Любовь и лёд. Книга 2 - Ирмата Арьяр

— Марцела. Ваша фрейлина. Бывшая. Я Марцела.

— И чем ты это докажешь?

Тишина. Пустой взгляд бледно-голубых глаз. И снова, размеренно, монотонно:

— Я Марцела. Ваша фрейлина. Бывшая.

Сердце Летты даже биться стало реже, словно оцепенело от сдавившего его ужаса.

— Замолчи! — не выдержала Летта. — Где настоящая Марцела? Где та, чье лицо ты украла? Где она?

Яррен, стоявший за плечом снегурочки, шагнул вперед, чтобы перехватить, если та кинется на принцессу. Но кукла молчала, изредка моргая и тупо глядя перед собой.

— Кто тебя отправил сюда, Марцела? — спросил горец.

Снегурочка рывком, как птица, повернула к нему голову.

— Мой господин отправил. Мой император.

— Что он велел тебе сделать?

Это был рискованный вопрос, но Яррен успел обменяться красноречивыми взглядами и с Кандаром, замершим по другую сторону, и с леди Исабель, тоже магичкой, и был готов к любым сюрпризам. Их не случилось.

— Мой император велел мне просить прощения у принцессы Виолетты и служить ей. Выполнять любой ее приказ.

— Приказываю тебе вернуться к тому, кто тебя послал ко мне, Марцела, — сказала Летта, уловившая главное — чудовищное создание отвечало, только если обратиться к ней по присвоенному имени. — И передай моему жениху: если это очередная шутка, то я не способна ее оценить. Если это очередное испытание, то я не понимаю его цели. Ступай прочь.

Яррен кивком показал Кандару на «снегурочку», тот понял молчаливый приказ и взял на себя сопровождение куклы к выходу из гостевой башни.

Стоило самозванке уйти, Летта приказала фрейлинам придвинуть к ней жаровню поближе. Еще ближе. Почти вплотную.

— Он хочет запугать меня и сломать! — прошептала она. — Зачем? Почему он так торопится?

Фрейлины, переглянувшись, потупили глаза. А трусишка эйхо жалобно заскулила, но из-под одеяла не вылезла. Значило ли это, что испытание не закончено?

Принцессу трясло от страха, отвращения и холода, этого вечного холода. Теперь по ночам ей будут сниться мертвые ледяные глаза снегурочки-Марцелы.

В чем бы ни заключался урок императора, Летта сделала главный вывод, наполнивший ее сердце смертным ужасом: если трехсотлетний Алэр достиг таких высот в магии, что способен создать двойников, то что ему помешает запереть ее в ледяном погребе и насиловать, пока не родит, а подданным и послам демонстрировать в это время похожую на нее, счастливую и беззаботную куклу, которая безропотно согласится на брачный обряд хоть завтра?

Так не лучше ли прервать траур и самой выйти замуж, как полагается принцессе ее рода?

Но и тогда — что помешает императору заменить ее на куклу? Ничего и никто!

В жаровне с треском рассыпался уголек, словно подтверждая мысли принцессы.

— Леди, оставьте нас с фьером Ирдари, — встрепенулась она.

— Но госпожа! — вскинулась камер-фрейлина.

Летта свела брови.

— Сейчас не время и не место блюсти этикет так строго, словно это монастырский устав, леди Исабель. Лорд принес мне клятву. Нерушимую магическую клятву. Вы забыли? — сейчас принцесса как никогда походила на своего отца, неистового рыжего быка Роберта, так причудливо отразились в ее глазах огненные огоньки от жаровни и таким непреклонно-стальным стал ее взгляд. Никто бы не заподозрил, что в этот миг гардарундская роза готова завыть от ужаса и безнадежности.

— Как скажете, ваше высочество, — отступила южанка.

Как только их оставили наедине, Летта уже не сдерживалась. Выплеснула и свой страх, и свои жуткие подозрения.

— Что же делать, лорд Яррен? Что мне делать? Какова его цель?

— О целях императора не знает никто. Иногда мне кажется, даже он сам не всегда о них знает. Пока не поздно, нужно бежать, ваше высочество, — Яррен попытался воззвать к разуму испуганной девушки.

— Мой долг…

— Бросьте. Это лишь высокие слова. Ваш долг — остаться живой и здоровой, выйти замуж за достойного мужчину и родить наследника. Уверен: все Белогорье поднимется на защиту Гардарунта и вас, дочери горной леди. Сейчас, после отступления Темной страны и возвращения огненного сердца нашей магии, горы вновь стали сильными. Еще не так, как при Белой королеве, но уж какого-то императоришку мы на место поставим. Все ваши страхи останутся позади, стоит лишь положить вот это кольцо в огонь.

Яррен снял с пальца перстень с огненным рубином и поднял его над жаровней. Камень вспыхнул алой звездой.

Летта не успела ничего ответить: их прервал громкий стук.

— Его многоликость, император Севера Алэр, желает видеть свою невесту, — донесся голос Кандара.

«Демоны Тьмы, опять его мерзлейшество застукал нас наедине!» — досадливо поморщился Яррен и поторопился убрать кольцо и распахнуть двери.

Император, одетый с утра как на парад, в белый, сверкающий излюбленными бриллиантами длинный камзол, вошел, вскинул бровь и очень нехорошо улыбнулся, оценив диспозицию. Девушка, закутанная лишь в домашний халат, смущенная и чем-то напуганная, — уж не его ли несвоевременным визитом? — и ее молодой и красивый телохранитель. Наедине. За закрытыми дверями.

А горец тут же заподозрил, что не все следящие заклинания смог найти и обезвредить.

В случайное явление императора, способного быстро передвигаться снежными порталами, невозможно было поверить. А вот компрометирующие ситуации для шантажа благочестивой невесты древнему интригану совершенно необходимы. И, если их нет, то надо воспользоваться малейшей зацепкой.

— Я вас отвлек, моя дорогая? — с циничным намеком спросил Алэр, не удостоив младшего лорда кивком, словно его тут и нет.

— Нет, ваша многоликость, — принцесса, отлично осознававшая всю опасность для ее репутации, быстро взяла себя в руки, но не могла заставить себя улыбнуться. — Наоборот, ваш визит как нельзя кстати. Я как раз просила фьера Ирдари узнать о срочной аудиенции для меня.

— Настолько срочной, что нельзя подождать и увидеться за завтраком?

— Я его пропущу. У меня нет аппетита. Мне его испортили с утра.

— И кто же посмел?

— Вы, ваша многоликость, — Летта тщательно проконтролировала в голосе пропорции убойной смеси каприза, дерзости и горечи. — Вы отправили ко мне совершенно чудовищное существо с обликом леди Марцелы, лишь отдаленно похожее на мою бывшую фрейлину. Оно напугало меня до дрожи.

— Чем же?

— Оно походило на говорящий труп! Что случилось с настоящей леди Марцелой? Она жива?

Совершенное лицо императора на миг исказилось гримасой гнева. На долю мига. Что могло так его взбесить?

— Фьер Ирдари, вы свободны, — не поворачиваясь к горцу, бросил владыка Севера. — Пусть кто-нибудь из фрейлин проследит за соблюдением приличий. Понимаю,