Черная кровь ноября - Яна Витт

Они разучивали танец. Розовая малютка отчаялась повторить своими короткими ножками все нужные па и мухлевала, танцуя в воздухе, зато дева реки была создана для бранля[10].

Сколько минует времени, прежде чем и они решат, что пора перестать Ирну быть королем фейри? Они сделаны из быстроживущих, может, им хватит сотни тысяч лет, а то и меньше. И они придут к нему с серебряными мечами, что он вручил им, и скажут: «Отдай нам свое сердце».

А когда он откажется – две армии нападут на его любовь, растерзают ядовитыми зубками, разнесут каждый клочок ее кожи по небесам и морям – и даже сердцу магии не под силу будет соединить их обратно.

И тогда наступит время крови.

Король дернул напряженными пальцами, и самая сложная в мире кошачья колыбелька звонко дзинькнула и порвалась, разлетевшись на плети плюща. Эльфийки обернулись – малышка сразу спряталась, дриада покрылась корой, зато дева реки плеснула светлыми волосами, глядя на Ирна жадно и вожделеюще.

До рассвета дня солнцестояния оставалось меньше двенадцати часов, и он хотел всех троих.

22. Кристина

Кристина родилась в самую долгую ночь года. В самый короткий день. В день, когда в северных странах и вовсе не видят солнца, а в не таких северных – застают его, но совсем ненадолго.

В Москве оно поднимается над горизонтом, и можно поймать немного света, но обычно все заняты работой или учебой, и получается, что двадцать первое декабря почти для каждого – ночь.

Полная ночь.

Она не думала об этом в детстве, просто радовалась, что перед Новым годом есть ее личный праздник, когда мама печет торт и дарит маленький, но желанный подарок – разноцветные резинки для волос или дурацкого лизуна, которого обычно не покупают. Ну, а на Новый год – подарок большой, настоящий.

На два в одном месяце, да еще перед каникулами, денег обычно не хватало.

Когда выросла, Кристина узнала о том, что это день зимнего солнцестояния – черного колдовства и безраздельной власти темных сил. Иногда ей казалось, что и она проклята и нечестива, но переходный возраст закончился, и Кристина усвоила истину хороших бедных девочек – радость и свет мы делаем себе сами.

Сегодня у нее должен быть самый главный праздник! Наконец-то совершеннолетие! Мама говорила, что восемнадцатилетие отмечала вместе с отцом в настоящем ресторане с белыми скатертями, хрусталем и живой музыкой. Пришлось прихватить булавками бабушкино старое платье, а папа смог влезть в свадебный костюм, и день получился торжественным и запоминающимся.

У Кристины намечается лишь вечеринка с друзьями, но тоже ничего.

Если бы не…

Она разворачивала мамин подарок – японский ежедневник, о котором и мечтать не смела. Пухлая книжка с кармашками, календарем, смешными котиками, вылизывающими лапки на страницах и закладках. Там оказалось не меньше десятка разделов – полезных и не очень. И он был безумно красивым.

Кристина ответила на звонок, все еще светясь от счастья.

– Кристиночка, ты меня прости, пожалуйста! – раздался в телефоне хнычущий голос Вари. – Я забыла, что мама мне подарила выходные в спортпарке «Волен», и о тебе не подумала! Я люблю кататься с гор, Кристиночка, и она обидится, если пропадет столько денег! Давай перенесем вечеринку, а?

– Варь, да не беспокойся ты! Действительно, что мы, в другой день не отметим? – Кристина ощутила легкий укол обиды.

– Ты самая лучшая и терпеливая подруга! Я тебе потом все расскажу! – завизжала Варя и отключилась.

Кристина отложила телефон. Теперь можно не торопиться. А маму она уже предупредила, что пойдет к Варе вечером. Если сказать, что Варвара все отменила, опять начнется, дескать, она, конечно, твоя старинная подружка, но вы теперь взрослые и разное материальное положение рано или поздно… Бр-р-р.

Мама считала, что Варя свысока относится к Кристине, хотя это было совершенно не так.

А как насчет кино? Не сделать ли себе такой подарок? Никогда еще одна кинотеатр не посещала, будет первый поступок в роли взрослой. И пива купить, вот! Можно даже не пить, Кристине вообще алкоголь не нравился, но теперь она имела право, и надо им воспользоваться!

День рождения потихоньку выруливал во что-то приличное.

Она выбирала между джинсами – тепло, комфортно, привычно – и шерстяным платьем цвета топленого молока – красиво, празднично, неудобно, еще и колготки искать, когда телефон запиликал.

– Да! – Кристина даже не посмотрела на имя звонящего, заранее готовясь к поздравлениям многочисленных родственников, которые обзванивали всех трижды в год – на день рождения, Новый год и гендерные праздники. Ну или чтобы позвать на похороны кого-нибудь из семейства.

– Раз уж я, пользуясь случаем, подглядел твой день рождения, то было бы неприлично не поздравить, – мурлыкнул телефон голосом Алексея.

Кристина растерялась.

После заполнения бумаг в офисе НКО она с ним больше не общалась и о судьбе своих документов стеснялась спросить.

– Спасибо? – Благодарность получилась неуверенной. Вообще-то трудно было забыть ощущение ловушки в том кабинете. И странное отношение. И какие-то слишком мутные намеки, которые ей не нравились, но сформулировать их пока не могла.

– Как собираешься отмечать? – Алексей вроде и не заметил полувопросительной благодарности.

– Думала с подругой, но она не смогла. Наверное, погуляю и в кино схожу, – честно призналась Кристина, не увидев в этом вреда.

– Серьезно, будешь в день рождения скучать одна? В совершеннолетие? – В его удивлении сквозила досада.

Кристина ощутила ту же самую пустоту, что всегда, когда мама говорила – Варя относится к ней как к младшей глупой сестренке.

– Нет, мы позже устроим вечеринку!.. Я не одна! – Но звучало все как оправдание.

– Кристина… – Голос Алексея стал мягче, тише. – Прости, не хотел тебя обидеть. Конечно, я и не думал, что у тебя нет друзей. Но я считаю, что такой особенный день должен быть торжественным…

Кристина чуть не всхлипнула. И она точно так же думала. Но если у мамы был отец, дедушка Кристины, то у нее – никого. Папе она оказалась не нужна, когда ей исполнилось три года. И она до сих пор не могла понять, в чем сплоховала. Может, слишком громко плакала, когда была еще младенцем? И он устал?

А было бы здорово, появись папа сегодня. Он ведь должен помнить, что у него где-то есть дочь? Хоть на один день. Просто… познакомиться.

– Кристин? – позвал Алексей.

– Да? Ой,