначала Ник, а теперь Маркус», — про себя заметила она, посмотрев на Маркуса, поглощенного разговором с Сайласом.

— Люси, присаживайся, — позвала ее Джулия, похлопав рукой по пустому месту на диване рядом с собой.

— Я так рада за вас с Маркусом, — произнесла она, когда Люси последовала ее совету. — Я знаю, как ты переживала из-за Ника, и чувствую себя виноватой из-за того, что познакомила тебя с ним. Маркус будет… — она резко замолчала, увидев, что к дому подъехал большой «мерседес», а затем радостно закричала: — Здорово! Должно быть, это Карли и Рикардо.

Через пять минут три женщины разместились в большой комнате, увлеченно обсуждая последние сплетни.

— Как он вырос! — воскликнула Джулия, взглянув на сына Карли и Рикардо, а потом добавила: — А ты, Карли! Ты уже на шестом месяце беременности, а выглядишь так же потрясающе и элегантно, как и обычно.

Им было нужно столько всего сказать друг другу, к тому же обе держали двух очаровательных малышей, и Люси постепенно стала успокаиваться, а ее улыбка становилась все более естественной. Когда Маркус подошел к ней и положил руку ей на плечо, Люси с трудом сдержалась и не опустила на нее голову, показав тем самым, что он значит для нее.