"2013" - Анастасия Котова

Я начала терять разум от внезапно вспыхнувшей любви. И забыла о возможных последствиях.

7

На следующий день мы с мамой договорились встретиться в воскресенье.

— Я буду по делам в Кемерово, и потом заеду к тебе. Договорились? — сказала она мне по телефону.

Я все — таки отдала мобильный на пост медсестры, и после обеда, когда больным разрешали звонить своим родным, давая на это всего пару часов, созвонилась со своей матерью.

— Я вот вчера ходила по городку… Решила немного прогуляться, так сказать. Вернулась уже поздно вечером, — поделилась она со мной.

— То — то я дозвониться до тебя не могла. Уже начала переживать, не дай бог что случилось! — воскликнула я.

Валентина Алексеевна, дежурившая в тот день, пристально на меня посмотрела.

— Да нет. Все в порядке. А с женихом у тебя как? Все ходит к тебе?

— Конечно. Мы вроде как… встречаемся. И он мне даже кольцо принес! Но я заставила оставить его у себя. Нельзя же.

— Ну и правильно. Потом заберешь.

— Я, надеюсь, кроме тебя, про мои отношения с Сергеем больше никто не знает? Сама же знаешь, что потом последует…

— Нет. Никто не знает. Кому какая разница, с кем ты там общаешься? А даже если узнают… Ну и пусть себе говорят, что хотят! Ты же всем рот не закроешь. Вот и живи со спокойной душой!

— Ладно. Уговорила.

— Ох, ладно. Давай. Завтра созвонимся.

— Ага! Давай!

— Что — то ты слишком много болтаешь по телефону… — недовольно произнесла Валентина Алексеевна.

Я хмыкнула.

Ну да. Остальные — то буквально пару минут поговорят и тут же отключаются.

Одна я выбиваюсь из этой системы.

— Ладно, иди. Скоро на прогулку.

Я пожала плечами.

Мне в принципе все равно, что она там думает, но как — то неприятно… Что ко мне испытывают особую неприязнь.

Оставшиеся дни до воскресенья пролетели очень быстро.

Мы с Сергеем общались по телефону. Прийти он не смог. Завал на работе.

Я все с каждой минутой понимала, что все больше влюбляюсь в него.

Несмотря на свой противный характер, Сергей все — таки неплохой человек. И очень красивый.

Утром я проснулась самой первой. Интересно, во сколько мать ко мне подъедет? Тем более у нее возникли какие — то дела в Кемерово… Значит, скоро ее ждать не стоит. Все равно в этот день может прийти и Сергей.

Он намекал, что у него скоро выходные, и мы обязательно встретимся.

Может, это именно сегодня? Хотя кто знает.

Я же могу раскинуть карты и поглядеть, что именно сегодня произойдет! Что — то я совсем гадание свое запустила…

Кстати! Помните ту женщину в красном халате?

Да, ее выписали. Во вторник, перед приходом Сергея и моей матери.

— Настюша, спасибо тебе! Огромное! Я наконец — то еду домой! — она снова начала плясать от счастья. — Это тебе! — счастливица протянула мне небольшой пакетик, где лежали яблоко, печенье и пару конфет. — Так сказать, плата за твою работу. Гадалкам деньгами не принято платить. Так пусть лучше будут какие — нибудь сладости! Счастье тебе с твоим женихом! А — а — аллилуйя! — и дамочка выбежала из палаты, пританцовывая.

Я раскинула карты, сидя на постели, и принялась считывать информацию.

Ага… Мама приедет. Но не одна. Трефовая дамочка.

Аня, что ли?

С ней больше никто не ездил. Они обе уезжали в город, например, по делам или просто прогуливались.

Сестру мою мать брала часто чисто за компанию. Хотя и меня тоже. Но не суть.

Еще один человек будет присутствовать на этой встрече. Червовый король…

Сергей?!

Они все трое будут у меня в больнице?! Да ладно! Вот уж везение!

Я собрала карты и спрятала колоду под подушку. Чтобы никто не взял.

На улице было прохладно. Нас оставили в отделении.

В одиннадцать утра постучали в двери.

Я вышла в коридор.

— О, привет! — на пороге стояли Аня и мама.

— Здорово! — весело ответила сестра. — Держи. Мы тут тебе прикупили пару шмоток. Потом примеришь.

Мы прошли в небольшую комнатку рядом с дверями.

— Давай рассказывай, как у тебя дела? — поинтересовалась мама, усаживаясь на желтый диванчик.

Я пожала плечами.

— Да все так же. А вы тут какими судьбами?

— Мы с Аней решили тебя вместе навестить. — Мама похлопала меня по коленке. — Прихватили с собой Драного и поехали.

Драный — это знакомый моей сестры, который частенько нас с матерью возил по разным местам.

— А жених твой еще не приходил?

— Да не. У него завал на работе. Может, на днях появится.

— Ладно. У тебя как, все хорошо? Никто не обижает?

— Да нет. Я тут вкусности подъедаю…

— Ах да! Мы привезли еще. Отдали в раздатку. Потом поешь.

Я пожала плечами.

— Как скажете.

Не прошло и пяти минут, как в дверь снова постучали.

То утро было больно насыщенным на посетителей, несмотря на выходной день.

Все просто массово поперлись к своим родным, пребывающим в психиатрической больнице.

В ту смену работал уже Антон Аркадьевич — высокий, спортивного телосложения, мужчина. Наш второй медбрат.

Пациенты позвали его на стук.

Когда двери открыли, на пороге появился запыхавшийся Сергей.

— Позовите Воробьеву! И Мельникову! — произнес он.

— Мельникова вон сидит, — показал ему на меня Антон Аркадьевич.

— О, привет! — мы обнялись. — Здравствуйте! — Сергей поздоровался с моей матерью.

— Это Аня, моя старшая сестра, — представила я ему свою сестру.

Она недоуменно осмотрела его с ног до головы.

— Сергей.

— Очень приятно… — все так же недоумевала Аня.

— Это Настькин жених, — объяснила ей мама.

— Сережа! — в фойе появилась Галина Сергеевна.

Сергей обнял свою мать.

— Давай потом поговорим… — произнес он. — Сама видишь…

— Нет, нет, поговори с ней! — настойчиво заявила я. — Я все равно проведу это время со своими. Потом с тобой наедине останемся и пообщаемся, хорошо?

Сергей понимающе кивнул.

— Пошли. Нам надо о многом поговорить.

— Ну ты и вертихвостка! — ехидно сказала мать.

— А че в смысле… — я растерялась. — Что я не так сделала?

— Вертишь мужиком как хочешь! — засмеялась она.

— Я просто попросила его немного подождать… Да его мать здесь тоже лечится…

— Да ла — адно! Я же шучу!

Я слабо улыбнулась.

— А это вообще что за чмо? — довольно пренебрежительно произнесла Аня.

— Да перестань! Нормальный мужик. Настя с ним больше недели общается.

— Вот именно, что больше недели! Я сама его не знаю! — сказала я, сидя на коленях у своей матери. Мест свободных не оказалось. — Да я еще в него