Пари - Ляля Брынза

«Она озиралась по сторонам и искала его. Наконец-то он появился. Он выделялся из толпы своей мужественной внешностью, и она сразу же заметила, что на этот раз он был еще более великолепен. Она часто задышала, но постаралась скрыть от него свое возбуждение».

Конечно, идея встретиться в воскресенье опять исходила от меня. Толчком послужил тот самый звонок Ольги Шпитко. В субботу вечером она таки перезвонила. Ей вдруг, видите ли, захотелось узнать, как у меня дела. То есть если до этого ей было абсолютно все равно, занимаюсь ли я по выходным альпинизмом или шляюсь по притонам, то в эту субботу ее прямо-таки расперло от желания выяснить мои планы.

– Хочешь пригласить меня в Париж на пару деньков или просто проверяешь, дома я или провожу вечер с вашим драгоценным Андрюшей?

Она отнекивалась, отказывалась и в конце концов призналась, что получила задание выяснить, что я делаю в этот вечер и на следующий день. Похоже, против меня создалась мощная коалиция. Ну что ж, берегись, вражеский блок!

– Значит, сегодня ты дома? – Ольга Шпитко одновременно устраивала домашние разборки мужу-профессору. Прикрыв ладонью трубку, она грозно озвучивала ему перечень заданий на воскресенье. Все было великолепно слышно. Мужу – профессору кафедры квантовой химии – вменялось в обязанность перестирать тюли, отмыть балкон, выбросить наконец-то прогнившее одеяло с антресолей и выгулять детей. Радости чужой семейной жизни в очередной раз убедили меня в правильности моего независимого существования.

– Значит, дома ты? – повторила Ольга.

– Поскольку я тебе отвечаю сама, скорее всего, я дома, если еще не обзавелась двойником, что нереально. Я единственна и неповторима.

– Ну мы так и думали, что это он тебя по случайности или по работе позвал вчера на ужин, – сделала вывод она.-… И выбить половик… – это она квантовому химику.

– Ха! Сегодня я дома, потому что некому посидеть с братом, – вообще, мой брат-подросток уже не нуждался в няньке, но это было первое пришедшее мне в голову объяснение. – А завтра мы, – я выделила это МЫ, чтобы она поняла, что речь идет не обо мне и брате, – проводим день вместе.

– Врешь!

Ну, в общем-то, я врала, ну и что с того?

– Да чтоб у меня все глаза на лоб повылазили! Идем гулять в зоопарк.

И откуда возник этот зоопарк, не знаю, надо было хоть Третьяковку назвать, что ли, или Воробьевы горы в крайнем случае. Но зоопарк так зоопарк, отступать было некуда. Ольга Шпитко, еще поохав и поахав, отключилась, а я, чтобы спасти свои глаза от вылезания на лоб, набрала номер Андрея.

Ну разумеется, он упирался, ну разумеется, возмущался и, разумеется, в конце концов согласился.

– Ну а почему зоопарк? – спросил он устало.

– А чем вам не нравятся животные? Вы, вообще, когда в последний раз общались с дикой природой иначе чем по телевизору? Посмотрите на жирафов, кенгуру и аллигаторов. Там еще есть парнокопытные и пернатые.

– Я бы лучше поработал, Лариса. А перенести никак нельзя?

– Нет! – отрезала я. – Завтра в десять, и точка. Я, значит, пытаюсь вас развлечь и развеять, а вы еще и упираетесь. Делай после этого людям добро…

– Хорошо, хорошо, пусть будет дикая природа. Кстати, думаю, вы, Лариса, весьма удачно впишетесь в местную общину приматов, – он решил немного поиздеваться.

– Не впишусь, потому что я вымерший вид, как птеродактиль. Чтобы вы знали, птеродактиль – это такая кожаная птица с перепонками между пальцев. Хищник. Меня надо в палеонтологический музей, а не в зоопарк, – парировала я.

– Вы, Лариса, ошибка природы, а я совершеннейший бесхребетный идиот, который идет на поводу у этой ошибки. Завтра в десять у входа.

* * *

Я увидела его почти сразу. Он стоял у ворот среди пестрой толпы шумных маменек, обремененных семейными обязанностями папенек и диких детишек.

– День добрый, Андрей Николаевич.

– Добрый? Неужели? Не заметил. Меня здесь уже защипали и затолкали, вы бы хоть не опаздывали на полчаса. Идемте, птеродактиль, я взял входные билеты.

– Вы взяли два билета, а нас сегодня будет трое.

– Что, неужто эта ваша «подружка» решила присоединиться? – Он театрально схватился обеими руками за голову. – Этого мне не пережить.

– Да нет, не переживайте, это всего лишь…

Мой брат выскочил из-за угла: