Тест на любовь - Вера Копейко

— Мне нужна твоя помощь.

— Прямо сейчас? Ты знаешь, сколько уже?

— Знаю. У меня есть часы. Не одни. Могу проверить по телефону.

— Что случилось? — заботливо и встревоженно спросил голос.

— Случилось смешное. Меня кинули.

— Да ты что?

— Не то, о чем ты думаешь. — Она усмехнулась.

— А о чем я думаю?

— Сам знаешь.

— И что же это?

— Меня кинул продавец книг.

— Чего продавец?

— Книг, болван. Моего альбома.

— На много? Она сказала.

— Ого…

— Да не тех. — Она едва не рассмеялась. — Рублевых. В трубке забулькало.

— Ой, я не могу!

— Я тоже не могу.

— Слушай, Ольга, ты меня просто уморила. Такая сумма…

— Это не сумма. Ты понимаешь, что меня кинули? И кто? Я этого не потерплю. Даю тебе телефон. Адрес узнаешь сам. Возьми своих. Сейчас. Немедленно. Я ему только что пообещала, что убью. Он не поверил.

— Ага. Ясно. Сейчас поверит.

— Надеюсь.

Сквозь сонный туман Ольга представила себе, какой будет сюрприз для кидалы. Она не одна попалась ему на удочку. Парнишку хорошо потрясут. За всех. Убьют? Да черт с ним. Кого-то убивает рак. Кого-то — люди.

С балкона веяло прохладой. Занавеска шевелилась, пузырилась, надувалась парусом. За ней — ночь, темнота, редкие огни в окнах.

Ах как нескладно все. Что же она такая беспомощная? Ну почему какой-то мозгляк, и тот пытается взять над ней власть? Над ней, над которой нельзя взять власть? Она пыталась выбраться из сна, в котором услышала звонок. Светало.

— Да, — глухо бросила она.

— Задание выполнено. Читай завтра в криминальной хронике.

— Спасибо.

Она положила трубку.

«Ну, вот и все. Теперь можно выбросить из головы…» — прошептал ей кто-то в самое ухо.

Наконец Ольга проснулась… Наяву ей некому было звонить…

— Знаешь, оставь себе этот домик как память о прошлом, — сказала Ирма. — У вас есть такие памятники — деревянной архитектуры. Это в России принято. Ну, хорошо, считай, что будешь мне должна. Заработаешь и отдашь.

— Я заработаю… Если… позволит здоровье.

— Я сама помогу тебе заработать. Причем гораздо больше, чем ты думаешь. — Ирма многозначительно посмотрела на Ольгу. — Я начинаю одно дело, в котором ты будешь важным лицом. — Она свела брови, надула щеки.

Ольга не удержалась и улыбнулась. Она не уловила напряжения в голосе и особой интонации, с которой Ирма произнесла эту фразу.

— После операции отправлю тебя отдыхать на море. Там у меня есть свои люди, маленькая клиника, тобой там займутся. Ты прекрасно отдохнешь. Твое здоровье станет лучше прежнего. Ну, кое-чего в тебе уже не будет. А оно зачем тебе? Сын уже есть, верно? Потом ты вернешься в Прагу. Мы посмотрим, как начнет вести себя твое брюхо и на что оно способно. В Москве у тебя нет дел. Ты со всеми делами покончила. Я верно поняла?

— Да, конечно. Все верно. Но, Ирма, я не знаю…

— Ага, ты не знаешь, как меня благодарить.

— Да, Ирма, конечно.

— Вот все вы такие. Но не думаешь ли ты, что каждый человек, если он не святой, впрочем, и святой тоже, — она ухмыльнулась, — чтобы сохранить свою святость и ее подтвердить, делая добро, не забывает о себе ни на минуту? Я тоже. Тем более что я не святая, нисколечко! Поэтому расслабься.

Ольга непонимающе смотрела на Ирму, но ни о чем не спросила. Уже одно то, что несколько недель она может не думать о себе, отдаться заботам другого человека… Да это же гора с плеч!