Разоблачение Атлантиды - Алисия Дэй

Атлантида, военный зал, следующее утро.

Алексиос оттолкнул свой стул назад и выскочил из-за стола. Даже полдюжины кружек прекрасного атлантийского эля не могли отвлечь его от снов о Грейс и не избавили от беспокойной ночи, пока утром он не проснулся твердый и жаждущий ее.

И теперь ему придется иметь дело с этим?

— Нет. Ни за что и никогда. Можешь кому-то другому приказать вытирать сопливые носы своим малышам-мятежникам. С меня на данный момент хватит общения с людьми, — сказал он, почти рыча.

Вэн откинулся на спинку своего стула и сложил руки на груди.

— Ты мне не пояснишь еще разок? Должно быть, я выпил мало кофе, потому что мог бы поклясться, что выбрался из своей очень тепленькой постельки и покинул свою очень теплую женщину, чтобы спуститься сюда и отдать тебе приказ, и ты только что сказал мне «нет».

Он демонстративно протер глаза.

— Минутку, а может, я все еще сплю, — сказал он, а затем искоса посмотрел на Алексиоса. — Нет, не с таким лицом. Больше похоже на кошмар.

Вэн был единственным, кто когда-либо говорил все напрямик и дразнил его из-за шрамов на лице, но он дразнил всех по поводу и без повода. Благодаря этому Алексиос чувствовал себя почти … нормальным.

— Извини. Видимо, я не очень ясно выразился, Ваше Высочество, — сквозь зубы процедил Алексиос. — Я бы предпочел, чтобы меня не отправляли в учебный форт в Сент Огустине к Гр… к тем людям.

— Еще раз назовешь меня «Ваше Высочество», получишь пинок под зад, — сказал Вен без злости, пристально всматриваясь в лицо Алексиоса, заставив его почувствовать себя неловко. — В чем же дело? Квинн только и делала, что пела дифирамбы этому командиру. Грейс, как там ее, Хэнсон?

— Хавиленд, — автоматически поправил он. Судя по искоркам в глазах Вэна, слишком быстро. Он всем своим видом выражал «ага, попался»!

— У тебя с этой женщиной какие-то проблемы?

Алексис перестал мерить шагами комнату и поднял подбородок.

— Нет никаких проблем. Я бы просто предпочел, чтобы ты назначил кого-нибудь другого. Кто-то должен поехать в Европу и выяснить, что там происходит с той вампиршей, которая объявила себя давно пропавшей принцессой Анастасией. Я поеду добровольно.

— Едем мы с Эрин. Она хотела бы, пока мы будем там, разыскать других певчих драгоценных камней в той части Швейцарии, которая раньше была цитаделью фэйри, — сказал Вен, покачав головой. — Я все еще не совсем уверен, как ей удается заставить меня соглашаться на всё, что ей хочется.

— Трудно спорить с женщиной, которая обезвредила бомбу, не дав ей разнести твой череп, — сухо ответил Алексиос.

Вэн рассмеялся.

— Да, то-то и оно. В любом случае, это не просто учебное задание. Мы слышали, что Вонос прячет «Бич Вампиров» где-то неподалеку от Сент Огустина. Очевидно, у него есть какое-то место, напоминающее крепость супергероя.

Алексиос присвистнул.

— Вот так сюрприз. А правда ли, что бриллиант может то, о чем говорится в мифах?

— Квинн и Аларик видели, как с его помощью Вонос всего за несколько секунд стер с лица земли целую толпу вампиров. «Бич» мокрого места от них не оставил, это просто чертовски круто. Жаль, что Вонос при этом не пострадал.

Вэн встал, потянулся и зевнул.

— Кажется, тот двадцатый тост за здоровье малыша был лишним. У меня голова гудит, как будто тут вовсю орудуют молотками.

— Этот двадцатый тост был лишним для всех, — предположил Алексиос. Проснувшись, он тоже старался не поворачивать голову слишком быстро.

— Слушай, дело в том, что ты нам нужен. У Дэнала сейчас в некотором роде черная полоса после того, что он тут устроил, и теперь он даже не может сходить навестить Райли и малыша. Бреннан уже вернулся в Йеллоустоун, чтобы выяснить, что там, черт возьми, творится с волками, потому что это огромная проблема, Тиернан во Флориде, а тебе прекрасно известно, они с Бреннаном не могут находиться рядом друг с другом. — Вэн остановился, чтобы перевести дыхание, и продолжил:

— Конлан, понятное дело, никуда не поедет, а ты бы доверил это дело Кристофу? Он, скорее всего, прирезал бы всех новичков, и дело с концом. Кроме того, не понимаю, почему я все это тебе объясняю. Я — Королевский Мститель, а не чертов секретарь!

Признав поражение, Алексиос проигнорировал насмешку и просто кивнул.

— Было время, когда Семерка сражалась плечом к плечу. Мы — избранная Посейдоном элита королевской охраны Верховного Принца Конлана. Веками мы вместе сражались с созданиями, угрожающими человечеству. А теперь, кажется, что мы все больше и больше отдаляемся друг от друга.

— Возможно. Или, быть может, мы наконец-то повзрослели, друг мой. Теперь у меня есть племянник, и я намерен сделать мир как можно более безопасным для него, насколько это возможно. Особенно, потому, что почти наверняка в скором времени Атлантида снова поднимется на поверхность, как только мы найдем все драгоценные камни Трезубца Посейдона.

— Я, конечно же, тоже внесу свой вклад. Я найду этот бриллиант и сделаю все возможное, чтобы превратить этих людей в силу, достойную сражаться на нашей стороне.

— Знаю. А теперь, перейдем к теме поинтереснее. Грейс. Тебе известно о ее наследии? Она заявляет, что является потомком Дианы.

— Я видел ее лук, но не слишком часто замечал, как она стреляет из него. Хотя, она очень хороша в стрельбе. Ни разу не видел, чтобы она промахнулась, — вынужденно признал Алексиос. — Мне это известно, потому что нам довольно-таки часто доводилось сражаться на одной стороне. В трудной ситуации я бы доверил ей прикрывать себе спину. Не то, чтобы она была плохим бойцом, просто …

— Личное?

— Да.

— Постарайся превозмочь это, — посоветовал Вэн. — Мы ведем войну и у нас нет времени на личное.

— Именно это ты сказал Эрин? До или после того, как затащил ее в постель? — резко спросил Алексиос. Ему придется согласиться с этим глупым, хреновым планом, но это не значит, что это ему по вкусу.

Но Вэн не клюнул на приманку.

— Постарайся превозмочь это, — повторил он. — Или, если у вас с Грейс все точно так же, как и у нас с Эрин, тогда, пусть Боги тебе помогут. Потому что скоро твоя жизнь очень сильно осложнится, приятель.

Прежде чем Алексиос успел придумать ответ, принц вышел из комнаты, несомненно, возвращаясь в теплую постельку к теплой женушке.