В деревню за любовью - Наталья Сейнер

Саша набрал номер. Как только Даша увидела на дисплее телефона неизвестные цифры, схватила мобильник и выдохнула: «Да».

Она не ошиблась, он приехал! Почему-то вспотели ладошки, наверное от жары, чаще забилось сердце. Она стала похожа на Лениного попугая, когда он бесился в клетке, хлопал крыльями и размётывал вокруг себя мелкий птичий корм.

– Здравствуй, Даша.

– Здравствуй.

– Узнала?

– Да.

– Я, наверное, не вовремя…

Даша перебила его. Только бы не уехал…

– Я очень рада, что ты приехал. Ключ под ковриком у входной двери, заходи и чувствуй себя как дома. Отдохнёшь, выспишься, а рано утром я приеду.

– А где Алексей?

– Пошёл с друзьями в поход на пару дней перед началом учебного года. Так что дом в полном твоём распоряжении.

– Я точно не помешаю?

– Я очень рада, что ты приехал. – И Даша скорее отключила телефон, пока не наговорила глупостей.

– Добарина, ты сегодня собираешься работать? – опять крикнула повариха.

Даша, обычно переживающая из-за подобных окриков, сейчас не обратила на них никакого внимания. Подлетела к печке, надела выпачканные в саже и залитые маслом рукавички, открыла заслонку и вытащила горячий лист с пирожками.

Работа спорилась. Напарница Лариса профессиональным жестом отмеривала от пышного теста соответствующую норму, а Даша раскатывала мягкую массу в ровные кругляши, которые затем сворачивала в трубочки. Перегнуть пополам, разрезать поперёк, вывернуть и – красивый кренделёк готов! Чуть смочить кисточку растительным маслом, помазать им полуфабрикат, посыпать сахаром…

Несколько ярусов в печке быстро наполнились сахарными плюшками. Даша ловко ворочала тяжёлые горячие листы. Крупные капельки пота текли по лбу, щекам, шее. Волосы на висках от влаги закрутились в маленькие локоны. Тоненькая майка прилипла к телу. Лариса с интересом поглядывала на напарницу.

– У тебя всё хорошо? – спросила она, когда они в законный «обеденный» перерыв сели на скамеечку на улице. В два часа ночи гостиница спала. Редкие посетители тихо шептались, расположившись на открытых верандах, освещаемые светом декоративных фонарей.

Дашу и Ларису в тени служебного комплекса не было видно. Женщины зябко поёживались после невыносимой жары пекарни.

– Ко мне приехал гость, – Даша улыбнулась и добавила: – Очень-очень приятная неожиданность.

– Это хорошо. А меня гости уже достали. Как лето начинается, так один за другим прутся в деревню, отдыхать.

Ларису понесло: о том, как она устала принимать гостей, женщина могла говорить бесконечно: о больших материальных расходах на продукты, мыло, стиральный порошок, постоянно занятый туалет и т. д.

Даша слушала через слово и думала о Саше, о том, как они снова встретятся, уже не обременённые сложившимися обстоятельствами и необходимостью, а просто так, потому что им хочется встретиться.

Рано утром, когда румяные пирожки с капустой, картошкой, повидлом, а также ватрушки и плюшки были уложены в лотки, Даша долго плескалась в душе. Раньше она эти процедуры оставляла до дома, но сегодня нельзя: нужно приехать бодрой и свежей. Целый месяц прошёл. Как они встретятся? О чём будут говорить?

«И говорить-то нам не о чем», – испугалась она. Посмотрела на спящую Ларису. Обычно пара часов до пересменки у них была для того, чтобы подремать на рассвете, но Даша уснуть не смогла…

Подъезжая к дому, она боялась не увидеть там знакомой машины, но лендровер, как и в прошлый раз, стоял на поляне – большой, чёрный и дружелюбный.

«Не уехал», – обрадовалась женщина. Бросила рядом свою машину и поспешила в дом. Дверь была закрыта, ключ лежал на месте. Опять противный липкий страх зашевелился на поверхности. Даша чувствовала себя как на американских горках (на которых она, кстати, отважилась покататься лишь однажды): то бешеная радость, то противный испуг.

Тихо ступая босыми ногами, она прошлась по комнатам – пусто. Даше захотелось расплакаться. Она толкнула дверь в свою спальню: на широкой кровати спал Саша, а в ногах толстый Тихон. Завидев хозяйку, он ловко спрыгнул, потревожив гостя.

Александр открыл глаза: ну наконец-то. Вот она, Дарья Добарина. А она ещё лучше, чем запомнил Саша.

Волосы распущены, глаза блестят, грудь вздымается от нетерпения, волнения, что Саша уехал.

Даша была такая нежная, трогательная. Хотелось погладить, прижать к себе, поцеловать. Александр понял, зачем ехал сюда, – он желал её: тела, общества.

– Привет, – прошептал Александр почему-то охрипшим голосом.

– Привет, – ответила хозяйка.

Он подошёл так близко к ней, что почувствовал запах её волос. Они пахли ветром… Саша протянул к ним руку, задел грудь. Под тонким сарафаном напряглись соски и бесстыдно проявились на фоне ярких цветов на летнем платье. Саша придвинулся ещё ближе, своим обнажённым телом прижался к налившейся груди. Даша ничего не понимала. Почему она молчит и позволяет почти чужому человеку такие вольности. Нужно что-то сказать. Она посмотрела на него, приоткрыла рот и упёрлась в его горящие, страстные глаза. Саша приподнял её подбородок, и его язык проскользнул в розовое мягкое пространство. Женщина непроизвольно прижалась ближе и ощутила его набухшую твёрдую плоть. Бретельки на сарафане сами собой развязались, а может – их развязал Саша, и простенькое платье упало к ногам.

«Мне должно быть стыдно, я совсем голая», – собирая остатки здравого смысла, соображала Даша. Саша наклонился ниже и поймал губами её бесстыжую грудь, а его руки уже ласкали бёдра, ягодицы.

Боже! Как хорошо! Она содрогалась от удовольствия. Кровь пульсировала в ушах, ногах, где-то внизу живота ухало глухими ударами сердце. Только бы он не останавливался. Даша осторожно коснулась руками его спины, погладила широкие плечи. Как приятно!

Вдруг Саша замер. Женщина открыла зажмуренные глаза: замелькали цветные круги и яркие звёздочки. Сквозь них она рассмотрела мужчину.

– Если ты против, мы ещё можем остановиться, – зашептал он, не выпуская женщину из рук.

«Как “против”?!» – удивилась Даша. Сказать что-либо не получилось, и она глупо замотала головой.

– Тогда поцелуй меня, сюда, – и Саша приложил палец к губам. Даша послушно потянулась, приподнялась на цыпочки и дотронулась до его губ…

Мужчина подхватил её на руки и увлёк на кровать. Она чувствовала его повсюду: на своих губах, шее, груди. Мягкие ладони ласкали податливое, отзывчивое тело. Даша страстно его желала и, когда Саша, нежно целуя её грудь, раздвинул гладкие бёдра, выгнулась ему навстречу, приглашая в себя, раскрываясь ему. Саша ликовал, снова и снова погружаясь в глубину женского естества, и никак не мог насытиться.

– Пожалуйста, ещё! – шептала где-то совсем близко и бессовестно женщина и вздрагивала от каждого его движения. Она обхватила ногами его спину. Тело пробивали разряды бешеного наслаждения. Даша громко вскрикнула и сильно притянула мужчину к себе.