Легко ли быть одной? - Лиз Туччилло

Где-то через час мы ушли наверх, потому что в залы, словно быки из загона, ринулись орды мужчин. На улице снова было столпотворение, только теперь уже из мужиков, отчаянно стремящихся попасть внутрь.

– Очень остроумно. Вы впускаете в заведение только самых красивых женщин, раздаете им бесплатное угощение и напитки, подгоняете стриптизеров, чтобы дамы начали сходить от них с ума и раскрепостились, а затем запускаете мужчин и с них уже лупите бешеные деньги. Дьявольски изобретательно, – сказала я, когда мы вышли из клуба и в лицо мне ударил прохладный вечерний воздух.

– Вам нужно познакомиться с владельцем этого заведения, Томасом. Он здесь вроде знаменитости. Ему принадлежат три ресторана и два клуба плюс еще много всяких заведений по всему миру. Он очень интересный человек, – сказала Клара, локтями прокладывая себе дорогу в толпе. – И еще он мой брат, – добавила она.

– Ваш брат? – оторопело переспросила я.

– А почему еще, вы думаете, мы смогли попасть внутрь сегодня вечером? – сказала Клара. Я постаралась не принимать это замечание на свой счет. – Я знаю, что Томас сейчас здесь. Я только что написала ему, чтобы он вышел поздороваться. Это именно тот человек, с которым вам стоит поговорить. У него есть на этот счет несколько интересных теорий. – Клара обвела глазами толпу. – Томас! Viens ici! Иди сюда!

Насколько я помню, в этот момент из моря людей появился высокий стройный мужчина и толпа перед ним начала медленно расступаться. У Томаса были коротко подстриженные черные волнистые волосы, бледная кожа и блестящие синие глаза. Выглядел он как член королевской семьи. Я только взглянула на него и сразу подумала: «Вот что имеют в виду, когда говорят “высокий класс”».

– Томас, это та самая леди, о которой я тебе рассказывала и которая занимается исследованием на тему, каково женщинам быть одинокими. – Из вежливости Клара произнесла это по-английски.

– Ах да, – сказал Томас, глядя мне прямо в глаза. – И что вы думаете о сегодняшнем вечере тут, у меня?

– Я думаю, что вы – злой гений, – с улыбкой ответила я.

Он рассмеялся.

– Это очень точно подмечено. Злой гений, верно. – Томас снова посмотрел на меня. – А для чего вы этим занимаетесь? Расскажите мне.

– Я пишу книгу. Об одиноких женщинах. О том, каково это – быть… одной. – Я чувствовала себя полной идиоткой.

– Ах! В Штатах написано столько о незамужних женщинах! Отношения намного интереснее.

– Хм… да, но одинокие женщины тоже по-своему интересны.

– Да, но порой они немного навязчивы, вы так не считаете?

Я чувствовала, что этот безукоризненный незнакомец обижает меня, и при этом совершенно не знала, что сказать в свою защиту.

– Так в чем же проблема? Слишком много одиноких женщин и не хватает мужчин? В этом дело? – Ничего более банального Томас произнести не смог бы, даже если бы очень захотел.

– Да, думаю, в этом и заключается главная проблема. Но не уверена.

Он продолжал:

– Но вы, американские женщины, слишком идеализируете брак. У вас что ни фильм, то обязательно свадьба. Или какой-нибудь мужчина, который прыгает с пирса или летит на вертолете, чтобы сделать предложение любимой. Детский сад, ей-богу.

Мои брови полезли на лоб.

– В отличие от французского кино, где все обязательно друг друга обманывают?

– Такова реальность. Таковы ее сложности. Это жизнь.

– Ну, вы ведь, думаю, можете не смотреть американские фильмы, если они вам не нравятся… – быстро отреагировала я.

– Однако это помогает мне чувствовать себя выше этого, – с улыбкой сказал Томас.

– Не похоже, чтобы у вас с этим были какие-то проблемы, – сказала я, быстро взглянув на него.

Томас расхохотался.

– А вы молодец, мисс Одинокая Женщина! Просто молодец! – И он, словно извиняясь, положил мне руку на плечо. – Я не хотел вас обидеть. Просто я имел в виду, что все меняется. Во всем мире. И уже трудно понять, что это вообще значит – быть замужем, не быть замужем… Разве не так?

Я не совсем понимала, к чему он, собственно, клонит.

– Я живу в Америке. И мы на самом деле не в курсе того, что происходит в остальном мире.

– Тогда получается, что ваше путешествие – именно то, что нужно, верно? – сказал Томас, сверкнув на меня своими синими глазами. – Поужинайте со мной. И я еще многое вам объясню. Очень люблю дискутировать на такие темы.

Я испуганно оглянулась на Клару, чтобы сообразить – может быть, я его неправильно поняла? Клара рассмеялась.

– Я же говорила вам, что мой брат может многое сказать по этому поводу.

Я не знала, что ему ответить. Томас воспринял мое молчание как согласие. Подозреваю, что он был прав.

– Тогда пойдемте. Я отвезу вас еще в один свой клуб.

Мы вылезли из машины Томаса и прошли с полквартала к ничем не примечательному городскому особняку. Томас нажал кнопку звонка, и дверь открыл джентльмен в костюме и галстуке. Он почтительно приветствовал Томаса и провел нас в полутемную элегантную комнату с длинной деревянной барной стойкой и хрустальной люстрой. Напротив бара на черных кожаных диванах, отделенных от остального зала золотистыми латунными перилами, сидели хорошо одетые люди; они ужинали и пили шампанское.

Я была под впечатлением.

– Это место тоже вам принадлежит? – спросила я.

– Да.

– Что ж, это здорово отличается от мужчин в джи-стрингах и подостывших тортеллини, – пошутила я.

Мы сели на небольшую кушетку в углу.

– Да, – согласился Томас, загадочно улыбаясь, как будто знал какой-то секрет.

Я не совсем понимала, что происходит, почему Томас пригласил меня сюда и что мы здесь делаем. Но какая, в принципе, разница? Это был фантастический способ провести свой первый вечер в Париже. Вскоре принесли шампанское, и я сразу же принялась за него.

– Итак, есть у вас еще что-нибудь, не очень обидное, что вы могли бы сказать об одиноких американских женщинах? Или с этим мы уже закончили? – Я старалась вести себя дерзко, но мило.

Томас покачал головой и улыбнулся.

– Мне очень жаль, если вы нашли мои слова обидными. В дальнейшем я постараюсь вести себя примерно. – Он оглядел свой клуб. – Я пригласил вас сюда, чтобы показать другую перспективу. Показать, что все стремятся выяснить это для себя. И простых ответов тут, разумеется, не существует.

– Вау. За те несколько минут, что вы меня знаете, я успела зарекомендовать себя настолько невежественной? Спасибо, что побеспокоились о моем видении мира.

– Мы, французы, должны делать то, что можем. – Томас посмотрел мне прямо в глаза и снова улыбнулся.

Я покраснела. Просто ничего не могла с этим поделать, хоть и старалась. Он был фантастическим мужчиной.