"2013" - Анастасия Котова

Я ничего не ответила, хотя меня распирало от возмущения.

Почему я должна давать шанс человеку на общение?! Кто он такой?

Человек с детородным органом?!

Сергей очень сильно обиделся, да и я не могла ничего поделать. Нет у меня доверия к этому миру.

Но я начала чувствовать вину за сказанное. Вечно сначала говорю, а потом думаю!

Да, меня возмутили внезапные отношения с мужчиной намного старше меня.

А, хотя, кто меня об этом будет спрашивать? Возмущаюсь я или не возмущаюсь — какая разница? Богу все равно виднее.

Но я не верю в религиозную чушь. Тогда зачем каждый раз я вспоминаю о Нем?

— Насть… — Сергей положил свою руку на мои пальцы и сжал их. — Я все равно хочу быть рядом с тобой. Давай ты забудешь все свои обиды и начнешь мне доверять. Договорились?

— Мне нужно время, чтобы привыкнуть…

— Не нужно ни к чему привыкать! Давай просто будем встречаться. Ты будешь моей девушкой, а я буду просто рядом. Окей?

Да, другого выбора у меня нет. Согласилась.

Мама ушла, оставив меня наедине с Сергеем.

— Мне пора на автобус. Если что, созвонимся. Сегодня уж не звони. Ах да… — она что — то припомнила, остановившись на пороге беседки. — Валька твоя опять чудит. Никакого покоя мне не дает! Названивает и названивает по домофону! Никакого спокойствия! Я уже хотела запустить в нее цветочным горшком…

— А что она хочет?

— Откуда я знаю?! Знаю, что она не одна была. С ней какие — то малолетки стояли. Она им приказы раздавала. Кто и как звонит. В общем, ладно. Если еще раз начнет названивать, то я вызову полицию! Пусть органы опеки ее родителями займутся!

— А кто такая Валька? — поинтересовался Сергей.

— Подружка ее. — Мама показала на меня. — С одного двора. Татарка эта… Бешеная!

— Мама, иди уже. На автобус опоздаешь, — поторопила я ее.

— Ладно. Пока.

— Пока.

Сергей проводил мою мать задумчивым взглядом.

— Странные у тебя подружки… Разве девятнадцатилетние девушки себя так ведут?

— Ей не девятнадцать.

— Так… А сколько тогда?

— Двенадцать.

— Двенадцать?! Ты что, общаешься с малолеткой?

— Ну да. А что такого?

— Да ничего. Просто… Странно это как — то. Девятнадцать лет… Общаешься с маленькой девочкой. А у тебя друзья — ровесники есть?

— Нет.

Сергей был шокирован.

— Вообще?..

— Вообще.

— А почему? Если не секрет.

— Не задалось.

— Что значит — “не задалось”?

— То и значит. Нет у меня с ними никаких отношений. Уроды они. Все.

Он тяжело вздохнул.

— Ты ненавидишь весь мир. Правильно?

— А за что его любить?

— Ну… За жизнь. Как — никак.

— Спасибо! Мне такая жизнь не нужна.

— Жизнь это же самый ценный дар. Да, я сейчас говорю полную х…ню. Просто хочу донести до тебя, что не все так х…во, как ты думаешь. Но я вижу, что смысла в этом нет. Все равно я не понимаю, зачем ты общаешься с детьми и почему не хочешь наладить общение со сверстниками.

— Дай закурить. Тогда все объясню.

Он любезно протянул мне сигарету.

— Спасибо. — Я закурила и, выпустив дым, продолжила: — Я не хочу рассказывать все то дерьмо, которое произошло со мной много лет назад. Сейчас не то время и не то место. У меня просто не задались отношения со сверстниками. С самой школы меня гнобили, били, высмеивали и задирали. Потому что что? Правильно! Я нищебродка. В полном смысле этого слова! — меня всю трясло от злости. — Я росла в нищете. Со мной была только мама. Отец меня бросил… Потому что больная. Я ни разу за всю жизнь не видела его воочию. Мать мне говорила, что он постоянно прячется, когда меня видит. Меня отдали в школу… В класс богачей! — я фыркнула. — Меня невзлюбили. Денег с меня не взять. На всякие там подарочки. На зарплату охранникам. То еще времечко!.. И меня начали бить. Никто даже не подумал за меня заступиться. Видите ли, сама виновата!

— И что дальше?

— Я в прошлом году школу окончила. Точнее, я ее бросила. Не выдержала такого отношения. Думаю, пошли — ка вы нах…, однако. И все. Вроде не видно ровесников, значит, все, можно жить спокойно. А в мае месяце они, четверо пацанов, подкатили к магазину. У нас на первом этаже есть магазин. Хлебный. Я там как раз стояла. Они меня увидели и начали посмеиваться. Звали, типа, “давай прокатимся, видишь, какая классная машинка”. Ага, классная… Сраные “Жигули”! Ну, мне девчонки говорят, “подойти, че такого — то, зато прокатишься”. Я им отвечаю, вы че, совсем?! Они меня куда — нибудь в лес отвезут и по кругу пустят!.. Эти уроды вчетвером меня били. Я их рожи надолго запомнила.

Сергей дотронулся до моей руки.

— Успокойся. Это все уже в прошлом.

— Да нифига! Я постоянно их вижу. И жить спокойно не могу! Они ходят, как ни в чем не бывало, а я сижу на долбанном галоперидоле, мне постоянно приходится ездить на комиссии и быть под постоянной опекой матери, потому что, видите ли, я к жизни не приспособлена!

— А ты дееспособна?

— Да!

— Тогда почему бы тебе просто не уйти?

— Куда?! У меня даже денег нет хату снять! А кто меня такую возьмет? Ну кто?!

— Все, угомонись. Не кричи. Я знаю, кто бы тебя взял. Но ты опять не поверишь, — произнес Сергей. — Так что, не будем опять ссориться на пустом месте. Я тебя понял, малышка. Знаешь… Я тут кое о чем подумал… Ты бы не могла дать мне одну вещь? На всякий пожарный.

— Что именно?

Я немного успокоилась, хотя внутри все по — прежнему бурлило.

— Адрес. Где ты живешь. И телефон. Сотовый.

— Хорошо. Записывай.

Сергей достал свой мобильный. Сенсорный.

На вид очень дорогой.

Разблокировал и сказал:

— Говори.

— Новый городок, улица Тухачевского… — назвала номер дома и квартиру.

— Телефон.

— Ага. Сейчас… — я достала телефон из пенала, в котором привезла мне его мама, и открыла. — Восемь девятьсот пятьдесят два… Пишешь? — Сергей кивнул. — Сто шестьдесят шесть… Угум… Восемьдесят один, восемьдесят пять. Все? Записал?

— Да, да.

— А свой не дашь?

— Я позвоню. Просто я никак не могу запомнить свой номер! — Сергей развел руками. — Вот такой я д…еб. Уж простите.

— Ладно. Надеюсь, после сегодняшнего ты не передумаешь насчет отношений…

— Нет. А ты что, боишься, что я от тебя