Разоблачение Атлантиды - Алисия Дэй

Грейс изумленно посмотрела на него.

— Принц. Ну, конечно же, принц родился, — пробормотала она, на мгновение прикрыв свои выразительные глаза.

Он беспощадно украл эти секунды, упиваясь ее образом: от густых каштановых волос, сияющих на солнце, до высоких скул, напомнивших ему американских индейцев Среднего Запада, и ее красивой кожи золотистого цвета. Один вид прекрасных линий этого стройного, с идеальными пропорциями тела был подобен бальзаму для его растревоженных нервов.

Это пугало его.

Он ошибся, сказав Вену, что справится и сможет работать рядом с Грейс. В этой ситуации не было ничего, с чем он сможет справиться.

Наконец, она открыла глаза.

— Все остальные в порядке? Я почувствовала …

— Со мной все будет в порядке, — отрывисто ответил он.

— Ну, я рада, — сказала она, склонив голову и в замешательстве нахмурив свои прекрасные темные брови. — Но я имела в виду малыша и его маму. С ними все в порядке?

Он заскрипел зубами от своей собственной глупости. Вэн смеялся бы до коликов над ним, если бы присутствовал при этом разговоре. Один взгляд на ее экзотически красивое лицо — и мозг Алексиоса сразу же превращался в соте[12]из медузы. Что казалось возможным после разряда, напоминающего электрический, едва не испепеливший его внутренности от одного прикосновения к ее пальцам с кружкой кофе. Тот же самый электрический разряд, который превратил его в молниеотвод, когда он поцеловал ее.

Все же он считал, что сумел хорошо скрыть свою реакцию. Возможно.

— У них все хорошо. У Райли, совсем недавно вышедшей замуж за Верховного принца Конлана, была тяжелая беременность, но оба в порядке. У принца Эйдана невероятно огромная голова, но говорят, что она у всех новорожденных такая.

Она рассмеялась, и этот звук зазвенел у него в ушах, как атлантийские колокольчики из морских раковин, такой плавной, мелодичной и разнообразной тональности, что ему хотелось немедленно стать забавным, чтобы постоянно смешить ее.

У него очень большие проблемы.

— Да, это нормально. Бедняжка Райли, — сказала она, усмехаясь. — Потому что, ты, конечно же, сказал ей это, правильно?

— Нет, не говорил. Однако, Бреннан не преминул заметить.

— Не думаю, что я знакома с Бреннаном. Какой он, помимо совершенного невежества в отношении младенцев?

И он почувствовал, что у него есть возражения против ее знакомства с Бреннаном. Красавица Грейс и Бреннан с лицом без шрамов.

— У него нет чувства юмора. Он тебе ничуточки не понравится, — твердо сказал он.

— О, я даже не знаю. До сих пор все вы атлантийцы мне очень нравитесь. Удобно иметь под рукой при крайней необходимости. Квинн сказала… — Она прервалась и сложила губы в идеально круглую букву «О», отчего у Алексиоса в голове возник образ, из которого он испытал неудобство, а его ранее свободно сидящие джинсы стали ему тесны.

Он с усилием отвел в сторону взгляд от ее сочных губ и заставил себя думать о спокойных, несексуальных вещах. Репа. Бетон. Парниковые газы.

— Я только что кое-что поняла. Эта Райли — родственница Квинн?

— Что? О! Да, Райли сестра Квинн. Я уверен, Квинн огорчится, что пропустила роды.

— Это плохо, но Джек сказал, что она ушла… — Она щелкнул пальцами. — Джек. Точно. Джек. Фейри.

Алексиос пытался не отставать от хода ее замысловатых мыслей, но не особо в этом преуспел.

— Извини? Что там насчет Джека и Фэйри?

— Рис нэ Гэрэнвин. Фэйри. Встреча. Извини, — сказал она, качая головой. — Рис нэ Гэрэнвин, принц Верховного Дома, Двора Благих фэйри внезапно появился там, где я плавала прошлой ночью.